Девушка оттолкнула Калвера и упала на колени перед своим мертвым другом. Она прижалась к его груди, и все ее хрупкое тело сотрясалось от рыданий.
Калвер наклонился к ней:
– Если вы не хотите идти с нами, поспешите к ближайшей станции метро. Воздух скоро станет радиоактивным. Вам обязательно надо попасть в убежище, и как можно скорее.
Однако девушка даже не шелохнулась.
Калвер отвернулся от нее и увидел, что Дили стоит на четвереньках, беспомощно перебирает руками по земле, пытаясь найти какую-нибудь опору, чтобы встать. Калвер помог ему подняться.
– Далеко нам еще идти? – спросил он, с трудом сдерживая раздражение к этому человеку, который в общем-то ни в чем не был виноват перед ним.
– Нет, я думаю, совсем недалеко. Здесь где-то должен быть узкий переулок. Дойдем до него, и мы у цели.
Дили вцепился в руку Калвера с такой силой, будто собирался держаться за нее вечно. Вскоре Калвер сказал:
– Тротуар кончился. Возможно, это тот самый переулок. Только он весь завален обломками. Все здания на левой стороне разрушены. На лице слепого появилась улыбка.
– Мы уже почти пришли.
Им пришлось идти по узкой мостовой, запруженной автомобилями точно так же, как и все остальные улицы. Калвер старался не пропустить железные ворота, о которых говорил Дили.
– Я вижу их! Вижу ворота. Кажется, там все цело. Они почти побежали вперед. Калвер первым влетел в темный коридор, ведущий в убежище. И тут же на пороге споткнулся о груду обломков, заваливших проход. Он упал на колени и простонал:
– О Господи, нет. Только не это.
Дили приблизился к нему, глаза его были крепко зажмурены от боли.
– Боже мой, что случилось?
Калвер прислонился спиной к стене, вытянул ноги, положил руки на колени и закрыл глаза.
– Все кончено, – произнес он устало. – Вход завален. Пройти туда невозможно.
Глава 3
Они снова бежали по улицам в обратном направлении, почти обезумевшие от отчаяния, изможденные, потерявшие надежду. Они уже не мечтали о спасении, хотели, чтобы этот кошмарный сон наконец кончился. Им грезилось невозможное: обычное теплое солнечное июньское утро, сулившее какие-то надежды. Но они бежали, а вокруг по-прежнему полыхали пожарища, валялись обгоревшие изуродованные трупы, корчились в предсмертных муках раненые. Казалось, что этому кошмару не будет конца.
Ступени, ведущие на станцию метро, были завалены мусором, а круглые металлические перила были липкими от крови. Внизу оказалось не так много народу, как представлял себе Калвер. Он понял, что, добравшись до станции, люди спустились вниз, в вестибюль, а оттуда – в туннели. Всем хотелось уйти как можно дальше от этого безумия, которое царило наверху. Тем не менее в полутемном вестибюле вокруг касс, автоматов и нескольких пустых киосков толпились еще люди.
– Нам может понадобиться фонарь, – сказал Дили, сохранивший самообладание. – Собственно, фонарь понадобится вам. Я все равно ничего не вижу, и жжение в глазах сводит меня с ума.
Он помолчал немного, собираясь с мыслями, затем сказал:
– Нам необходимо попасть в восточный туннель.
– Тогда нам надо было войти через другой вход.
– Это не имеет значения. Все равно дополнительные входы используются только при чрезвычайных обстоятельствах.
– При чрезвычайных обстоятельствах? Вы что, смеетесь?
Дили покачал головой.
– Вы меня не совсем правильно поняли. Я имею в виду, что на станциях и в туннелях сейчас слишком много народу, поэтому нам нелегко будет воспользоваться дополнительным входом в убежище. Но теперь у нас нет выбора. Мы просто должны постараться сделать это как можно незаметнее.
– Вы имеете в виду, что это убежище для избранных?
– Да, это правительственное убежище. Оно не рассчитано на всех.
– Ага, наконец-то я все понял.
– Правительство должно быть предусмотрительным и заранее позаботиться о своей безопасности. И мы тоже. – Голос Дили прозвучал жестко. – Благодаря мне у вас появился шанс выжить. Ваше право решать: воспользуетесь вы им или нет.
– Без меня вам туда не добраться.
– Да, это так. Но все равно, последнее слово за вами.
Калвер молчал, а Дили, затаив дыхание, ждал ответа. В какой-то момент ему показалось, что Калвер ушел, и сердце его сжалось от страха. И тут Калвер заговорил:
– Я сомневаюсь, что кому-нибудь удастся выжить после того, что случилось. Но я отведу вас в ваше убежище. Мне только хотелось бы знать, какое вы имеете к этому отношение. Вы работаете в правительстве?
– Да, но сейчас это не так уже важно. Нам нужно поскорее попасть в восточный туннель.
– На той стороне вестибюля есть несколько дверей. Я, правда, в темноте с трудом различаю их. Но, по-видимому, одна из них ведет в комнату дежурного по станции. Я думаю, там мы сможем раздобыть фонарь или какую-нибудь лампу.
– Здесь совсем нет света?
– Почти нет. Только дневной. Вернее то, что от него осталось.
– В туннелях должно быть аварийное освещение. Но фонарь в любом случае может нам понадобиться.
– Вы правы, – сказал Калвер и взял Дили за руку.
Они вновь пробирались сквозь толпу, над которой носились крики раненых и покалеченных. Неожиданно кто-то ухватил Калвера за ногу, моля о помощи. Дили, почувствовав, что его спутник замешкался, быстро потянул его в сторону, не дав ему остановиться. На какое-то время они как бы поменялись ролями: Дили тянул за собой Калвера, стараясь отвлечь его от всего, что могло бы им помешать. Он сказал:
– Я до сих пор не знаю вашего имени.
– Калвер.
– Мистер Калвер, я прошу вас, давайте сосредоточимся и определим, что должны делать. Первое – достать фонарь, второе – попасть в восточный туннель, третье – добраться до входа в убежище. Если мы хотим выжить, никто и ничто не должно отвлекать нас.
Калвер понимал, что Дили прав. Но он никак не мог отрешиться от своих сомнений: стоит ли вообще выживать? Что осталось там, наверху? Сметена ли с лица земли большая часть северного полушария или удары были сконцентрированы на самых больших городах и стратегических военных объектах? Сейчас никто не мог ответить на эти вопросы, и он старался выбросить их из головы. Он старался, но мысли эти возвращались вновь и вновь. Калвер пытался убедить себя, что сможет спастись, если будет думать только о сиюминутном: прежде всего им надо добыть фонарь.