Она поздравила себя с тем, что не упомянула о книге на собеседовании. Роско подозревал, что у нее есть какой-то скрытый мотив, который он не смог выведать. Ей было интересно, что думали остальные. Инициатива оказалась в руках викария и Роско, по большей части Роско. Последний был прирожденным лидером. Его отличал пронзительный словно лезвие бритвы взгляд, хотя иногда в его глазах светилась ирония. У него был восьмилетний сын, наверное, ему самому — немного за тридцать. Роско ожидал, что Джиллиан сейчас вернется и откажется от работы. Десять минут назад она была готова отказаться, но сейчас, стоя в этой солнечной пыльной комнате, она ощущала безмятежность. Несмотря на ужасный вид, дом можно преобразить. Вычистить и украсить картинами. Много мебели не потребуется, подойдет и дешевая, подержанная мебель. Анна с Дэвидом помогут, возможно, подключатся ее родители. Через полгода школу могут закрыть, но за это время она напишет роман.
С лестницы позвала мисс Корри, голос у нее был такой же грубый, как и внешность.
— Мисс Уорд, мы готовы, подойдите!
Она ждала Джиллиан в коридоре и настойчиво спросила:
— Ужасно, не правда ли? Вы к такому не привыкли. — Она хотела, чтобы Джиллиан согласилась с ней.
Джиллиан почувствовала опасность и равнодушно заметила:
— Все можно устроить.
В классе викарий указал ей на стул. Она уже собиралась заговорить, но он поднял руку.
— Нет, сначала послушайте нас. Я хочу быть откровенным. Если вам нужна эта работа, она ваша. Я также хочу, чтобы вы знали, что ваш отказ нас не обидит.
Роско добавил:
— Если здесь слишком одиноко, заброшенно, так и скажите. Не стоит церемониться.
Они очень хотели, чтобы ей было легко отказаться. Она не подходит для этой работы, и они это понимают.
Джиллиан посмотрела на Роско.
— Я знаю, что вам нужен не такой человек, как я, но у меня может получиться лучше, чем вы ожидаете. Если нет, тогда я обещаю вам уехать. Я сделаю все возможное. Не знаю пока, что из этого получится.
Роско понял, что она говорит правду, и подумал, уж не склонность ли к самокритике заставила ее уйти из прежней школы. Но ведь не может быть только это причиной? Викарий спросил:
— Вы готовы жить в этом доме? Вы понимаете, что мы не можем тратить деньги на его благоустройство?
— Я смогу приезжать во время летних каникул и разжигать огонь? Это поможет от сырости.
— Да, конечно.
Неожиданно ей в голову пришла мысль. Очевидно, здесь давно уже не топили. В комнатах почти не было мебели. До конца учебы еще осталось немного времени. Где мисс Стэншоу?
— Ваша учительница может ознакомить меня с методами работы. Мы могли бы с ней встретиться?
Управляющие переглянулись. Роско пожал плечами, а викарий ответил:
— Она должна была уйти в отпуск и, возможно, задержалась дольше, чем нужно. По состоянию здоровья ей пришлось уйти в разгар учебы. Несколько лет назад моя жена была учительницей, и ей пришлось каждый день приезжать сюда. Вы понимаете, что оказываете нам большую услугу, если действительно согласны работать?
Он ушел от ответа. Итак, мисс Стэншоу сломалась. Интересно, почему? Роско иронически смотрел на нее.
— Вы все еще хотите работать, мисс Уорд?
Джиллиан захлестнула волна гнева. Он был ужасно проницателен. Она ответила викарию:
— Я попытаюсь начать осенью, если вы согласны.
Викарий был согласен. Необычно, но справедливо.
Если ей удастся продержаться хотя бы полгода, они будут благодарны. А тем временем он найдет кого-нибудь, чтобы побелить стены класса. Остальные затраты будут на ее плечах. Он поднялся:
— Ваш друг на улице теряет терпение.
Интересно, собираются ли они пожениться на Рождество? Даже если нет, такой исход вполне вероятен. Он осторожно улыбнулся, поняв, что подумала мисс Корри. Роско сказал:
— Мне нужно идти. Я провожу вас до ворот.
Викарий протянул Джиллиан руку.
— Вы получите официальное уведомление позже. Я вам напишу. Если захотите приехать, позвоните мне или напишите. Моя жена будет рада пригласить вас на обед, и мы сделаем все, чтобы вам помочь.
Джиллиан благодарно пожала его руку:
— Спасибо. Я запомню.
За дверью Роско остановился и внимательно посмотрел на нее.
— В солнечный июльский вечер тут довольно красиво, но зимой — настоящий ад. Хорошенько оглядитесь вокруг и попытайтесь представить эту местность зимней ночью, никаких огней, ближайшая ферма в нескольких милях отсюда. Если у вас есть воображение, представьте.