Выбрать главу

— Какая еще охота?.. — не поняла я, а потом махнула рукой. — Да делайте вы что хотите…

Как позже рассказал Эж, Лесовик, усевшись на крыльцо, через какое-то время стал издавать непонятные звуки. Немногим позже Лесовик пояснил удивленному Эжу — он, дескать, подзывает к себе кое-каких птиц и зверей. Все проще некуда: сейчас весна, и звери-самцы охотно идут на голос самки, а уж подбить зазевавшегося зверя — это совсем просто. Уж не знаю, какими талантами обладал этот человек, но за пару часов он умудрился подбить аж четырех зверьков, очень похожих на зайцев, а еще пару крупных птиц, смахивающих на гусей. Лесовик быстро выпотрошил добычу, освежевал зверьков и ощипал птиц.

— Готовь, красотуля… — сунул он мне в руки свою добычу.

— Ловко ты!.. — восхитилась я. — И как много! Я о таком способе ловли еще ни разу не слышала!

— Не говори, чего не знаешь… — буркнул Лесовик. — Лучше едой займись — проку больше будет.

— Что-то ты с утра не в настроении… — заметила я.

— Не с чего быть хорошему настроению… — поморщился мужчина и снова повернулся к Эжу.

— Слышь, давай-ка еще раз осмотрим избушку — вдруг ты где-то щель не заметил. Если что — еще серебра настрогаем и щель замажем.

— Не возражаю… — согласился Эж. — Только не понимаю, отчего ты так встревожен. Вроде все спокойно.

— То-то и оно, что слишком спокойно.

Весь день прошел в трудах, причем мы с Лидией готовили еду, а Эж с Лесовиком еще раз самым внимательным образом осмотрели избушку, и кое-где вновь подмазали глиной с серебряной стружкой. Лесовик выломал себе крепкую палку, и опирался на нее при ходьбе, хотя старался лишний раз не ступать на раненую ногу. Конечно, нам хотелось расспросить Лесовика о том, куда он направляется со своим грузом серебра, но было ясно — пока что время для разговоров не наступило.

Когда же еще только стал наступать вечер, то Лесовик сам запер двери и окна, после чего вздохнул:

— Ну, давайте надеяться на лучшее.

— А что может произойти?

— Может и ничего не произойдет. А пока надо бы поесть.

После наваристого супа из зайца мы все как-то повеселели, да и тревоги как будто отошли куда-то далеко. Светился штырек в лампе (кстати, это последний), на душе было ощущение покоя и безопасности…

— Вы откуда родом?.. — внезапно спросил Лесовик. Ого, а голос-то у него какой жесткий!

— Мы же говорили — с Арсара.

— Нет… — покачал головой мужчина. — На Арсаре вы не были никогда — это даже не обсуждается. У вас кожа немного другая, говорите не так, да и сами какие-то не такие, как все… Обычно я в людях не ошибаюсь, но вот вас понять не могу.

— А тебе не все равно?.. — вздохнул Эж.

— Я должен знать, кто встречается у меня на пути… — Лесовик посмотрел на меня. — Я слышал, что где-то на дальних островах живут люди, которым ведомы тайные знания. Молчите? Ладно, спрошу прямо: красотуля, ты ведьма?

— Что?.. — растерялась я, но мужчина неправильно понял мою заминку.

— Я это понял, когда ты меня лечила своим колдовством и кровью.

— Ну и помалкивай об этом!.. — огрызнулась я. — Церковники узнают — до конца жизни из церковной тюрьмы не выйдешь, будешь там сидеть на хлебе и воде, а храмовники со всем старанием начнут очищать твою душу от скверны!

— Похоже, вы от церковников именно потому ноги и уносите?.. — усмехнулся Лесовик.

— Вроде того.

— Что, уже побывали в их лапах?

— Мы ж не интересуемся, откуда ты идешь.

— Все трое колдуны?

— Слышь, Лесовик, что за допрос? Я же не спрашиваю тебя, чье серебро ты таишь на своем горбу!.. — а вот теперь уже и в голосе Эжа послышались холодные нотки. — У каждого есть свои секреты…

— Погодите!.. — подняла руку Лидия. — Слышите?

— Что?.. — мы все повернулись к ней.

— Мне послышались чьи-то голоса…

— Наверняка показалось… — подал плечами Эж. — Хотя…

А вот теперь голоса донеслись и до меня. Это еще кто такие? Надеюсь, что не церковники по наши души. А может, это те, кто преследует Лесовика?

