- Варенька? – удивился Мирослав Вениаминович, а сердце девушки замерло на миг.
- З-здравствуйте, - проблеяла она, ругая себя последними словами за нерешительность.
- Ты здесь на практике? – спросил так, будто сам не подписывал всем студентам направления.
По венам девушки разлилась обида, она была подобна яду, травила трепетное девичье сердце, заставляла чувствовать себя самой несчастной на всем белом свете. Он даже не помнит о том, куда и кого направлял. Не помнит о ней.
- Да, - ответила она тихо, не смотря на мужчин в бежевой униформе целителей и на директора в простом белом халате.
Откуда он его взял, у Вари предположений не было, обычно такие медицинские халаты носили простые доктора. Девушка читала много книг, поэтому знала, какая униформа имеется в больницах не одаренных.
На нее выжидающе уставились три пары глаз. Варя сглотнула тугой комок, образовавшийся в горле и мешающий нормально изъясняться.
- Когда накрывать в зале совещаний все к обеду? – пролепетала она, наконец, когда заместитель главного целителя стал недвусмысленно хмуриться и намекать взглядом на то, что пора уже оставить «важных персон» без присутствия лишних ушей.
- А тебя данным вопросом озадачили? – почесал косматую бороду ответственный за хозяйственное обеспечение – Венцеслав Доброславович, Аля бы точно не запомнила такое зубодробильное имя, а Варе труда сие действо не составило. – Вот лентяйки!
Имена и числа были тем, что она запоминала с первого раза и не забывала долгое время.
- Я сама попросилась, - возразила девушка все так же тихо, - с заданием на сегодня я уже справилась, так что у меня есть свободное время.
- Вот в этом вся наша Варвара Ступкина, - довольно заулыбался Мирослав Вениаминович, потрепав свою студентку по голове.
Девушка залилась румянцем и спрятала горящие восторгом глаза за челкой. Она, как наркоманка, ловила каждое одобрение директора, каждый комплемент. А уж прикосновения были сродни героину для человека во время ломки. Поэтому и учиться она старалась лучше всех, постоянно выделяться знаниями, заслуживать скупые похвалы и получать маленькие, но, все же, награды в виде улыбок, адресованных именно ей и такие вот поглаживания по голове, на большее девушка надеяться даже не смела.
Затея с письмом оказалась глупой и провальной. Если бы Варя все же набралась смелости, она бы сама положила труд не одной бессонной ночи на рабочий стол, но, что получилось, то получилось. В какой-то момент девушка даже затаила злобу на Алю, мало ли та все специально подстроила? Но теперь Варя понимала, что мысли подруги далеки от ее драгоценного Мирослава, поэтому насылать сглаз на первую хулиганку колледжа надобность отпала.
- Через полчаса можешь приступать, - надменно сообщил Богдан Светозарович, кривя губы в подобии покровительственной улыбки.
Варя быстро кивнула и, развернувшись на каблуках, припустила в сторону кухни, откуда ей надлежало забрать посуду и провизию. Вот чем она думала? Ведь ей уйма времени нужна, чтобы перенести весь обеденный скарб из одного помещения в другое. Помогать-то стеснительной молчунье никто не будет.
После третьего похода из одного края огромного здания в другой студентка второго курса уже успела запыхаться. Варя тяжело дышала и еле передвигала, словно ватные, ноги. Конечно, физическая подготовка-то у нее, не ахти, какая. Анатолий Иванович ее слишком жалеет по просьбе ее же родителей. Тут Варя абсолютно бессильна.
- Ты чего носишься? – окликнул девушку знакомый голос.
Варя недовольно сдула прилипшую к потному лбу челку и исподлобья уставилась на Вадика, в вальяжной позе расположившегося на одном из подоконников в переходе меж двумя башенками госпиталя.