Выбрать главу

— Вы не подпишите? — когда стилист заканчивает свою работу, она отходит к другому столу и вскоре приходит с моей книгой в руках и маркером.

— С радостью, — я киваю и беру в руки маркер, — как написать? — уточняю я, посмотрев на девушку.

— Просто «Для Дженни», — в ее голосе я замечаю нотки волнения, поэтому быстро ставлю подпись и отдаю книгу.

Вскоре Ронда знакомит меня с Дрю — мужчиной лет сорока, в бейсболке и болоньевом жилете, который работает оператором и он в течении некоторого времени выстраивает свет, советует мне, как сесть лучше, крепит микрофон. Все это так странно для меня, так как раньше у меня брали интервью обычные блогеры или же это было печатные издания и о видеосъемке речи даже не шло.

— Добрый день, дорогие зрители. С вами, как всегда — Ронда Джонс, и я рада привествовать вас всех на нашем канале. Сегодня у нас в гостях потрясающая девушка и восходящая звезда британской литературы, человек, который подарил нам великолепные книги о космосе и людях, которые стремятся покорить его — Аврора Дали, — она дает вступление по команде Дрю и я коротко приветствую зрителей в ответ, — Аврора, ты очень молода, но тем не менее ты уже сделала карьеру писателя, и довольно успешного, расскажи, как ты пришла к этому? Как у тебя появилось желание или мысли о том, что ты хочешь написать книгу?

— О, это прекрасный вопрос, — и чертовски нелепый, так как мне его задают всегда. Не только на интервью, но и просто все, кто узнают о том, что я писатель. И я всегда впадаю в прострацию, так как не знаю, что именно на него ответить, — на самом деле я тринадцати лет думала о том, что стану ученым. Родители в детстве много читали мне о космосе и водили в планетарий, и в музеи и тогда мне казалось, что изучать что-то — невероятно круто и интересно. Я буквально бредила космосом и звездами, но потом у нас в школе был конкурс эссе и я в нем победила. Мне стало интересно, могу ли я написать еще что-то. В итоге я попала в BRIT School, а там сама атмосфера располагала к творчеству и я стала более плотно заниматься им. Над книгой я работала уже в выпускном классе, но издание затянула аж до университета. Я просто хотела написать что-то о космосе, но такое, чтобы это было понятно большому количеству людей.

— Но в тоже время твоя первая книга не совсем о космосе, верно? — задает она свой новый вопрос и я собралась с мыслями, прежде чем ответить.

— Да, «Прокаженные» больше о вирусологии и эпидемии, но там все связанно с космосом, — проясняю я, — тогда я еще присматривалась к своему стилю и жанру, искала ту тему, в которой больше разбираюсь. В итоге я остановилась на космосе.

Это было правдой. Когда ты пишешь первую книгу, еще не знаешь своих возможностей, всего на что ты способен. Ты только начинаешь свой профессиональный творческий путь и я считаю, что какие-то скачки в жанре или стиле еще допустимы. Опять же, есть множество именитых писателей, которые с одинаковым успехом писали и любовные романы, и детективы, и антиутопии.

— Как твоя семья относится к твоей деятельности? — интересуется Ронда, — твои родители — они же как-то сами связаны с наукой, ведь так? — уточняет девушка.

— Да, по образованию они астрофизики, но сейчас занимаются ресторанным бизнесом, — я решаю сначала ответить на первый вопрос, — и они были первыми, кто узнал, что я пишу книгу. Советовали, как лучше описать те или иные моменты, связанные с космосом и я им за это благодарна. Они мной гордятся, как мне кажется, как и другие члены моей семьи.

Я не думаю, что они сейчас смотрят это интервью, так как обычно слишком заняты своей работой, и мы договорились, что встретимся пятнадцатого июня — на дне рождении моей бабушки. Сейчас же, даже на переписку нет времени. Они прекрасно знают о том, как я иногда засиживаюсь.

— Образование твоих родителей повлияло на твое творчество?

— Однозначно, — сразу же отвечаю я, — но они никогда не навязывали мне своих интересов. Но, когда я плотно заинтересовалась наукой, то стали поощрять это. Я даже посещала лекцию Стивена Хокинга в Кембриджском Университете и это было невероятно. Он еще больше влюбил меня в науку, — мои глаза горят от счастья. Я считаю этого человека великим, так как он продолжал делать открытия, несмотря на свой недуг, что не могло не восхищать.

