Выбрать главу

Его сверстник, сын физика Чи Гао, тоже впитывал космические сцены, затаив дыхание. Он на время даже отвлекся от основных событий собственной жизни: полтора месяца под домашним арестом после бегства (или похищения) отца, бесконечные допросы офицерами МГБ, неожиданное освобождение и странное путешествие с матерью во Францию для обещанной встречи с папой.

Индийскую жемчужину мы увидели в лучах восходящего солнца. Высшее достижение мусульманского зодчества всех времен и народов сверкало белизной. Огромный белый купол идеальных пропорций и четыре ракетоподобных минарета, потрясающей красоты сады. Уверяю, ни слова, ни фото- и видеозапись не передают величия, изящества, торжественности комплекса. А еще какой-то скорбной нежности, которые вложил в мавзолей император Великих Моголов Шах-Джахан в память о любимой жене Мумтаз.

Памятнику исполнилось всего семнадцать лет. Он не пожелтел от промышленных выбросов, стены не изъедены трещинами от усадки грунта.

Впрочем, я нашел единственное слово на русском языке, характеризующее мечеть. Оно созвучно слову «охренеть». И мысленно извинился перед Раджой, что смотрю на Тадж-Махал без него.

— Сядем? — Франклин светился энтузиазмом. Кто поверит, что полсуток назад он и слышать не хотел об изменении маршрута.

— Даже не думай. Это не туристическая достопримечательность, а могила Шах-Джахана. Его сыночек, свергнувший папашу и до смерти продержавший в тюрьме, теперь изображает вселенскую скорбь. Охрана обстреляет нас, мне придется их убить. Если хочешь, чтобы Музаффар Султан Мухаммад Аурангзеб стал злейшим врагом без всякой пользы, валяй.

Мы повернули на юго-юго-восток.

Приличная бухта, островки, красивые белые дома в английском и португальском колониальном стиле, россыпи жалких лачуг. Здравствуй, Мумбай.

Перепугав местных жителей до икоты, отпустил воздушное такси и с семьей Гао ввалился к сэру Джорджу Оксендену, представителю Английской Ост-Индской компании и, вероятно, будущему губернатору колонии. До подхода «Новака» еще пару дней плюс стоянка, хотелось пожить в относительном комфорте.

Сэр Джордж был шокирован моим внешним видом, помесью одеяния рыбака с Янцзы и формы сержанта НОАК, а также экстравагантным способом воздушной доставки. Он долго не мог уразуметь, что два китайца со мной не прислуга, почти полноправные члены общества. Англичанин навязчиво расспрашивал меня о новостях из Европы, так как в Бомбей еще не попали газеты, выпущенные за месяц до отлета «Парижа» из Парижа. А когда я подарил ему китайский ТТ с запасным магазином, на три столетия опередивший все известное сэру стрелковое оружие, мы стали друзьями.

Наконец, угольный чад пароходика и вереница парусов оповестили о прибытии конвоя. Капитан «Новака» Морис де Брюэль был знаком мне еще по переходу в Ригу, тогда он был простым помощником. Мы обнялись. Я снова в кругу своих.

56. ЗЕМЛЯ-2. 19.12.1670. ПАРИЖ

Фридрих Вильгельм оказался первым европейским главой государства, посетившим республиканскую столицу с официальным визитом. Не считая, конечно, четы Оранских, которые в Париже были своими, и Педру Второго, выдергиваемого периодически на производственные совещания.

Наслышавшись от кузена про новшества, прусский лидер в глубине души чувствовал себя провинциалом, впервые в жизни попавшим из деревни в город. На фоне увиденного во Франции достижения Пруссии казались отсталыми и безнадежно устарелыми. Электрическое освещение улиц и домов, чистота на мостовых, водопровод и канализация, конка и паровые баржи на Сене привели его в восторг. Хотя перемены пока коснулись лишь центра, а на окраинах преобладала средневековая дикость, Фридрих загорелся импортировать нововведения в родное отечество.

Его принимали в Лувре. Бюрократический аппарат республики рос. Миссионеры, поначалу все умещавшиеся в Пале-Рояле, по мере обзаведения семействами разъехались по особнякам. Лувр оккупировал Джонс под внешнеполитические дела, поселившись в покоях Людовика XIII, и постоянно отбивался от шуточек: может, твоему величеству положен Версаль?

Специально на встречу с прусским владыкой из Мадрида примчался Роберт Ли, а Вильгельм Оранский прибыл без супруги.

— Как здоровье королевы?