— Отец, а когда овец стригут?
— Поздней весной, или в начале лета, а почему ты спрашиваешь? — он удивлённо посмотрел на дочь.
— А сейчас середина лета — барон кивнул ей в подтверждение.
— Значит где-то хранится вся состриженная шерсть?
— Ох Агата! Она хранилась в тех двух деревнях, что сожжены до тла. Думаю что на ярмарку в этом году нам нечего будет вести.
— А овец стригут один раз в год?
— Наших — один. У нас особая порода, была. Я вообще склоняюсь к мысли, что набег был замыслен с целью заполучить наших особенных овец. Но ничего не доказать.
— Старосты сказали, что много скотины разбежалось по лесам. Может быть отыщут и овечек?
— Я даже не сомневаюсь, что вернут пару десятков… — Агата оживилась при этой новости.
— А сколько же тогда у нас овец было до набега?
— Полторы тысячи, не считая молодняка
— Это же огромное стадо!
— Конечно. За нашей шерстью даже торговцы из других стран приезжали, да что сейчас об этом…
— А сколько времени потребуется, чтобы возродить стадо?
— Наши овцы дают два приплода за полтора года. В каждом обычно три ягненка. Чтобы возродить стадо, надо лет десять, а то и больше. Да и к чему это сейчас? — Сказал барон и отвернувшись потер глаза руками.
— Отец, а мы продавали стриженую шерсть, или изделия из неё? — Не отступала Агата.
— Просто шерсть, стригли, связывали в тюки и продавали, а ты к чему все расспросы ведешь?
— А если нам обучить женщин прясть, и продавать уже нитки для вязания, или вовсе вязанные вещи? За них ведь должны больше платить? И тогда не нужно такое огромное стадо? — Отец даже приподнялся на руках, услышав эти слова от Агаты. Он надеялся, что всё ей объяснил, а нет, она продолжает обдумывать дела хозяйства.
— Девочка моя, да зачем нам это сейчас? Приданое у тебя есть, и на мой век хватит денег, а потом — он только махнул рукой.
Глава 7
Вскоре дверь распахнулась и вошла служанка.
— Господин барон, к Вам пришла Старая Марта, говорит что Вы её звали. — Барон оживился от слов служанки и велел немедленно проводить к нему женщину. Служанка поклонившись ушла а спустя короткое время дверь открылась и в проеме показалась сгорбленная маленькая фигура, вся в чёрном и с клюкой.
Старуха подошла ближе и Агата смогла её получше разглядеть. Она была закутана в чёрный платок, глаза внимательно смотрели то на Агату, то на барона. Лицо изъедено глубокими морщинами. На незнакомке черное платье, а сверху накинут черный плащ, стянутый шнурком у горла. На ногах массивные ботинки, и тоже чёрные.
Барон позвонил в колокольчик и когда пришла служанка сказал:
— Принесите еду для Старой Марты, а нам — взвар.
— Агата, это травница, Старая Марта, она живёт на наших землях, я разрешил. — Старуха присела рядом с кроватью барона, на стул и внимательно уставилась на Агату.
— Здравствуйте Старая Марта! — Поприветствовала её девушка. Она так и сидела на кровати рядом с бароном.
— Алан! Твои сыновья радуются и пируют за столом у Пресвятой Девы. Они исполнили свой долг, защитили семью и не посрамили свой род. За это их ожидает большая награда — они пойдут на перерождение без осуждения своих поступков. Они счастливы и ты не горюй! — Агата потеряла дар речи и широко открытыми глазами смотрела на старуху.
Принесли еду, взвар и стаканы. Пока старуха ела, никто не разговаривал.
Старая Марта внимательно разглядывала Агату внутренним зрением. Этот дар перешёл к ней от матери, а той от своей матери. Напротив себя Старая Марта видела нечто необычное. Как будто тело Агаты, а душа другого человека. Такие случаи не редкость, но об этом никто не говорит, а Старая Марта с такими уже встречалась. Видела она и силу, поселившуюся внутри Агаты и знания. Просмотрев девушку внимательно, она убедилась, что та никогда не причинит вред Алану, будет до последнего вздоха рядом с ним и подарит ему много счастливых моментов.
— Сходи ка девонька погуляй, нам с Аланом вдвоем поговорить надо — Агата заволновалась при этих словах. Что скажет колдунья отцу? Может она почувствовала чужого человека в теле Агаты? Но послушно слезла с кровати отца, обулась и вышла, плотно прикрыв за собой дверь.
— Алан! Память к твоей дочери никогда не вернется — начала свой рассказ старуха.
— Она станет светом и радостью этих земель. Сколь бы ты её не оберегал — против воли Пресвятой Девы ты бессилен. И да, она — заговоренная, с ней ничего страшного не случится. Ты ещё её детей застанешь, старый пень — старуха замолчала и только вытерла капельки пота со лба.