— Ого! — Ронда улыбается, — сейчас ты также консультируешься с родителями? — интересуется она.

А это определенно интересно, так как сейчас сеть ресторанов разрослась, а мама и папа обожают все контролировать самостоятельно, поэтому им просто некогда мне помогать. Но я ищу другие источники получения информации.

— Не всегда, — отвечаю я, — для «Последних героев Земли» мне пришлось немного разобраться в ракетостроении и это выходило за пределы научного интереса моих родителей и я просто взяла и написала в Space X. Я вообще не думала о том, что они мне ответят. Все же это другая страна, но мне не просто ответили, — я снова в состоянии легкой эйфории, так как даже спустя столько времени это кажется мне невероятным, — мне ответил сам Илон Маск! Это было… было просто ВАУ! И он ответил на мои вопросы, если вы видели книгу, там есть строка благодарности в начале романа.

— Это просто здорово, что такие люди, как мистер Маск помогают людям в их познании, — отмечает Ронда и я киваю в знак согласия, — ты занимаешься благотворительностью, что это для тебя?

— Это просто желание и возможность быть нужной, я хочу чтобы дети были хоть немного счастливы, даже когда находятся на лечении, — отвечаю я, так как не хочу афишировать то личное, что стоит за этим. Я пока что не готова к этому. Слишком больно говорить о таких вещах.

— Совсем недавно во время твоей акции к тебе и твоей ассистентке — Еве Мелендес, присоединился Том Холланд и его друг — Харрисон Остерфилд, как вы познакомились с Томом? Это связанно с тем, что его отец преподавал у тебя в университете и помогал с продвижением твоей первой книги? — ох, вот мы и дошли до вопросов о Томе. Мне становится немного не по себе и я делаю пару глотков из бутылки с водой, которая стоит на небольшом столике, который установлен между стульями.

— Да, нас познакомили родители Тома. Я была приглашена на мероприятие, которое было организовано фондом Тома, — отвечаю я, все тем же спокойным тоном, как и на другие вопросы, стараясь следовать всем тем советам, которые мне дал Том утром, — мы с ним в какой-то степени коллеги по благотворительности, если так можно сказать.

— То есть все то, что говорят в СМИ — слухи? — с легкой усмешкой спрашивает Ронда.

— Да, — я киваю, и мои пальцы буквально немеют. Я не умею врать, — мы просто друзья.

— Ладно, прости за этот вопрос, — с сочувствием просит девушка, — я вижу, что тебе не нравится говорить об этом, — слишком мягко сказано, — ты готовишься к экранизации твоей книги?

— Ну этим больше занимается Нолан, — честно говорю я, — мы приняли совместное решение, что мое участие в работе будет минимальное и я буду только помогать с адаптацией сценария и консультировать актеров, по необходимости.

— Нолан — очень хороший режиссер, — с этим я согласна и даже спорить не стану. Мы еще немного говорим про Джоан Роулинг и про то, как мы познакомились. Ронда спрашивает о тех людях, чье творчество повлияло на меня.

— Напоминаю, что в гостях у нас была писатель Аврора Дали, мы благодарим тебя за интервью и желаем успешной экранизации.

Дрю завершает запись и мы прощаемся с Рондой. Лишь когда я покидаю офис редакции — облегченно выдыхаю. Я справилась с этим и теперь могу спокойно ехать домой. Сегодня Том помогает отцу с каким-то его проектом и мы договорились встретиться завтра днем, перед вечеринкой. Я обещала поехать с ним и Харрисоном в супермаркет, чтобы закупить все необходимое для приема.

========== Часть 15. ==========

Мы потратили около трех часов на закупку продуктов и только в три приехали в дом Томаса. Это был милый коттедж белого цвета с темно-синей черепитчатой крышей. Стандартный для нашего боро, с зеленой лужайкой и невысоким забором перед крыльцом. Том паркует машину и мы, забрав пакеты идем к серой двери с витражным стеклом. На крыльце стоит узкая скамейка и пара горшков с растениями. Небольшая прихожая со стенами выкрашенными в кофейный цвет. Тут стоит пара тумбочек, висит зеркало, а на пол постелен полосатый ковер.