Выбрать главу

А как она кричала!

Старухе, которая принимала роды, казалось что боги проклинают ее за то, что она помогает в этом. Ведь это ребенок короля! А сейчас, под светом дня, творилось такое преступление!

И все же старуха делала свое дело, при этом каждый раз бубнила что-то себе под нос.

— Я молюсь, чтобы наш Король не узнал об этом! — расслышала Катрина в перерывах между схватками.

— Этот ребенок разрывает ее тело надвое — Это был уже посторонний голос, но знакомый. Катрина хотела посмотреть, кто это был, но чьи-то тяжелые руки пригвоздили ее к соломе и держали.

— Что же ты делаешь, глупая…

Кондрат!

Она хотела что-то сказать ему, но вместо объяснений, она снова закричала и прогнулась, увидев, что рядом со старухой стояла Ероих.

— Это можно остановить?

— Нет! — старуха гаркнула, увидев мужчину в своем сарае — а мужчина здесь не нужен! Плохой знак!

— Хочешь, я обернусь в медведя!? — крикнул в ответ Кондрат — Ероих! Принеси теплой воды! И тряпки! Живо!

Катрина кричала, извивалась, плакала, но руку Кондрата не отпускала.

— Ашер! — крикнула она в перерывах между схватками — Для Ашера ребенок умер! Его… — И снова крик, который наверняка расслышали все жители долины, будь они здесь.

Но хуже всего крик Катрины был на самой последней минуте, в момент рождения ребенка, Катрина завизжала так сильно, что этот звук можно было сравнить с визгом раненного животного, которого подстрелили охотники, которого не до конца убили.

— Мальчик! — изрекла старуха, вытащив окровавленного ребенка.

Прибежала Ероих, с тряпками и с тазом воды наготове. Обернув ребенка в чистые тряпки, она стояла в стороне и наблюдала за роженицей.

— Сожги тряпки, старуха. И никому ни слова— рыкнул Кондрат.

Когда она ушла выполнять поручение, Кондрат посмотрел на Катрину. Та, после родов вся взмокшая, лежала тяжело дыша, пытаясь втянуть в себя столько воздуха, сколько это возможно.

— Не говори Ашеру — невнятно произнесла она — Не говори. Для него ребенок не родился, умер… а сам присмотри за ним, Кондрат.

— Хорошо. Хорошо, я это сделаю. — Медведь гладил девушку по мокрому от пота лбу, по волосам, так тяжело дышал, что будто сам родил.

— Как ты его назовешь?

Девушка, еще не пришедшая в себя от родов, невнятно пробурчала, перед тем как уснуть от зелья:

— Гриф. Его имя Гриф.

* * *

Клеменца не отходил от своего стола всю ночь. Он писал письма жене и дочери, которые там, в Спокане.

Он посмотрел на стопку писем, которых написал, и листки, которые были разбросаны на полу.

Поставив точку в последнем письме, он сложил его в стопку к другим, а те в свою очередь скинул в рюкзак.

Посмотрев на стол и проверив, не забыл ли он ничего, отложил рюкзак в сторону. Сзади захлопнулась дверь, а на пороге стояла Торн. Все еще тепло одетая, она тяжело дышала от быстрого бега.

— Меня просили передать, что через час встречаемся в замке… что ты делаешь?

Клеменца встал, от долгой ночи его ноги затекли, и передал сумку Торн.

— Отдашь моей семье. Они… там, в Спокане. Адрес найдешь.

— Почему ты не— сказала девушка, и осеклась. — Даже не выдумывай. Ты что, совсем, Клеменца?

— Если людям, которые остались в общине, будет угрожать опасность — сухо вымолвил он — То я побегу их спасать.

— Мы всех уведем. Никто не пострадает.

— У меня приказ от Баронессы — сказал он таким же тоном — Что, если что-то пойдет не так… если хоть одна Тень поведет себя подозрительно или Ашеру будет угрожать опасность… Я должен принять удар на себя.

— Но ты ведь…

— Лучший солдат Баронессы— перебил ее он — Только благодаря им я остался жив. И если — тут он вложил сумку в руки Торн. — Я умру, то буду знать, что мы разрушили Грани. И что ты — Он отошел в сторону, взял свое копье, пару раз крутанул им в воздухе — Передашь это все моей семье.

Торн прижала сумку к себе, невольно вздрогнув подняла голову и посмотрела на своего учителя.

— Я обещаю — сказала она тихо — что передам все, в случае чего.

* * *

Кондрат, лениво потягиваясь на кровати, косился на девушку, что старше его, и улыбка не сходила с его губ.

— Что планируешь делать, как вернешься в Спокан?

— Я? — Девушка оживилась, приободрилась, но не улыбнулась.

А что ей делать? Она и забыла, когда была там. Ее не особо интересовало, что происходит вокруг. — Не знаю. Что обычно делают в Спокане?