Макс молчал. Ему нечего было сказать. Кимберли была права. Ее отец Деннисон Керзон собирался единолично руководить Международной корпорацией «Керзон»и доказать всем, что он так же талантлив, как и его брат. К сожалению, у него не было тех блестящих способностей организатора с широким кругозором, какими обладал Джейсон.
Лишь один человек в семье мог уверенно вести в будущее Международную корпорацию «Керзон», и таким человеком была Кимберли. Но отец никогда не доверит ей дело: Деннисон считал, что это под силу только мужчине.
Макс подумал, что такое решение грозит корпорации большими бедами, но, с другой стороны, это теперь чужая проблема.
Кимберли некоторое время внимательно смотрела на Макса. Затем повернулась и отошла к фонтану. Склонив голову, она наблюдала за журчащими струями.
— Мне надо тебе кое-что сказать, Макс.
— Что?
— Мы не ладим с Рурком. Я собираюсь с ним расстаться.
Макс смотрел на ее классически правильный профиль.
— Почему?
— Тебя это интересует?
Макс пожал плечами.
— Нет.
Кимберли потрогала голубые изразцы верхней чаши фонтана.
— Три года назад я сделала ошибку, Макс. Я позволила отцу отговорить меня от брака с тобой.
— Ему не пришлось особенно стараться. Ты начала сомневаться сразу после нашей помолвки.
— Я была глупой.
— Давай не будем преувеличивать, Кимберли, я не в настроении. — Макс взял трость. — Сегодня был тяжелый день, и я устал.
Что-то блеснуло на пороге комнаты. Макс повернул голову и в полумраке увидел Клео. Ее серебряные кроссовки отражали свет, проникавший из холла. Он не мог разглядеть выражения ее лица.
— Макс? — Она сделала шаг вперед. — Я всюду тебя ищу. Пожалуй, нам надо закрыть гостиную. Новые постояльцы с пляжа какие-то странные. Сидят и рассказывают друг другу о семейных неурядицах и разводах, кое-кто даже всплакнул. Это плохо действует на других гостей.
— Пойду посмотрю, что там происходит.
Довольный вмешательством Клео, Макс поднялся с кресла.
Кимберли не скрывала своего удивления. Она повернулась к Клео.
— Я ничего не понимаю. Пожалуйста, объясните мне, что происходит?
— Мне нужен Макс, — спокойно заявила Клео.
— Так уж нужен? — Ким обожгла ее взглядом. — Вопрос в том, почему вы нужны Максу? Хочу вас предупредить, мисс Роббинс, Макс Форчун не станет разыгрывать из себя портье или бармена без важных на то причин.
— Неужели? — Клео вздернула подбородок. — А вам откуда известны его мотивы?
— Это долгая история. — Кимберли попыталась пройти мимо Клео. — Мы с Максом давно знакомы. Разве он вам не рассказывал о нас?
— Что он мог рассказывать? — спросила Клео, преградив ей дорогу.
Макс ругнулся про себя. Кимберли высокомерно улыбнулась.
— Пусть Макс сам расскажет все подробности, мисс Роббинс. Для начала спросите у него, почему он хромает.
9
Спустя полчаса, когда все постояльцы благополучно разошлись по своим комнатам, а Джордж занял место за конторкой в вестибюле, Макс и Клео направились вверх по лестнице на третий этаж.
— Не хочу сказать ничего плохого о мужчинах, — говорила Клео, отводя со лба пряди волос, — но я буду рада, когда мистер Тобиас Квинтон и его мужественные воины наконец покинут гостиницу. Меня нервирует, когда взрослые мужчины пытаются публично разобраться в своих эмоциях.
— Мы можем избавиться от них прямо завтра утром, — предложил Макс. — Скажем им, что приезжает другая группа, или придумаем еще что-нибудь.
— Хорошо, но мы не ждем другую группу, — уныло отозвалась Клео. — На этот уик-энд нет особого наплыва гостей. Будем откровенны, мистер Квинтон и его шайка все-таки платят деньги. Видимо, нам придется немного потерпеть.
— Вот что значит настоящая хозяйка гостиницы, — похвалил Макс.
