Выбрать главу

Думаю, в моем влечении к нему нет ничего удивительного....

Но я старалась держаться от него подальше.

Эти две недели я отлично справлялась с задачей. Хотя не могла не смотреть на него издалека. Это было выше моих сил, мои глаза продолжали искать его, пытаясь понять, что за человек скрывается за великолепной внешностью.

И мне хотелось, чтобы под внешней оболочкой он не был милым... но Эштон оказался именно таким.

Его вопросы на лекциях было трудно не заметить. Очень умный, он всё спрашивал по делу, тем самым давая мне пищу для размышлений, а порой уча большему, чем лежащий передо мной учебник.

Я видела, как он заботился и утешал свою знакомую, когда та расклеилась. Он верный друг, заботливый... и к тому же весёлый парень.

Как бы я ни старалась держаться от него на расстоянии, Эштон своими случайными комментариями во время лабораторных заставлял меня улыбаться.

Тем не менее... я делала всё от меня зависящее, чтобы держаться от него как можно дальше, пытаясь избежать зрительных контактов или коротких разговоров, но даже это было неизбежным.

— Кто это?

Я вынырнула из пучины размышлений и посмотрела на Элейн, мою вторую лучшую подружку, но поскольку наши расписания не совпадали, я не могла проводить с ней достаточно времени.

— Ты о чём? — спросила я, пытаясь понять, о чём идёт речь. Элейн села на скамейку рядом со мной.

— Тот парень, как я ни гляну, постоянно смотрит на тебя, — она кивнула в сторону противоположного стола.

Я посмотрела в том направлении и встретилась взглядом с Эштоном.

Не знаю почему, но в ту секунду я почувствовала между нами что-то... глубокое. Я не могла отвести глаз и даже сделать вздох. Он словно захватил меня в плен, затягивая всё глубже в пучину янтарных омутов. Я смотрела как заворожённая, как он поднимается и с решительным видом идёт к моей парте.

— Приветик, — сказал он с непринуждённой улыбкой.

— Привет, — хрипло ответила я.

Он стоял с невозмутимым видом, засунув одну руку в карман, а второй сжимая учебник. Моё сердце колотилось, как барабан.

Медленно вздохнув, я расправила плечи и спросила:

— Ты что-то хотел?

У меня перехватывает дыхание, когда он достаёт руку из кармана и трёт затылок с озабоченным выражением лица.

— Я... мы что-то должны были принести на лабораторную? — спрашивает он, а я не могу отвести глаз от его адамова яблока.

Нервно сглотнув, я качаю головой.

— Нет, не помню ничего такого. Обычная лабораторка.

— Да, что ж... Увидимся позже. Спасибо, — бормочет он и подмигивает мне, прежде чем уйти.

Он подмигнул мне!

Матерь божья!

ГЛАВА 7

Хотелось бы мне сказать вам, что после всех этих хождений вокруг да около он заставил меня поверить в любовь и жить долго и счастливо... но это не так. Этого не произошло, поскольку это реальная жизнь, а не книжный вымысел.

В нашей группе из десяти человек я разговаривала с ним лишь по необходимости. Казалось, он меня даже не замечает. Наше общение сводилось к профессиональному, каким ему и следовало быть.

Мне стоило порадоваться за него. Ведь я бомба замедленного действия, готовая взорваться в любую секунду, эгоистично вовлекать другого человека в этот кошмар. Но я всего лишь человек, и мне впервые в жизни захотелось встречаться с парнем, чтобы меня любил кто-то помимо семьи.

Несмотря на то, что мы виделись ежедневно, я пыталась забыть его.

Старалась игнорировать сердечные муки и боль во всем теле, а по большей части в колене.

Я умудрилась добавить это дерьмо в свою и так испоганенную жизнь, отчего ещё сильней злилась на себя.

И, словно этого было недостаточно... мне становилось хуже. С каждым днём боль в колене становилась нестерпимей, и я не знала, сколько ещё выдержу.

Однажды ночью я не смогла больше терпеть.

ГЛАВА 8

Я снова стиснула кулаки, пытаясь сдержать крик. Мои ногти впились в ладони, оставляя красные вмятины, но ничто в этот раз не ослабляло боли.

Я притянула колени к груди так сильно как смогла, пытаясь стать крохотной и затеряться на кровати, словно так боль могла уменьшиться. Но стало только хуже, я больше не могла терпеть, и в сознании помутнело.

— Мам! — закричала я из последних сил.

В полной панике родители ворвались в комнату, но у меня не было сил их успокоить. Мама зарыдала, а папа, превозмогая дрожь в руках, попытался усадить меня в инвалидное кресло.

Вероятно, я потеряла сознание, потому что пришла в себя уже в больнице. Теперь боль стала терпимей благодаря болеутоляющему, которое всё ещё поступало в моё тело из иглы в левом внутреннем сгибе локтя.

В ту секунду, как я посмотрела на капельницу, дверь открылась, и в палату зашли мои родители. Убитая горем мать выглядела осунувшейся, её глаза опухли и покраснели от слёз. Я причиняла им боль, но ничего не могла с этим поделать.

— Эйприл? Тебе что-нибудь нужно? — спросил папа тихим охрипшим голосом.

Я не дура и прекрасно знала, что ситуация паршивей некуда, а моя болезнь неизлечима. Я уже преодолела порог беспокойства. Возможно, это своего рода механизм самозащиты, исключающий волнения о чём-либо... даже о смерти.

— Пап, где мой телефон? — спросила я, проигнорировав его неуверенный взгляд.

Он протянул мне сотовый.

— Я привёз его, пока ты спала.

— Спасибо, — пробормотала я и открыла Фейсбук, чтобы найти одного человека с которым хотела связаться: Эштон Кеннеди... парень из грёз.

Мои пальцы зависли над его фотографией, но я умирала... что мне, собственно, терять? Гордость? Не уверена, что она что-то будет значить, когда меня не станет.

Глубоко вздохнув, я набрала...

ГЛАВА 9

Привет, Эштон.

У меня к тебе предложение. Оно самое странное, какое тебе доводилось слышать. Наверняка оно покажется несуразным, возможно, даже бессмысленным, но я должна тебя спросить... пока не поздно.

Я не из тех девушек, которые привлекают тебя. У меня нет тела модели или чувства юмора. Я живой пример обыденности. Знаю, мы почти не общались, и от этого моё предложение ещё более абсурдное, но я должна рассказать тебе правду... Я люблю тебя, Эштон. Моё долбанное сердце в этом больном и нелепом теле выбрало тебя.