Он расхаживал по кухне взад и вперед, прижимая к уху телефон. Внезапно он повернулся к окну. Его странные серебристые глаза смотрели прямо на меня!
Я свалился наземь. И прислушивался.
Видел ли он меня?
Нет.
Разговор продолжался.
— Нет проблем. Нет проблем, — сказал мистер Флешман. — Они уже здесь, генерал. Они начали высадку. Вторжение в самом разгаре. Послушайте, я с ними справлюсь. У них нет ни малейшего шанса. Ни малейшего! Мы одолеем их всех. Заверяю, сэр, вы можете на меня рассчитывать. Я свою работу всегда выполняю.
25
Он лгал мне.
Теперь все стало ясно, как день. Мистер Флешман не был разработчиком спецэффектов. Это было его прикрытие. Он держал в доме всех этих чудищ и призраков лишь для того, чтобы сбить людей с толку. Все это время он водил меня за нос.
Но теперь я знал правду.
Флешман работает на правительство.
Наверное, он был военным. Или специальным агентом ФБР, натасканным на борьбу с пришельцами.
Он сказал, что готов с ними сразиться. Он сказал, что это его работа. Он пообещал своему начальнику уничтожить их всех.
Я глубоко вздохнул и бросился обратно к дому. Добравшись до забора, я снова протиснулся в зазор между досками.
Нужно сбегать в комнату за метеоритом, решил я. Я должен как можно скорее показать его мистеру Флешману.
Он знает о вторжении. Он слышал голоса.
Он знает, что они идут.
Он определит, пришельцы ли послали этот метеорит.
Я так быстро бежал, что закололо в боку. В висках застучало. Не обращая внимания на боль, я ворвался в дом и взлетел вверх по лестнице.
Голоса…
Голоса…
Я вдруг осознал, что не слышал их, когда находился вне дома.
Ну и дела…
Пот ручьями лил со лба, заливая глаза. В боку от бега все еще кололо.
Я хотел войти в комнату… но остановился в дверях.
И ошалело уставился на лежащий на комоде метеорит.
— Он же… движется… — просипел я.
Тыльной стороной ладони я вытер затекавший в глаза пот. И обеими руками вцепился в дверные косяки, чтобы устоять на ногах.
Бледно-зеленое сияние разливалось из метеорита. Он светился все ярче и ярче, точно миниатюрное зеленое солнце.
Ослепительный свет переливался в зеркале комода, и там тоже разгорался все ярче и ярче, пока все зеркало не наполнилось этим светом.
Зеленый свет омывал меня.
Я прикрыл глаза одной рукой, другой продолжая цепляться за косяк.
Свет был горячим, как солнечные лучи. Он разливался по спальне, пока вся комната и все находившиеся в ней предметы не засияли этим ярко-зеленым светом.
И тогда метеорит снова пришел в движение.
Он дрожал и раскачивался.
А потом завертелся. Завертелся на месте.
Быстрее. Быстрее. Пока не превратился в размытое пятно зеленого света.
Затем он начал замедляться и, наконец, остановился.
Послышался громкий протяжный треск. Как будто раздавили большой орех.
Крошечное квадратное отверстие возникло в верхушке метеорита.
— А-а-а-а-а! — вырвался у меня стон ужаса. Я шагнул в комнату, в мерцающее зеленое свечение.
И смотрел, разинув рот, как из отверстия в верхушке метеорита высунулась маленькая зеленая палочка.
А за ней — еще одна.
Нет. Это были не палочки.
Это были руки. А может быть — ноги.
Кто-то выбирался из камня наружу!
26
Мои ноги дрожали. Грудь тяжело вздымалась.
Но я шагнул к комоду.
Я должен это увидеть. Я должен как следует разглядеть это создание.
Щурясь от пульсирующего зеленого света, я увидел, как из квадратного отверстия показалась изящная головка. Узкая и зеленая, и влажно поблескивающая.
Словно голова ящерицы.
Две передние конечности высунулись дальше. Головка запрокинулась назад и принюхалась. Существо впервые вдыхало воздух Земли.
Из отверстия поднялось узкое зеленое тельце. Как у насекомого. Тоненькое, словно тростинка.
И вновь я не смог удержать возглас ужаса. Все мое тело тряслось. Прижав ладони к щекам, я уставился на пришельца.
И пока я, застыв на месте, взирал на него, передние конечности создания беззвучно коснулись поверхности комода. Остальная часть тельца-тростинки проворно выскользнула на свободу. Задние конечности ударились о комод.
Его тело было мокрое, блестящее, переливающееся. Существо поднялось на все четыре конечности. Размером оно лишь ненамного превосходило кузнечика.
Оно снова запрокинуло голову. Два овальных черных глаза уставились в потолок. Оно вновь шумно принюхалось.