Он задержался в холле на третьем этаже в надежде, что она пригласит его к себе или отправится вместе с ним в мансарду. Клео не сделала ни того, ни другого.
— Что ж, спокойной ночи, Макс. — Она улыбнулась ему натянутой улыбкой, но ее глаза выражали недоверие. — Ты, наверное, очень устал после долгой поездки. До завтра.
Она встала на цыпочки и слегка коснулась губами его щеки. Затем повернулась и пошла по коридору к себе в комнату.
Макс остался стоять на месте. Он смотрел ей вслед, пока она не скрылась за поворотом. Темное бешеное желание закипело у него в крови, но это было не самое худшее. Самое худшее заключалось в том, что он не имел ни малейшего представления о ее мыслях.
После той сцены в солярии Клео не сказала ему о Кимберли ни слова. Он не понимал, то ли она рассердилась, то ли обиделась, а может быть, просто не хотела себя выдавать. Он не сомневался, что у нее к нему масса вопросов. Он догадывался, что Клео еле сдерживает свое любопытство.
У него тоже был к ней очень важный вопрос, и ответ на него он мог получить одним-единственным способом. Макс сжал набалдашник трости и отправился вслед за Клео.
Он остановился у ее двери и поднял руку, чтобы постучать, но задержался, собираясь с духом. Задать вопрос Клео было столь же трудно, как и вернуться в гостиницу без Бена Аткинса. Возможно, даже труднее. Макс дважды постучал в дверь.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Клео осторожно приоткрыла дверь и посмотрела в щелочку. Свет в коридоре отражался в стеклах ее очков, скрывая выражение глаз.
— Что-нибудь случилось? — вежливо поинтересовалась она.
— Я хотел бы уточнить, кто где будет ночевать, — очень серьезно произнес Макс.
Клео непонимающе сдвинула брови.
— Кто-нибудь недоволен своим номером?
— Да, — сдержанно подтвердил Макс. — Я.
Клео ухватилась за косяк двери. Похоже, она действительно нуждалась в опоре.
— Ты?
— Я бы хотел уточнить, где мне сегодня спать?
Клео недоуменно смотрела на него.
— А где ты хотел бы сегодня спать?
— Здесь. — Макс протиснул ботинок в узкую дверную щель. — И с тобой.
— Вот как.
Он тоже оперся рукой о косяк.
— Это все, что ты скажешь? — спросил он. Щеки Клео стали ярко-розовыми.
— Я не знала, какие у тебя планы. Я хочу сказать, я не представляла, что ты думаешь о сложившейся ситуации. Я думала, тебе надо разобраться в своих чувствах.
— Ты говоришь, как Тобиас Квинтон.
Клео печально улыбнулась.
— Правда похоже? А все-таки, ты разобрался в своих чувствах?
— Я знаю, чего я хочу.
Макс положил руку на дверь и тихонечко нажал. Он не собирается грубо врываться к ней в спальню, напомнил он себе. Он просто чуть-чуть нажмет и посмотрит, что получится. Если Клео не отступит назад, это и будет ответом на его вопрос.
— Макс.
Дверь внезапно поддалась под его напором, потому что Клео перестала ее придерживать. В последнюю секунду Макс сообразил, что слишком сильно напирает на дверь. Он потерял равновесие, его больная нога не выдержала, и он влетел в комнату.
Он бы позорно растянулся на полу, если бы не Клео, которая с равной силой бросилась прямо к нему на грудь. Макс пошатнулся от удара, но сумел крепко ухватить и Клео, и свою трость. В свою очередь Клео обхватила его руками и не выпускала из объятий.
— Я не знала, что и подумать, когда Сэмми сказал, что ты забрал с собой вещи, — говорила Клео, уткнувшись лицом ему в грудь. — А когда появилась эта самая Кимберли Керзон-Уинстон, я совсем растерялась.
— Я знаю. Теперь все в порядке. Я ведь тоже растерялся.
Макс взял ее за подбородок, поднял ее лицо и поцеловал как можно крепче.
Клео обвила его шею руками и ответила на поцелуй с равным пылом. Не отрываясь от ее губ, Макс вместе с ней упал на кровать, поверх старомодного покрывала.
«Вот что значит вернуться домой», — мелькнуло у него в голове.