– Боюсь, у нас есть проблема посерьезнее лорда Неверембера, – сказал Джарлакс королю Бренору. Они находились в личных покоях дворфа, глубоко в недрах земли, на нижних уровнях Гаунтлгрима. Рядом с дворфом сидели две его королевы, Кулак и Ярость, и мрачно обсуждали месть за убийство Амбер Гристл О’Мол, которая была их лучшей подругой.
– Может, и так, но у меня уже очень давно руки чешутся снести ему башку, – заявил Бренор, который, казалось, не слышал Джарлакса.
– Демоны, – снова попытался наемник.
– С ними мы уже дрались, и не раз.
– Верно, но не в таких количествах, – не унимался дроу. – Я в жизни не видел столько демонов в одном месте за пределами Подземья, да и, честно говоря, за пределами Бездны. И среди них верховные демоны, которые могут открывать порталы, ведущие на нижние уровни, и приводить в этот мир еще больше своих слуг.
Бренор набычился и исподлобья взглянул на дроу.
– Знаешь, я не удивляюсь, – пробормотал он.
– Не удивляешься?
– Тому, что ты побывал в Бездне. Наверное, подыскивал себе виллу для летнего отдыха?
Джарлакс улыбнулся, но улыбка тут же погасла.
– Мы должны действовать быстро, иначе их число увеличится многократно, – предупредил дроу.
– У меня есть собственные порталы! – воскликнул Бренор.
– Боюсь, что они тебе понадобятся, мой добрый дворф, – вздохнул дроу. – Все до последнего.
– Глубоководье не будет сидеть без дела, – возразил Бренор. – Весь Север в опасности, и, насколько мне известно, демонам наплевать, кого или что убивать и пожирать!
– Мы не знаем, кто именно в городе на нашей стороне, а кто – сообщник лорда Неверембера, – признался Джарлакс и с извиняющимся видом пожал плечами.
Бренор, естественно, это понимал. Да, лорды Глубоководья, возможно, и соглашались пока что терпеть демонов на землях вокруг своего могущественного города, но, с другой стороны, им не слишком нравился тот факт, что эльфы-дроу контролируют Лускан. Тревожило лордов и восстановление Главной башни тайного знания, отстроенной из руин, и то, что ею фактически руководил бывший архимаг Мензоберранзана.
Многие знали, что Бренор в дружбе с Джарлаксом, и это, откровенно говоря, мешало ему приобрести союзников в распре с лордом Дагультом Неверембером. В конце концов, тот и сам был лордом Глубоководья. За месяцы, прошедшие после возвращения и восстановления Гаунтлгрима, Бренор с немалым изумлением обнаружил, что он и его клан оказались почти в полной изоляции в здешних местах. Он решил, что отношения с соседями улучшатся после того, как заработали магические порталы для телепортации. Скоро в Гаунтлгрим должны были хлынуть товары из Мифрил Халла, твердынь Адбар и Фелбарр, не говоря уже об оружии, которое изготавливали искусные кузнецы Бренора в огне Предвечного.
Но все это пока было в будущем, а демоническая угроза существовала в настоящем. Что же касается прошлого…
Прошлое не желало уходить, а старые привычки – и предрассудки – забывались с трудом.
– Я хочу перебить их так же сильно, как ты, – сказал тогда Джарлакс. – Атрогейт был не только твоим другом, но и моим.
– Верно, – согласился Бренор. – И Амбра, я знаю это. Но, если честно, я до сих пор не пойму, насколько я могу доверять тебе, эльф, в некоторых вопросах, особенно когда дело касается денег или магии, а? Хотя в случае войны я рад буду, если ты останешься на моей стороне.
Джарлакс, услышав это, поклонился и прикоснулся к широкополой шляпе.
– А как насчет Главной башни, будет от них помощь? – поинтересовался Бренор. – Эти маги… Думаю, они не очень-то любят демонов, которые их не слушаются.
– Уверен, маги целиком и полностью на нашей стороне и готовы помочь. И их помощь нам понадобится – в этом я тоже уверен.
Бренору захотелось кое-что ответить Джарлаксу насчет того, что он, дроу, никогда не видел воинов клана Боевой Молот по-настоящему разъяренными. Однако он оставил эту мысль при себе, побоявшись, что сейчас его слова прозвучат не слишком убедительно. Атрогейт погиб. Амбер Гристл О’Мол из адбарских О’Молов погибла. Его друзья, получив смертельные раны, только что с трудом добрались домой, чтобы сообщить ему эту новость.
Он боялся, что вскоре клану Боевой Молот придется сражаться за собственное существование и что ожидавшая их война окажется еще более жестокой и кровопролитной, чем страшная бойня в Серебристых Болотах.
Вскоре ему предстояло узнать, что он сильно недооценил своих врагов.
– Положение ухудшается, – сообщила Аш’ала Меларн Киммуриэлю Облодра. Это были ее прощальные слова; затем псионик обратился в облако бесплотного тумана и просочился сквозь стену туннеля Подземья, покидая место их тайного свидания.