Выбрать главу

Неужели троглодитством закончится? Собственно, людоедство несколько раз повторялось с 1917 года.

Мир сорвался с орбиты и с оглушительным свистом летит в пропасть бесконечности уже с Первой Мировой войны. Гуманизм оплеван, осмеян, гуманизм «не выдержал».

Новая соц<иалистическая> вера и надежда (марксизм, «научный социализм») засмердели и разложились очень быстро. В так называемом «буржуазно-демократ<ическом>» строе о «широкой демократии» тоже хорошего ничего не скажешь. Ну, более сносно, более свободно жить для отдельного человека. А так, в общем, истрепанные лоскутки робеспьеровского голубого кафтана, истертые клочки жан-жаковского «Общ<ественного> договора». Вздор. Галиматья. Великий банкир Верхарна[144] молится: атомная бомба в деснице, евангелие в шуйце. Опостылевший, ошаблонившийся «изысканный» разврат или скучная семья, стакан молока за завтраком, огромные предприятия, огромная, холодная, не обжигающая, даже не согревающая власть. И — только.

В чем же спасение?

Христианство? Что ж. Многие бросаются в секты и религ<иозные> общества. Тоже одряхлело, тоже скомпрометировано и запятнано, не отчистишь, не исправишь. Логический вывод: гибель мира (всей планеты) или всех существующих культур и почти всего человечества. Два тысячелетия христианской цивилизации — достаточно.

Индусы и китайцы? Тоже дряхлы, судорожно хватаются за чуждые им европейские социал<истические> доктрины (возросшие на той же христианской почве). У этих древних народов нет снадобья для излечения мира.

Буддизм? Брахманизм? Конфуцианство? Священная корова и обезьяний бог Гануман[145]? Смешно. Очень почтенно, имело свои глубокие исторические основания, но смешно и тошно.

О, доблестный царь Висвамитра, Ты истым быком оказался, Когда только ради коровы И каялся ты, и сражался.

Гейне[146]

Написать обо всем этом повесть или нечто… Надоевшие определения: повесть, роман.

Из тех же телефонных деловых разговоров:

— Ну да! Родина «Красной шапочки»… Знаете, побольше познавательного материала…

Бедная «Красная Шапочка»! Бедные дети, к<отор>ых будут накачивать познавательным материалом на базе «Красной Шапочки» и «Бабы-Яги, костяной ноги».

В самых ужасных социальных условиях, в непроглядной тьме и мучениях, и вопреки всему этому находятся люди, обрастающие легким жирком. Вал. Гр.[147] с ее: «Хочется чистой, светлой лит<ерату>ры… Все так тяжело и еще читать что-то тяжелое — нет, нет». Жизнь далась Гр. не так-то легко. И вот все-таки жирком она обросла. Ценность имеют только люди с долголетним каторжным стажем, и то не все.

«Чистая, светлая литература»… Вранья хочется!

На днях около троллейбуса было много народу. Выходивший с передней площадки какой-то молодой человек замешкался. Тогда один из ожидающих схватил его, стащил со ступенек, отшвырнул в ближайшую кучку грязного снега. Сам вскочил в троллейбус и уехал. Отшвырнутый встал, отряхнул пальто, котелок и пошел по своим делам. Оба прилично одеты. Внешность студентов или служащих… Советские люди.

Темно-розовое небо по ночам, темно-розовое, даже когда нет огней… Зарево, только какое?

Кампания по реабилитации закончилась. Начинается кампания по изоляции.

«Меченые атомы».

26/I. Сволочи мы. Привыкли жить двойной жизнью.

Творчество для себя и про себя и похабнейшее вранье для печати. Многие так. У меня наверняка не выйдет. Даже моя лирика признана, видимо, чересчур из времен Блока — Белого.

И ведь живут же, черт возьми, «познав<ательный> материал» (Красная Шапочка и Баба-Яга), кукольный театр, лекции, какие-то идиотические чтения с докладами: «Крепостные таланты» (а для иллюстрации «Тупейный художник»[148].

К чему бы в эпоху созревшего социализма, готового принести коммун<истические> плоды, это вечное обыгрывание крепостного права? Ей-богу, старо, как дачный муж[149]. Креп<остное> право, в сущности говоря, — чистота и невинность, институтка с голубыми глазами, вообще — наивный примитив.

вернуться

144

Великий банкир Верхарна… — Имеется в виду управляющий миром банкир из стихотворения бельгийского поэта Эмиля Верхарна (1855–1916) «Банкир»: «Он — в кресле выцветшем, угрюмый, неизменный. Немного сгорбленный… / Решает судьбы царств и участь королей». Пер. В. Брюсова. (Верхарн Э. Избранное. М., 1955. С. 252–253.)

вернуться

145

…обезьяний бог Гануман. — Гануман (Хануман) в индуистской мифологии царь обезьян, помощник Рамы. Культ Ганумана распространен по всей Восточной Азии, вплоть до Китая.

вернуться

146

«О, доблестный царь Висвамитра…» — Строфа из стихотворения Гейне «Был некогда царь Висвамитра…». Пер. Д. Минаева. (Полн. собр. соч. Изд. 2-е. Т. 5. СПб., 1904. С. 94.) Первый стих цитаты: «О, царь Висвамитра, каким же…». Сюжет из индийской мифологии о вражде двух риши (божественных мудрецов) Висвамитры и Васишты из-за обладания «коровой желаний» Сурабхи, принадлежавшей Васиште. Висвамитра пытался миром и силой овладеть ею, но тщетно.

вернуться

147

Вал. Гр. — Личность не установлена.

вернуться

148

«Тупейный художник» — Рассказ Н. Лескова.

вернуться

149

…дачный муж. — Выражение произошло от названия сборника рассказов И. Щеглова «Дачный муж» (1888).