Выбрать главу
н на следующие сутки после обращения. Не переживай Маша, я сделаю так, что бы ты почувствовала меньше боли. – Спасибо за заботу Дима, я очень тебе благодарна. Ты согласен стать моим другом? – Немного подумав, я ответил: – Я согласен. Надеюсь со временем дружба перерастет в нечто большее. – Поживем-увидим. – Философски изрекла Мария, и слегка улыбнулась – Я скажу Вите, чтобы сегодня она тебя не беспокоила. Тебе нужно хорошенько отдохнуть, что бы завтра ты была в хорошей форме. – Думаю ты прав. – Спокойной ночи Мария. – Я вышел из ее комнаты и направился к себе. По дороге я встретил Виторию и предупредил, чтобы она даже близко не смела подходить к Марии после обращения. Она лишь немного склонила голову и исчезла в темноте коридора. "Уже сегодня ты будешь моей любимая, уже сегодня", – подумал я, и исчез за дверью своей комнаты. Мария. Вот и настал переломный день в моей жизни. Я очень волновалась по поводу этого, но вспомнив слова Димы, немного успокоилась. Приняв душ и позавтракав, я стала ждать своей участи. В 11 часов ко мне пришла Вита, и улыбнувшись сказала: – Жрецы уже прибыли и готовятся к обряду. Димитрий Александрович уже там, и мне поручено вас одеть и сопроводить вниз. – Хорошо Вита, давай побыстрее покончим со сборами, я очень сильно переживаю. – Ничего не бойтесь госпожа, все будет хорошо. Вита одела меня в длинное белое платье и накинула на плечи алый плащ с капюшоном, который полностью скрывал мое лицо от посторонних. Мы спустились на первый этаж и подошли к неприметной двери. Открыв ее, я поняла, что она ведет в подвал. К моему удивлению дорогу нам освещали зажженные факелы, и складывалось такое впечатление, что я попала в средневековье. Длинный коридор привел нас к еще одной двери, и я сразу поняла, что за ней и находилась та самая комната для обряда. Я немного запаниковала, но тут же спрятала это чувство в глубину своего сознания. Глубоко вздохнув, я вошла в комнату. Здесь так же горели факелы, все стены были исчерчены какими-то непонятными знаками и пентаграммами. В середине помещения находился тот самый пьедестал, о котором рассказывал мне Дима. Сам он стоял у пьедестала, и на нем был надет точно такой же плащ, как у меня, но только черного цвета. По периметру всей комнаты стояли вампиры-жрецы в таких же плащах. Я подошла к каменному пьедесталу, и без колебаний сразу же легла на него. Димитрий наклонился ко мне, и чуть слышно прошептал: – Все будет хорошо, не бойся. – И я почему-то ему верила. Через несколько минут жрецы-вампиры стали читать какие-то заклинания на неизвестном мне языке: – Gloria in excelsis Deo et in terra hominius bonae voluntatis, lavdamus te, benedicimus te, adoramus te, glorification agimus tibi propter magnam glorium tuam, Domine Deus! – с каждым словом интонация жрецов становилась все выше и выше. Димитрий наклонился ко мне. Сначала я почувствовала поцелуй в шею, а затем ее пронзила сильная боль. Я старалась не кричать, и это давалось мне с трудом. Через несколько мгновений боль превратилась в наслаждение, и вместе с этим, я чувствовала, как мое тело начинает слабеть. Я была на грани потери сознания, когда в мое горло потекла что-то горячее с солоновато-сладким и металлическим привкусом. Я сразу поняла, что это кровь Димитрия и с жадностью стала глотать ее. Мое тело стало гореть, и казалось, что эта пытка не закончиться никогда. Я не знаю сколько я пробыла в таком состоянии, но мое сознание стало медленно но верно покидать меня. Последнее, что я запомнила, так это голос Димитрия, который сказал мне: – Я подарю тебе вечность, любимая моя. Димитрий. Обряд прошел на удивление всем очень гладко. Мария не издала ни звука, чем несказанно обрадовала меня, моя девочка оказалась очень сильной. И теперь она заснула крепким сном для того, чтобы умереть и проснуться вампиром. Я взял ее на руки и понес в комнату. Мне пришлось самолично снять с нее окровавленные вещи и переодеть в ночную рубашку. Я засмотрелся на ее стройное тело, которое еще совсем не изменилось, сохраняя легкий оттенок загара. С трудом оторвав взгляд от моей будущей вампирочки, я вышел из комнаты и закрыл ее на ключ, чтобы никто не мог с ней ничего сделать. Осталось каких-то жалких 12 часов, и она пробудиться. Вернувшись в свою комнату, я принял душ и переоделся, а затем лег на кровать, и еще долго не мог забыть такой сладкий вкус ее крови – крови девственницы. Обряд отнял у меня много сил, поэтому необходимо немного поспать. Вампиры нашего клана спят всего лишь два раза в месяц, и сегодня именно такой день. Немного полежав, я все же смог уснуть. Витория. Как же я ненавижу эту Марию, ведь она отняла у меня моего любимого Димитрия. Теперь приходиться притворяться хорошей и послушной, что бы она не заподозрила моего истинного отношения к ней. Я с раннего детства мечтала стать женой будущего старейшины клана но моим мечтам не суждено было сбыться. Теперь я должна называть госпожой какую-то девку с улицы, когда я должна была быть на ее месте. Я же отчетливо вижу, что она не любит Димитрия, но все равно согласилась на все его условия. Мне очень хочется всем моим мертвым сердцем, чтобы она исчезла из этого дома, а лучше всего и из этого мира, но я не могу убить ее собственными руками, так как подозрение сразу же падет на меня. И тогда меня ждет смертная казнь. Димитрий знает о моих чувствах к нему, но совершенно не реагирует на них. Поэтому я решила испортить этой твари свадебный обряд, порезав ее дорогое свадебное платье на мелкие кусочки и обрезать ее длинные волосы ровно на половину. Я вышла из своей маленькой комнатки и направилась к ней. Подойдя к двери я поняла, что она закрыта на ключ, но для меня это не проблема, так как я уже давно сделала дубликаты ключей от всех дверей особняка. Я отыскала нужный ключ и открыла дверь. Эта тварь мирно спала на своей кровати, и на меня сразу же обрушилась волна злости. Я одним рывком оказалась у кровати Марии и тупыми ножницами откромсала ее волосы до лопаток. Удовлетворившись своей работой, я подошла к шкафу и достала свадебное платье, но перед те, как его изрезать, примерила. На мне оно смотрелось гораздо лучше, чем на ней, и меня это сильно обрадовало. Я сняла платье и принялась безжалостно кромсать его. Сделав свое дело, я написала записку и подошла к ней. Оценив еще раз плоды своего труда, я прошептала: – Ты не сравнишься со мной замарашка. – Затем вышла из комнаты, предварительно закрыв ее на замок. У себя в комнате я собрала все вещи и убежала из этого особняка подальше, чтобы они меня не нашли.