— Вот наши деньги. Бери сколько нужно. Ещё раз услышу что-то про заработаю и отдам, обижусь, накажу и будешь спать одна, как я. — потом притянул меня к себе и зарылся лицом в мои волосы, стал опять тёплый, даже горячий.
Только тут я поняла, какая я действительно дура.
17
На первом ультразвуковом исследовании мы, естественно, с Ромой ничего не увидели толком, кроме маленькой точки, похожей на фасолинку, потому что срок был совсем маленький. Но врач подтвердил, что я беременна. Мы тогда с Ромой переглянулись счастливо, он так нежно держал меня за руку. И этот момент тоже врезался в память, как печать.
На следующей неделе сидела с Ритой в одном из городских кафе, после мучительно долгой покупки свадебного платья и мне не верилось. Совсем не верилось, что я вот-вот стану женой, у меня будет муж и ребёнок, а о том, как я к этому пришла я и вовсе забыла до сегодняшнего дня.
— Поверить не могу. Всё так быстро. — поделилась с Ритой своими мыслями.
— А чего тянуть? Разве где-то в законе прописано, что, прежде чем создать семью, вы должны встречаться годами? — удивилась Рита.
— Нет, нигде. Конечно, так бывает. Просто, я вообще, не ожидала, что после всего… — тут я запнулась, меня пробила дрожь, еле собралась, чтоб закончить логично фразу. — …всего лишь через месяц. Я с первым своим парнем три года встречалась и как-то не сложилось. А тут всего месяц. — вроде бы выкрутилась, но мне казалось, что Рита поняла, что я хотела ей сказать о чём-то другом.
Хотя это, конечно, было не так. Просто паранойя. С трудом я собралась, откинув дурные мысли о том, что чуть не проболталась Рите.
— Значит, это судьба! Вот и всё и нечего тут думать. У меня с первым мужем, ну тот убивец недоделанный, тоже долго всё развивалось и что в итоге? Одно расстройство. Зато со Славой всё быстро, ну правда, если не считать тех дней, что он меня изводил вызовами на ненужные дачи показаний. Кстати, хорошо, что у вас свадьба скоро, я то вот с таким животом замуж выходила, то ещё зрелище. — Рита закатила глаза, показав руками в стиле рыбаков «воттакойвотживот».
Конечно, наверняка живот был раза в два меньше. Но всё равно я засмеялась.
— Надо обязательно конкурс устроить с ползунками, интересно сбудется или нет? У нас, можно сказать, сбылся, коллеги мужа в синие ползунки денег натолкали в три раза больше, чем в розовые и итог, два пацана за один раз. Хотя тогда и так уже все знали, что двойня, но пол-то был неизвестен. А я так надеялась, что сразу и сынок, и дочка. — она махнула рукой, и продолжила ковырять свой тортик.
Мне же непременно нужно было съесть что-то солёное, чем я собственно целыми днями и занималась, пока Рома не видел. А если видел, то очень забавно ворчал, о том что это вредно и так далее.
День Нашей с Ромой свадьбы приблизился стремительно, хотя совсем недавно, казалось, что до этого радостного события ещё куча времени.
Утром восьмого августа, будильник оповестил меня противной трелью о том, что надо встать. Это было сложно. В последние дни, я спала без проблем, как убитая и даже предсвадебный мандраж меня от моей беременной спячки не спасал, скорей наоборот. Роман же, напротив, как кролик из рекламы о батарейках, казалось, вовсе не смыкал глаз все эти последние дни.
С трудом оторвала голову от подушки, сев на кровать, посмотрела на небольшую сумку с вещами, которую тут же подхватил Рома, зашедший в свою комнату бодрым как никогда.
— Доброе утро. Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался, направляясь с сумкой обратно к выходу.
— Спать хочу. — буркнула, закрывая глаза, и вновь завалилась на такую манящую меня подушку.
— Сейчас я унесу вещи в багажник и вернусь. Буду тебя будить Кира-а-а. — этот шёпот моего имени уже не оставлял для меня никаких других вариантов о том, как Рома собрался меня будить.
Он вышел, а я всё же встала. Хотелось привести себя в порядок до его возвращения. Умыться, почистить зубы и прочее. Рома пришёл меня таки будить, когда я была уже в душе. Я стояла под тёплой водой, смывая с себя остатки крепкого беременного сна, когда позади раздался любимый голос.
