Выбрать главу

Склалантиевые рудники, перерабатывающие фабрики, тридцать тысяч гражданских работников, сто сорок пять тысяч заключённых, три тысячи контролёров и военизированной охраны, грузовой терминал и два штрафных МУКа класса «тарантул» на геостационаре… Не бог весть какие потери для Федерации, и ни Хокинс, ни командиры корветов, ни сам штаб-адмирал просто не понимали, зачем тварям эта планета? Зачем им понадобилось атаковать её сразу пятью роями?..

— Вспышка по фронту! Воздух!

Инстинкты сработали раньше разума. Чандлер ещё не успел закончить положенную по Уставу фразу, а Хокинс уже нырнул в ближайший подвал (и как только вход в него умудрился заметить?). Всего через пару ударов сердца земля под ногами вздрогнула, а по подвальным стенам зазмеились опасные трещины. Здание над головой тряхнуло, как при землетрясении, но перекрытия, к счастью, не рухнули.

На улице творился настоящий бедлам. Дым, пыль, грохот и льющийся сверху настоящий огненный дождь… Орбитальная бомбардировка — не шутки. Укрыться от неё на открытой местности практически невозможно. В подвалах и бункерах — как повезёт…

Хокинсу и его двум бойцам повезло. Метки на командирском планшете остались зелёными. И это было отлично. Непонятно лишь, кто и зачем шарахнул по этому месту плазмой и гравитацией? Если из роя, то нафига им бить по своим? А если с корветов, то как они умудрились выжить?

Бывший штаб-бригадир терялся в догадках, но проверять их пока не спешил. Ждал, когда пыль осядет, а обстрел прекратится.

Бомбардировка закончилась минут через десять.

— Парни, выйти наружу можете? — поинтересовался Хокинс, выждав для верности ещё столько же.

— Да… Можем…

— Тогда выбираемся. Чандлер — первый, я следом. Уильямс, ты прикрываешь.

— Принято, командир…

Снаружи было подозрительно тихо. Всё, что могло сгореть, уже догорало. Всё, что могло быть разрушено, лежало в руинах. Противник поблизости не наблюдался.

Бойцы осторожно, стараясь держаться развалин, направились в сторону эпицентра бомбёжки. Последний, если верить имеющимся у каждого сканерам, располагался в середине «пятна».

Дорога заняла меньше четверти часа. Звено никто не обстреливал и напасть не пытался.

Ничего удивительного в этом Хокинс не видел. Выжить под теми ударами, что он наблюдал из подвала, было решительно невозможно, что тварям, что людям…

— Холи шит! — потрясённо пробормотал Чандлер, выбравшийся из руин первым.

— Ну, нифига себе! — присвистнул Уильямс.

Командир вышел к границе последним.

Изумляться в открытую, как подчинённые, он не стал, хотя, безусловно, хотелось.

Ни разрушений, ни трупов в округе не обнаружилось. Как не обнаружилось и самого «пятна» — зоны, куда упал рой и где, по идее, должны были оставаться обломки корабля-матки и коконов.

Прямо перед глазами, куда ни глянь, расстилалась лишь гладкая, пышущая жаром поверхность, спёкшаяся практически до «стеклянного состояния» и вдавленная в толщу земли тян на тридцать.

Лёгкий шорох откуда-то справа заставил Хокинса развернуться и быстро вскинуть оружие.

По кромке гигантского котлована брёл человек. Метки и знаки отличия на его скафандре отсутствовали. Бластер в руке незнакомца смотрел стволом вниз, к поясу была приторочена обыкновенная сапёрная лопатка.

Неизвестный остановился шагах в десяти от бойцов. Убрал бластер в набедренную кобуру. Снял с головы защитную сферу…

Этого человека бывший штаб-бригадир узнал бы сто раз из ста, и, наверное, лучшей наградой себе посчитал бы приказ нажать сейчас на спусковой крючок уже наведённого на цель плазмогана. Потому что именно он, этот имперец, чьё лицо «украшало» едва ли не половину всех сводок и меморандумов Верховного Трибунала, прямо и недвусмысленно называющих его главным врагом Федерации, стал в своё главной причиной жизненного и карьерного краха как самого Хокинса, так и полутора сотен его сослуживцев, включая командиров корветов и даже штаб-адмирала. Именно из-за него Хокинс попал в штрафники. Именно из-за него погибли сегодня Уайлдхок и Деррик и, вероятней всего, экипажи обоих МУКов…

Приказа стрелять в «нормальных» у Хокинса не было, стоящий перед ним человек агрессии не проявлял. Тем не менее, указательный палец бывшего штаб-бригадира зудел и чесался…

Проблема разрешилась «сама собой», секунд через пять.

— Отставить стрелять! — прогремело внезапно из-за спины.

Хокинс невольно вздрогнул, но не исполнить эту команду не мог.

— Сэр! — опустил он оружие и повернулся на голос.