— Вот прямо так — незнакомому человеку и важное поручение? Не верю.
— За вас поручились серьёзные люди. Кроме того для этого поручения самому архонту нужен человек не слишком хорошо известный в городе. К тому же идёт война — некогда быть особо разборчивым. Это наш единственный шанс, Ранальд. Подумайте о своей сестре…
— Я согласен. Второе бегство это уже слишком.
— Я был уверен, что не ошибусь в вас…
Рёв толпы снова заглушил разговор. Тарл замешкался и Барсина резко взмахнув головой ударила своей косой ему в лицо. Он попятился и зашатался. Его противница немедленно толкнула его плечом и, перехватив кинжал в обратную, несколько раз полоснула по незащищённому животу противника. Тот тяжело повалился на песок, обильно залив его кровью.
— Бой окончен, — загрохотал глашатай, — Барсина победила, доказав правоту Улафа Толсторука перед лицом людей и священных предков…
Ольфила брезгливо поморщился, глядя на арену.
— Теперь я вас покину, друзья мои. Ранальд, ждите приглашения от архонта, и что бы ни случилось, будьте вежливы и послушны…
Он поднялся и быстро зашагал к выходу.
Победительница обходила арену, пожиная славу. Служащие выносили побеждённого, и рыхлили песок. Краем глаза Ранальд заметил дядюшку Гиерона, в бешенстве колотившего ладонью по мраморному парапету.
Люди архонта перехватили его на выходе. Разыграв лёгкое удивление, Ранальд проследовал за ними.
Правитель города всё ещё сидел в ложе, над ареной, где шёл последний на сегодняшний день бой. Архонт был стар и выглядел больным. Пергаментная кожа, запавшие глаза и редкие седые волосы придавали ему вид живого трупа. Железная корона с острыми, похожими на когти, зубцами и впаянной золотой цепочкой только усиливала впечатление.
Ранальд обратил внимание, что кавалерственной дамы Мереллины и её рыцарей в ложе больше не было.
— Присаживайтесь, — негромко сказал архонт, указывая на соседнее кресло с вырезанным на спинке городским гербом — перекрещенными золотыми цепями на чёрном фоне.
Ранальд сел.
— Я знал вашу семью… Но вы сами ведь родились уже в Староземье?
— Да, ваше сиятельство. Моя мать вышла замуж за барона Хабихта и уехала из Волрима за два года до моего рождения.
— Я помню эту историю. Так вы старший сын?
Ранальд кивнул.
— Ваш отец?
— Он погиб во время перехода через горы прошлой зимой. Было холодно, а старая рана открылась…
— Да, я слышал, что вы сражались на стороне покойного принца Лизандия. Удача не сопутствовала ему.
— Он был моим сюзереном. Это был мой долг.
— Я понимаю… Вы были с ним до конца?
— Да. До самого сражения у замка Бычий Лоб и предательства князя Сигибера, когда всё закончилось… Честно говоря мне не очень бы хотелось лишний раз об этом вспоминать, ваше сиятельство.
— Я вас понимаю, молодой человек. Тем не менее, ваша верность сюзерену похвальна. Весьма похвальна. Но почему вы лишились земель? Вы ведь лишь исполняли свои обязательства?
— У родственников моего отца были особые взгляды на судьбу его наследства и то, что именно является исполнением обязательств…
— Что ж. Бывает и так.
Архонт немного помолчал, наблюдая за происходящим на арене. Потом заговорил снова.
— У меня будет к вам небольшое, но ответственное поручение. Надеюсь на вашу честность и вашу верность городу предков…
— Я всегда рад оказать услугу моему городу.
— Что вы знаете про ашикари?
— А? М-м-м… ну в общем-то немного… иноверцы, фанатики… с которыми мы воюем последние семьсот лет с небольшими перерывами. Ещё, говорят, у них очень… м-м-м… экзотичные танцовщицы…
Архонт чуть усмехнулся.
— Действительно немного… Вы в курсе, что у нас в порту есть их небольшой анклав?
— Конечно. Но я как-то не слишком обращал на него внимание.
— Это именно то, что мне и надо…
— Прошу прощения, ваше сиятельство, но я не очень хорошо вас понимаю.
— Это неудивительно… Дело в том, что, несмотря на скромный размер, эта община играет достаточную роль в городской политике. И мне крайне необходимо переслать её лидеру — Ашхак’бару — некое послание. При этом чем меньше людей будет знать об этом, тем лучше. Поэтому я не могу доставить его лично, или направить официального гонца. Мне нужен человек, которого мало кому придёт в голову сопоставить со мной.
— И вы рассчитываете на меня?
— Вы поразительно догадливы, юноша.
— Я полагаю, что вполне в состоянии оказать городу подобную услугу, ваше сиятельство.