Выбрать главу

6

— Филипп! — Его мрачный вид не располагал к тому, чтобы задавать вопросы, но Элизабет почувствовала, что должна как-то развеять свои подозрения, которые постепенно усиливались. — Мне кажется, что дорога сюда не была такой длинной.

— Вы правы.

— Но я не понимаю… — Она осеклась на полуслове, когда он внезапно свернул с магистрали, по которой они ехали почти три четверти часа, на темную боковую дорогу, обсаженную с обеих сторон огромными деревьями. — Куда мы едем?

— Мы находимся в двух милях от моего дома, который и есть конечный пункт нашей поездки. — Филипп сказал это спокойно, но осторожная вкрадчивость его голоса дала понять, что он знал, как будут восприняты его слова.

— Ваш дом?! — Она почти закричала. В это невозможно было поверить! — Вы везете меня к себе домой? Даже не спросив? Разверните машину сейчас же! — Не дождавшись ответа, она бросила яростный взгляд на своего спутника. — Вы слышите меня, Филипп? Я хочу вернуться.

— Вы и вернетесь… но только позже. — На короткий момент он повернулся к ней с белозубой улыбкой, которая сверкнула в темноте на его смуглом лице. — Я только хочу показать вам мой дом, Элизабет, разве это преступление? Мне стало казаться, что вечеринка немного… скучновата, а ночь еще только начинается. Мы разволнуем моих родителей, если вернемся так скоро. Они подумают, что что-то случилось. — Последние слова были сказаны с ироническим оттенком, и это не ускользнуло от ее внимания.

— Меня не заботит, что они подумают, — бросила она. — Я хочу вернуться.

— Не будьте занудой. — Теперь его голос звучал лениво, с налетом веселой насмешки, что явно указывало на то, что он наслаждается ее реакцией. — Я покажу вам дом, мы спокойно, как два цивилизованных человека, выпьем по чашке кофе, и, возможно, даже поговорим друг с другом без драки. — Он вновь взглянул на ее сердитое лицо и громко вздохнул. — Или, может быть, в отношении последнего мои надежды напрасны?

— Вы не имели права везти меня к себе, не спросив моего согласия, — сказала она резко. — Абсолютно никакого права!

— Знаю. Но если бы я предложил вам поехать ко мне домой этим вечером, то ваш ответ нетрудно было бы предсказать. — Его брови насмешливо приподнялись. — Разве не так?

— Вы невозможны! — Деваться было некуда, и ей не оставалось ничего иного, кроме как выходить из создавшегося положения с наименьшими потерями.

— Я тоже это знаю. — В его голосе вместе с чувственными интонациями звучало неприкрытое удовлетворение, и ей захотелось ударить его изо всей силы и побольнее. Лишь благодаря тому, что «феррари» мчался со скоростью более семидесяти миль в час по неосвещенной дороге в глухую ночь, она удовлетворилась демонстрацией ледяного презрения.

Через несколько минут дорога заметно сузилась, и они въехали через широко открытые железные ворота в большой двор, где располагался пруд с обитавшими в нем утками. Как только машина подъехала к дому автоматически зажегся свет, и стало светло как днем.

— Мое убежище. — Филипп остановил машину перед большим фермерским домом, сложенным из камня желтого цвета, с разлапистой камышовой крышей. Стены были увиты благоухающими розами и гирляндами плюща. Окна в свинцовых переплетах и двери из темного дерева усиливали впечатление неподвластности времени всего этого места, а окна верхнего этажа выглядывали из-под нависавших краев крыши вместе с маленькими декоративными балкончиками, почти сплошь скрытыми алыми и розовато-лиловыми бугенвиллеями.

— О, какая прелесть! Действительно прелесть. — Когда стих звук мотора, Элизабет импульсивно повернулась к нему. — В каком чудесном месте вы живете!

— Да, это правда. — Его темные глаза внимательно наблюдали за ней, тогда как на губах, в ответ на искреннюю похвалу его дома, появилась теплая улыбка. — Конечно, это не то, что наш замок, но мне нравится.

— Что вы, это гораздо лучше, чем замок! — Она сказала, не подумав, и густо покраснела, осознав возможный подтекст своих слов. — Не в том смысле, что дом ваших родителей некрасивый, — нет, конечно, — но этот более уютный.

— Я знаю, что вы хотите сказать, и полностью согласен. Теперь пойдем и посмотрим, что внутри.

Несколько гусей двинулись вразвалку в их сторону, громким гоготом выражая возмущение тем, что был нарушен их ночной покой. И хотя Элизабет взвизгнула при их приближении, они только посмотрели на нее, перед тем как снова сбиться в кучу, продолжая шуметь, словно старые сварливые женщины.