Хм, невольно пришла на ум старая поговорка о том, что хрен не слаще редьки…

Глава 20

Меж тем голоса приближались — похоже, кто-то двигался по направлению к нашей избушке, причем, как стало понятно чуть позже, люди не переговаривались между собой, а скорее, время от времени кричали.

— Кто это может быть?.. — испугано спросила Лидия.

— Насколько мне известно, никто из здешних лесных обитателей человеческие голоса повторить не может… — произнес Лесовик, который тоже вслушивался в звуки, доносящиеся из-за стен. — Создания Ведьминого Варева на такое тоже не способны. Значит, сюда пожаловали люди, только вот встречаться с ними нам ни в коем случае не стоит. Впрочем, скорей всего сюда они добраться не успеют.

— Что им тут может быть нужно?.. — Лидия явно встревожилась.

— А разве не ясно?.. — Лесовик покосился на девушку. — Ставлю мешок с серебром против медной чешуйки, что те, чьи голоса мы сейчас слышим, заявились в эти места, разыскивая нас, причем неважно, кого именно они ищут — вас троих или меня одного. Как видно, эти люди по дороге напоролись на кого-то из местных хищников, вот и пытаются унести ноги. У тех, чьи голоса мы сейчас слышим, только один выход — добежать до этой избушки, надеясь укрыться за ее стенами, а это значит, что среди тех людей есть кто-то, знающий эти места.

— Так ведь еще не ночь, а всего лишь вечер, и солнце полностью еще не должно зайти! Хищники в это время вроде еще не выходят на охоту… — заметил Эж.

— Вот именно что “вроде”… - пожал плечами мужчина. — В лесу уже достаточно темно. А еще не стоит забывать, что Ведьмино Варево находится не так далеко отсюда.

— Не могу отделаться от впечатления, что ты имеешь в виду какого-то определенного зверя, который и напугал людей.

— Есть такое дело… — неохотно отозвался Лесовик. — Только это не зверь, а одно из созданий Ведьминого Варева. Хотелось бы, чтоб я ошибся.

— Если они добегут сюда…

— То-то и оно, что “если”… - пробурчал Лесовик. — Очень сомневаюсь, что это хоть кому-то удастся.

В это время голоса стали звучать совсем близко. Вернее, мы услышали чей-то отчаянный крик, который резко оборвался — без сомнений, это был вопль ужаса погибающего человека. Мы молчали, вслушиваясь в наступившую тишину, но прошло не более десяти-пятнадцати секунд, как в запертую дверь избушки кто-то отчаянно забарабанил.

— Откройте! Откройте!!

В голосе мужчины, который находился за дверями, было такое отчаяние, что у меня сердце сжалось. Я дернулась, было, к дверям, но Лесовик поднял руку:

— Стоять!

— Но как же…

— А вот так! Я знаю, что говорю! Ни в коем случае нельзя открывать дверь!

Мы не успели ничего сказать, когда мужчина, продолжая стучать в дверь, закричал:

— Спасите! Во имя всех Богов, пустите меня к себе!

В растерянности мы посмотрели на Лесовика, но тот, к нашему удивлению, не стал нас останавливать. Поколебавшись несколько секунд, он шагнул к двери, бросив нам на ходу:

— Впустим, но все надо сделать как можно быстрее!

Два раза повторять не пришлось, а потому мы без промедления вытащили брус из дверных петель и сдвинули засов. Дверь распахнулась, и мужчина, стоящий за дверями, буквально ввалился внутрь дома, сбив при этом стоящего рядом Лесовика. К сожалению, ноги незнакомца оказались почти на пороге, и потому мы не смогли сразу же закрыть дверь. Пока Эж оттаскивал в сторону лежащего на полу мужчину, прошло еще несколько секунд, и в то мгновение, когда я уже хотела захлопнуть дверь, на поляну из леса длинным прыжком выскочило (вернее, выпрыгнуло) странное существо, при виде которого я настолько оторопела, что едва не ахнула. Оказавшийся рядом со мной Эж оказался более собранным, и, оттолкнув меня в сторону, сразу же захлопнул дверь, после чего задвинул засов, но уже в следующий миг в дверь снаружи сильно ударили. Засунув брус в дверные петли, и без разрешения подтащив сумку с серебром к порогу, Эж потряс головой:

— Надо же, еле успели! Блин, ну и жуткие же твари водятся в здешних местах!