— А я уже сегодня душ принимал, но не с тобой, так что двигайся. — Рома забрался в душевую кабину, прислоняя меня грудью к толстому голубому стеклу.
Вода перестала попадать на кожу, я покрылась мурашками и до меня дошло это понимание. Я сегодня замуж выхожу. И от осознания того, что сегодня стану женой, хапнула огромную дозу адреналина. Сердце сбилось с ритма и в голову ударила волна давления. Стало бы плохо физически, если бы не Ромина рука, так вовремя скользнувшая от коленки вверх по бедру, сменяясь касанием кончиков пальцев по животу. Сразу повело, я отступила, чуть назад упираясь спиной в Ромину грудь, вновь попадая под бьющие капли воды. Подхватил тут же второй рукой под налившейся и очень чувствительной грудью. Болезненно, но это приятная боль. Языком по плечу, там, где родинка поцеловал медленно, с нажимом, чуть задевая зубами и к шее, цепляя губами мои волосы, но ему всё равно он и их целует.
Я упёрлась руками в стекло душевой кабины, прогибая спину и упираясь бёдрами в его пах с просительным стоном. Вошёл сразу же, медленно, аккуратно, осторожно. Каждое его движение — накатывающая волна, с каждым толчком набирающая силу. И его имя на выдохе у меня срывается с губ, и моё имя на последнем ударе пахом у него. Не сговариваясь, одновременно. От этого усмехается, ему так это нравится. Доволен мной и собой. Счастлив. Я читаю это в его ясных глазах, когда разворачивает к себе, считываю это по самой себе, мы ведь на одной волне.
— Теперь я тебя отмою хорошенько, а то платье испачкаешь. Грязнуля Кира-а-а. — поцеловал меня, беря с полки гель для душа и мочалку.
Закончив, Рома с деловитым видом надел на меня свой махровый халат.
— Типа пометил. — заключил он, с едва заметной улыбкой оглядев меня с ног до головы.
После того, как Рома тщательно отмыл каждый миллиметр моего тела, меня ждал не только завтрак, но ещё целая команда парикмахеров и визажистов. Причёска, макияж, во время которых возле нас кружил фотограф, бесконечно щёлкая своим фотоаппаратом. Я всё поражалась про себя, ну чего тут интересного? Зачем нам с Ромой тысяча снимков, на которых меня красят и причёсывают? Поражалась, но не спорила. Может быть, так нужно? Возможно, из тысячи снимков выберут потом несколько, самых лучших.
К концу сборов; укладка, макияж, фотосессия я опять хотела есть, что и так мне было свойственно в моём положении, да и к тому же с завтрака прошло уже два с лишним часа. Но Соня и Рома, как назло, где-то пропали. Пришлось самой тащиться на кухню, в поисках съедобного.
Как раз тогда, когда заглянула в холодильник, услышал голос Ксюши. Звонкий и весёлый с нотками хулиганства, он доносился со стороны гаража, оттуда, она и залетела на кухню, не очень аккуратно неся в руках корзинку с пищащим котёнком.
— Подруга невесты прибыла! Это вам подарок! — Ксюша исполнила реверанс, выставляя к моим ногам корзинку с подарком, на ней через плечо красовалась красная лента с надписью «Подруга невесты».
— Спасибо! А его разве уже можно отлучать от мамы? — мне казалось, что это делают намного позже, котёнок был крошечный.
— Да. Он уже лакает сам молоко из блюдца. — махнула Ксюша.
— Надо его тогда покормить.
Пока наливала молоко, сразу для себя, Ксюши и котёнка, на кухне появились и Ромины родители. Здоровались, поздравляли. Марина Николаевна вручила мне статуэтку трубящего слона, символ достатка и благополучия.
Вместе с Роминой семьёй, вообще, куча народа приехала судя по голосам вблизи кухни. Оказалось, это все приглашённые гости из деревни, для которых Рома организовал доставку автобусом.
Через несколько часов я уже сидела в одной из Роминых машин, с Ксюшей и Мариной Николаевной, и водитель вёз нас к загсу. С Ромой мы так и не увиделись после завтрака, он не видел меня в платье, считая это плохой приметой. Я от этого нервничала, дурочка. Думала без конца, что ему не понравится моё пышное платье, как торт, и фата. Вдруг для него это пошло?