Короче, Даша мешать не стала, спокойно прошла мимо, но тут её настигло:
— Даш! Даша, стой!
Лакшин нагнал, проскочил вперёд, преградил дорогу. Даша удивилась и даже слегка растерялась, чуть нахмурилась, поинтересовалась недоумённо и не слишком дружелюбно:
— Чего тебе?
И услышала:
— Ты мне нужна. Очень.
— Да ну?
— Я серьёзно, — заверил Лакшин. А сам лыбился, как всегда, и глаза таинственно поблёскивали. Или, скорее, насмешливо-ехидно.
— Ага, вижу. Так чего тебе?
Лакшин улыбнулся шире, дёрнул бровью:
— Пойдём.
Даша фыркнула.
— Куда ещё? Зачем? Я не хочу, — заявила и добавила, не совсем осознанно, скорее само вылетело, откликаясь на давно сложившееся впечатление: — С тобой.
— Почему? — Лакшин прищурил один глаз, уставился прицельно, будто его действительно задело, и он захотел узнать. — Что со мной не так?
— Потому, — коротко отрезала Даша. Не собиралась она отсчитываться. Это не она к Лакшину подвалила со странными предложениями, а он её остановил. — Объясни уже толком, чего тебе нужно.
— Для начала, поговорить.
— Ну-у, говори.
— Вот и пойдём хоть в аудиторию какую, — предложил Лакшин. — Чего посреди коридора торчать?
— А чем здесь плохо?
Что ещё за глупости? О чём таком он собрался трепать, что требовалось обязательно спрятаться за дверью? Или Даше лучше присесть для начала, чтобы потом не рухнуть, сражённой сногсшибательным известием?
Лакшин ухмыльнулся с вызовом, наклонил голову к плечу.
— Ты боишься, что ли?
— Чего? — поинтересовалась Даша.
— Ну, не знаю. Меня.
— Ты разве страшный?
Он наклонил голову к другому плечу, наморщил лоб.
— Даш, слушай. Как у тебя так получается? Мы уже минут пять болтаем и всё ни о чём.
Теперь уже Даша уточнила с вызовом:
— Ты думаешь, это я виновата?
— Та-ак, — многозначительно протянул Лакшин.
− Что «та-ак»?
Он ничего не ответил, только опять ухмыльнулся. Подозрительно так ухмыльнулся. Об этом Даша ещё успела подумать, а в том, что произошло дальше, разобралась не сразу. Просто почувствовала чужую хватку, и тут же её крутнуло, потянуло в сторону – она даже не поняла в какую. Очухалась только тогда, когда Лакшин уже прижимал её к себе спиной, а его ладонь… нет, не лежала там, где она её обычно видела, если дело касалось других девушек, а накрывала Дашин рот.
Лёгкое дыхание коснулось уха, и на мгновение стало щекотно, слишком щекотно, словно мурашки пробежали не по коже, а проникли внутрь, добрались до нервов.
Дашу выкинуло из реальности. На секунду или на две. И Лакшин тоже не двигался, замер.
Или ей померещилась? Наверняка померещилась эта странная пауза. И случилась она не в реальности, а только в Дашином сознании − уж слишком её ошарашило происходящее.
Точно, показалось, а на самом деле Лакшин наклонился и сразу прошептал в самое ухо, ехидно, но мягко и вкрадчиво: − Помолчи пока. – Потом подтолкнул Дашу в сторону ближайшей двери.
Да конечно! Так она и пошла.
Даша дёрнулась, вцепилась в его руку в желании побыстрее отодрать её от своего лица, не стесняясь, впилась ногтями, прорычала прямо в ладонь:
— Отпусти! Лакшин, ты… − То ли он не настолько уж крепко пытался её удержать, то ли её стремление оказалось достаточно сильным, но Даша вырвалась, отскочила на шаг, выдохнула возмущённо и зло: − Ты совсем что ли?
Но дожидаться ответа не стала − ей и так давно всё ясно – поскорее рванула прочь.
— Даш! Ну, Даш! – прилетело в спину, нагнало, но не остановило. Ибо − да пошёл он на хрен! − Ну, ладно, Даш! Я больше не буду! Только не уходи. Ты мне правда нужна. – И чем дальше она отходила, тем громче он говорил, а последнюю фразу чуть ли не прокричал в полный голос: − Я без тебя не могу!
Даша застыла. Вот же трепло! Ну нафига ему сдалось − подобные представления устраивать? И так уже все развернулись в их сторону и пялятся, вылупив глаза и приоткрыв рты. А оно ей совершенно без надобности, такое вот внимание. Не желает Даша, чтобы остальные подумали, будто она у Лакшина очередная девочка на два дня.
Хотя… если честно, дело не только в этом. Ей уже и самой не терпится узнать, чего ему от неё надо.
− Ладно. Пойдём, поговорим.
12
В большой перерыв свободную аудиторию найти не сложно, зашли в первую попавшуюся, уселись не на стулья, а на краешек столов, соседних, с торца, напротив друг друга.