— Это что? — выдавил из себя Зубов, сглатывая колючую слюну.
— Это вам с товарищем старшиной подлечиться, — указал Медведев на бутылку «Картеля», а потом переключился на пузатый пузырь «Лагуны», — а это — для дела… Ну, короче, с вас девятьсот девяносто пять рублей. Короче, штука без пятёрки…
Зубов и Шматко, как по команде, снова распахнули свои рты.
Иначе удивляться их не учили. Обычно военнослужащие открывают рот, когда стоят рядом со стреляющим артиллерийским орудием или находятся в зоне обстрела, — таким образом снижается давление на перепонки в момент выстрела или взрыва. А когда по тебе долбят из всех стволов, как тут не удивиться?
— Отставить, Медведев! — гаркнул прапорщик, первым выйдя из- под «обстрела». — Ты что, башкой ударился? Или ещё куда?
— Охренел совсем? — грозно добавил Зубов.
— Обижаете, товарищ капитан, — ответил Медведев и, усевшись на своё место, взял с тарелки увесистый бутерброд. — Не волнуйтесь, кушайте лучше. Всё будет в ажуре, гарантия!
«Картель» действительно оказался недурён, хотя ни Шматко, ни Зубов так и не поняли, почему он стоит таких бешеных денег.
— Ну и чем «Стрелок» мой хуже? — спросил Шматко, замахнув рюмку коньяку в два коротких наскока. — Один хрен, пойло… Ну горчит там чего-то и грудь греет… У, блин, спирту выпить, грелку на грудь положить — такая же фигня… Чудят французы, однако… Лучше нашей водки нет ни хрена!
В опустевшую бутылку из-под «Картеля» перекочевала «Лагуна».
Бутылка была тщательно запечатана, контроль качества упаковки проводил Зубов, на правах самого въедливого и придирчивого эксперта. Осмотрел бутылку со всех сторон, он довольно кивнул.
— Не докопаешься вроде, — сказал он. — Может, Хворостюку и прокатит…
— Хворостюку прокатит, товарищ капитан, — уверенно заявил Медведев, — кому угодно прокатит!
Так и получилось.
Х. (Хуан?) Хворостюк остался доволен «дорогим» подношением: перед запоздавшими «покупателями» сразу же открылись все заветные комнаты с «секретными спецкомандами». На радостях Х. (Хулио?)
Хворостюк даже посягнул на святое, сдав покупателям из второй роты бойца, распределённого в президентский полк.
— И чего они нашли в этом Нестерове? — удивлялся Шматко, листая дело бойца. — Вполне обычный гражданин. Ну в норме у него всё: грудь там, ноги, зубы, и всё такое… Но… Для президента могли бы и получше подобрать.
— Дай сюда. — Зубов отобрал у Шматко личное дело бойца и стал пролистывать его. На одной из страничек он остановился и удивлённо открыл рот. — Говоришь, вполне обычный гражданин? А это ты видел?
Читай!
Зубов ткнул пальцем в какую-то строчку.
— «…Результаты тестирования на УИ (IQ) — 125,3…» — прочитал прапорщик и недоумённо посмотрел на капитана. — И чё это за фигня?
УЗИ знаю, а УИ — первый раз слышу… Чё это, Николаич?
— А то! — Зубов забрал у Шматко папку и аккуратно положил её в пачку уже отобранных дел. — Ты какой год в армии? Пора бы знать, что сейчас призывников по новой методике тестируют, понял? Реформа, слышал, может быть…
— Ну, чё-то там слышал такое. И чё?
— Ну чё ты чёкаешь, японец, что ли? — раздражённо сказал Зубов. — Прямо по мозгу эти твои «чё» долбят… Возьми на тон пониже… О чём я?
А… так вот, новая система тестирования. УИ — это уровень интеллекта, понимаешь? Сообразиловка.
— А… И чё? Сколько там у него? Сотня с четвертью? Много, что ли?
Вместо ответа капитан выудил из стопки первую попавшуюся папку и открыл её на той же странице.
— Так. Рядовой Попа… блин, Папо… Па-па-зо-гло! — Лицо Зубова сморщилось как от доброй дозы чистого лимонного сока. — Сколько у нас тут… Так… УИ — двадцать три и два. Понял теперь?
— Да ни хрена я не понял, — раздражённо махнул рукой прапорщик. — На хрена нам сейчас все эти УИ-муи? Солдату думать некогда, за него всё командование уже решило. У нас чего, мотострелковая рота или Академия наук?
— Ага, — ухмыльнулся капитан. — Ты вот, как приедем, так прямо Соколову и скажи, мол, на хрена мне все твои алгоритмы-хероритмы, упал на очки, отсюда и до отбоя. А то ишь, умник нашёлся… Альберт Эпштейн, хм… Ну как?
— По больному бьёшь, ротный, — проворчал прапор. — Без жалости, ваще!
На этом борьба интеллектов закончилась с явным перевесом звёзд и просветов. Зубов взял реванш за вчерашние карточные погоны.
Через три часа довольные собой Шматко и Зубов уже усаживали в автобус команду отборных новобранцев — лучшего товара нельзя было бы и пожелать.
— Давай, гони на всех парах! — приказал преобразившийся ротный Медведеву, когда посадка в автобус была закончена.