Выбрать главу

В нашем королевстве лето наступало стремительно, и если на острове Валео была весна, то здесь лето. Я наблюдал из окна, как клонились деревья к земле, словно прося защиты, но не было спасения от непогоды. Раскат грома заставил стекла вздрогнуть, завизжать тысячами голосов, нахмурилась сильнее туча, неугомонный же трепал траву, словно именно она повинна во всех бедах. Нестерпела грозная, уступила, пожалела природу и, расплакавшись, пролилась дождем. Ветер, разозленный до предела, схватил листок и, закружив его в своем танце, подбрасывал, словно куклу, вверх и вниз. Тянулись растения и деревья к листу, пытаясь сберечь, поймать малютку, спасти. Безжалостный, насмехаясь, лишь сильнее трепал его. Измотанный, истерзанный и уставший, подлетев, он прижался к стеклу, будто взывая ко мне, прося помощи. Ветер швырял капли в окно, сердилась туча, страдал лист, пытаясь удержаться. Жестокий, оторвал его от стекла, зашвырнув далеко непокорного и он, несчастный, упал.

Взревела туча, заплакали стекла, деревья склонившись, оплакивали его гибель, лишь ветер, наигравшись чужими судьбами, успокоился, ушел, оставляя после себя печаль. И плакала туча, и молчали деревья, с печалью вглядываясь в одинокий лист, что безжизненно лежал на траве.

Эта картина поселила в моей душе лишь грусть, неприятный осадок остался от увиденного. А ведь через час у меня свадьба. Миралинда неизвестно где и как найти ее я не знаю. Против воли отца не пойдешь, придется подчиниться. Эх, Мира, где же ты?

Вздохнув поглубже, я шел, словно на казнь. Подобно тому листу, обстоятельства трепали меня, вынуждая или плыть по течению или же скорее принимать решения. Волосы собраны в низкий хвост, костюм черный с красной каймой. Уверенной походкой я шел в бальный зал на свою свадьбу, где мне быть совсем не хотелось.

Сотни разодетых гостей встречали меня, улыбаясь, с бокалом шампанского в руке, приветствовали принца вампиров, не понимая какая буры у меня в душе. Выдавив из себя улыбку, шел к алтарю, где стояла чаша. Священник в длинной белой рясе ждал, глаза его сияли и очевидно, что ему нравилось проводить свадьбы. Но задумывался ли он когда-нибудь, все ли пары хотят жениться? Или же для него чувства людей не важны, а только обряд?

Хрустальная чаша, наполненная жидким огнем и серебром, была горячей и из нее исходил пар. Произнеся клятвы, и держась за руки в чаше, магия соединит нас. Ведь ей все равно, как и священнику, на чувства людей, она исполнит то, что должна.

Невеста не заставила себя долго ждать. В расшитом бриллиантами и рубинами белом платье, она словно летела, довольная и счастливая подошла ко меня. блестели рубины, словно капли крови на невинном белом и улыбалась девушка, взяв меня за руки, блестели от восторга ее глаза. И только я был мрачен, словно туча, когда спорила с ветром. Во мне противилось, бушевало все, сама мысль взять другую, мне была противна. И покорившись, словно тот лист, я стоял, выслушивая пожелания отца.

— Дети мои, я очень счастлив и сегодня хочу поздравить вас с прекрасным днем в вашей жизни. С днем свадьбы! Пусть в этот день вам улыбнется удача и светлая звезда озарит ваш путь! Счастья тебе, любимый сынок и моя дорогая невестушка!

Растрогавшись до слез, он подошел к нам, обняв по очереди, торжественную речь произнес священник, невеста, что радовалась нашей свадьбе. Я не был многословен и, поблагодарив всех, пожелал нам счастья.

***

Яра

То, что это ловушка, я, допустим, осознала. Дальше то, что? Темнота давила, поглощая меня, зато мысли были легкие и светлые, а вот это уже плохо. Надо бы самой спастись и Миру вытащить. Ну, да ладно, погрустили и будет.

Прежде чем приступить к спасительной операции, я решила зажечь светлячок, но, увы, у меня не вышло. Куда делась магия или я не правильно произнесла? Попробовав раз десять разные варианты, поняла, что ничего не могу сделать. Темнота стала казаться еще более жуткой, она словно кружила возле меня, пытаясь, просочиться внутрь, завладеть разумом. Словно живая, она обнимала меня, касаясь кожи.

— Что, куколка, не страшно? — раздался голос, а вместе с ним, влетел источник света — фея, что держала в руке факел.

— И кого, позволь спросить, мне бояться, уж не тебя ли, мелочь? — усмехнулась я, пытаясь показать, что все идет по плану. Моему плану.

— Это я мелочь?! — взвизгнула фея, - а ты острая на язык. Ну, ничего, это не на долго, пойдем, киса.

Мы вышли и, пройдя не много, зашли в другую комнату, где в белом платье стояла Мира. Не назвала бы я ее счастливой, скорее расстроенная, измученная, она ожидала своей участи.