– Возможно, я так и сделаю.
Звучит одновременно как угроза и как вызов. Здорово. Игнорирую ее реплику и бормочу
что-то о домашке – совершенно не хочется продолжать этот разговор. Мне и правда надо
позаниматься, так что ухожу к себе в комнату, включаю музыку и сажусь писать курсовую.
Хейзл приносит мне кофе с мускатным орехом и корицей, и я ей за это благодарна.
Время до момента, когда я снова увижу Джетта, движется слишком медленно, и когда я
заканчиваю курсовую, у меня в запасе еще целый час. Можно было бы начать делать что-
нибудь другое, но мне очень хочется выбраться из квартиры.
Меня осеняет одна идея, так что я хватаю ключи, сажусь в машину и еду в торговый центр.
По соседству с ним расположено несколько магазинчиков, которые обслуживают
исключительно студентов, в том числе музыкальный-магазин-дробь-кофейня, в котором после
обеда и по вечерам периодически устраивают живые шоу. Черт, добавьте к этому пиво – и это
привлечет претенциозных хипстеров из колледжа быстрее, чем вы успеете сказать: «Я любил
его еще до того, как это стало мейнстримом». Обычно я избегаю это местечко, но там продается
кое-что, нужное мне, поэтому я бросаю вызов толпе народу с телефонами за пятьсот баксов,
разглагольствующих с важным видом о нехватке воды в странах третьего мира, и, пригнув
голову, направляюсь к отделу компакт-дисков.
В том, чтобы подарить кому-то подарочную карту айтюнс нет ничего романтического, так
что я просматриваю диски, пока не нахожу то, что хотела. Выскакиваю из магазина как можно
быстрее и еду в колледж. На то, чтобы найти место на парковке, уходит целая вечность, а мне
же еще надо упаковать подарок. Из того, что есть в машине, подходят только пакет из-под
пончиков и счет за мобильный телефон. Останавливаю свой выбор на первом и иду в кафе, что
в библиотеке, чтобы взять нам кофе и выпечку. У них есть канноли11. ДЖЕКПОТ! Покупаю
шесть штук, потому что сама точно захочу не меньше трех, а если я съем три, то будет только
справедливым взять столько же для Джетта. А возможно, я съем четыре, а Джетту достанутся
две.
Ну ладно, одну трубочку я съедаю через две секунды после покупки, так что их остается
только пять. Поэтому приходится съесть еще одну, чтобы осталось четное количество. Блин,
пора ехать к Джетту.
– У тебя что-то на лице, – говорит Джетт, прежде чем я успеваю вставить хоть слово.
Черт! Застукана с размазанной по лицу начинкой канноли. Пытаюсь вытереться, но Джетт
качает головой.
– Кое-что пропустила. Вот здесь.
Он подходит ближе и стирает крем пальцем (бли-и-ин, не могу удержаться, чтобы не
посчитать это сексуальным), а потом вдруг высовывает язык и использует его вместо пальцев.
Я непроизвольно ахаю, в то время как Джетт улыбается, видя мое возмущение, дарит мне
быстрый поцелуй и произносит:
– Надеюсь, это была глазурь или что-то вроде того.
– Ну, тебе стоило бы спросить об этом, прежде чем облизывать мое лицо, идиот, – заявляю я,
задыхаясь.
– Возможно. Может, нам надо добавить это к списку? Не лизать лицо Липовой Девушки, не
спросив прежде, чем именно оно измазано?
– По-моему, хорошая мысль. Привет.
Приподнимаюсь на цыпочки, чтобы снова его поцеловать. Не могу удержаться.
– Привет, – отвечает Джетт, обхватив мое лицо ладонями и нежно поглаживая щеки
большими пальцами.
Черт, как же я рада его видеть. И судя по всему, это взаимно.
11 Канноли – традиционный сицилийский десерт, представляющий собой вафельную хрустящую трубочку, наполненную
начинкой из сыра маскарпоне, взбитого творога или рикотты с добавлением различных сиропов (чаще со вкусом ванили или
шоколада), вина марсалы или розовой воды.
81
– А я тебе что-то принесла, – сообщаю я, помахав пакетом из-под пончиков с завернутым в
него диском.
В другой руке у меня кулек с канноли и все остальное. Приходится пристроить стаканы с
кофе на рядом стоящий столик.
– Не стоило этого делать, – замечает Джетт, отпуская мое лицо и отступая назад, так что
теперь я могу сунуть ему сверток.
Сажусь и достаю еще одну канноли.
Джетт вытаскивает диск и поворачивает его, чтобы посмотреть на обложку. Это «Ухожу
через окно» группы «Something Corporate». Я заметила, как ему нравятся эти ребята, когда мы
слушали радио, а потом он снова упомянул о них, когда рассказывал о своей семье.
– Я решила, что ты должен иметь возможность слушать свободу. Даже если свобода иногда