Лерран оторвал взгляд от возов и посмотрел на Геллана.
— Ничего нового. Меня интересует то, что и всегда.
— Я не продаю больше солнечные камни, Лерран.
— Истощился запас? — брови властителя соседнего замка иронично изогнулись, отчего лицо мерзавца стало ещё прекраснее. Геллан слышал, как шумно выдохнули меданы, что стояли неподалёку.
— Он истощился ещё в прошлый раз, и ты прекрасно об этом знаешь.
— Ну мало ли? Вчера не было, а сегодня появились, — Лерран неопределенно повёл рукой. Даже такими простыми жестами он мог очаровывать и располагать к себе.
— У меня изуродована только одна половина тела. И не хотелось бы зарабатывать солнечные камни, уродуя вторую.
Лерран улыбнулся, оценив мрачную шутку. Геллан смотрел холодно. Ему хотелось поскорее избавиться от настырного собеседника.
— Смотрю, у тебя появились новые лица в окружении, — заговорил Лерран о другом.
— Меньше всего я хочу обсуждать это с тобой.
Геллан склонил голову, давая понять, что разговор окончен. Лерран слегка пожал плечами и поймал очередную порцию вздохов.
— Всего лишь вежливость, Геллан. Не принимай близко к сердцу учтивые разговоры ни о чём.
— Не принимаю. Всего хорошего, Лерран.
Отвесив поклон, Геллан наконец-то смог уйти и отделаться от непрошеного собеседника. Тем более, что в отдалении показалась фигура в плаще с капюшоном: по всей видимости, маг нёс обещанные руны.
Дара вынырнула из толпы и намертво прилепилась рядом.
— Я тебя с ним наедине не оставлю, и не мечтай! — прошипела она.
Геллан внутренне застонал. Не было времени ни хохотать, ни спорить. Может, так оно и лучше: не нужно беспокоиться, что девчонка опять куда-нибудь вляпается. Хотя, как оказалось, она и рядом умудрялась натворить чудес.
Плащ с капюшоном стоял и ждал.
— Я принёс, что ты просил, — далёкий голос, как из глубокого колодца. Вместо лица — темень, как ни вглядывайся.
Он достаёт из широкого кармана бархатный мешочек с золотой тесьмой. Слишком красивый и богатый материал для такого оборванца, коим кажется… Слишком кричащий мешочек, чтобы подчеркнуть: плащ с капюшоном не нищий и хорошо знает цену красивым вещам.
Геллан протягивает руку. Маг не спешит отдавать товар. Движения медленны и просчитаны до каждого жеста. Мешок уже почти был в ладони, когда суматоха и крики позади заставили Геллана обернуться. Обернуться, чтобы застыть от ужаса и опрометью кинуться назад, к возам, где голосили дурными голосами меданы и где бледным пятном светилось лицо его сестры — белое полотно с тонкой струйкой крови, что стекала с уголка губ на хрупкий подбородок…
Глава 55. Трагедия на ярмарке. Лерран
Забавно наблюдать за холодным высокомерием властительного выродка. Заматерел, щенок, почувствовал силу. В прошлый раз он был проще и предсказуемее. Тем интереснее будет прижать и раздавить мерзавца с ледышками вместо глаз. Но всему своё время.
Камни у Геллана есть — Лерран знал это точно, — а делиться ими он не хотел, значит вынашивал какие-то, пока неизвестные, планы. Не захотел гайдан откровенничать и о девчонке, хотя слухи о новом небесном грузе уже бродили и скоро окончательно перестанут быть сплетнями.
Трясётся над полудевочкой-полумальчиком, как скряга. Девчонку Лерран рассмотреть так и не смог, отчего ощущал в груди странное ворчливое раздражение. Наверное, Пиррия тому виной: хотелось увидеть, оценить и успокоиться. Или наоборот.
После разговора с Гелланом Лерран уходить далеко от возов из Верхолётной Долины не стал: кружил поблизости, делал вид, что рассматривает товары, приценивается, краем глаза наблюдая за высокой фигурой Геллана.
Тут же, в толпе, мелькнуло знакомое лицо с золотой кожей. Маха. Соглядатай пангравский. Лерран покопался в памяти: Раграсс?.. Да, кажется, так звали ублюдка властителя Зоуинмархага.
Следить за Гелланом одно удовольствие: слишком высок и слишком выделяется из толпы золотыми волосами. Таких нет ни у кого — выродок, одним словом. Он видел, как Геллан вынырнул из толпы разношерстных медан. Красивые чертовки, к тому же талантливые: пока их выродок где-то шлялся с сестрой и небесной девчонкой, Лерран успел рассмотреть оставшиеся товары и наслушаться базарных сплетен о необычных изделиях из Верхолётной. О радужной шкуре, которая ушла за бешеные деньги, об украшениях, что разлетелись почти сразу. Женщины не скупились, получив, наконец, возможность приукрасить себя.
Он с удовольствием будет владеть Долиной и её обитателями. Получит деньги и власть, не ограничиваясь жизнью удельного властителя. Ему этого мало, слишком мало…