— Мороженное растает. — Констатировал он очевидный факт.
— А ну его!
— Не боишься?
— Нет. — И я сама потянулась к губам мужчины, обнимая его голову и растворяясь в приятных ощущениях.
На этот раз он долго мучил меня поцелуями и откровенными ласками, и лишь после того, как я попросила пощады, достал из кармана фольгированный квадратик с контрацептивом, оторвал уголок зубами и приступил к основному действу.
— Андрей? — Я в недоумении подняла на мужа затуманенный взгляд. — А зачем это? Ты же сам указал в договоре, что хочешь своего ребенка.
— А мы разве куда то спешим? Еще успеем!
Мне оставалось только послушаться и принять его решение.
Как оказалось — всё довольно хорошо помещается, если подойти к соитию ответственно!
Довольная, с онемевшими от сильного удовольствия руками и ногами, я прижалась посильнее к Андрею, и сама не заметила, как уснула.
Он долго поглаживал меня по волосам, пропуская локоны через пальцы, и что-то шептал, но я уже не смогла разобрать что.
Проснулась я уже утром, заметив, что лежу на том же диване, только разложенном для сна, на вкусно пахнущей простыне, на подушке, одетая в собственную ночную сорочку, хотя была абсолютно уверенна, что засыпала голой!
Рядом лежала Маша, переодетая в новый костюмчик. Она повернулась к Андрею и жадно кушала из предложенной им бутылочки.
— Мы тебя разбудили? — Спросил депутат. — Прости. Нужно было нам уйти на кухню, но мне нравится смотреть, как ты спишь.
Я устроилась поудобнее, погладила по бочку маленькую девочку, которая сразу же начала дрыгать ножками и поперхнулась. Оставалось только извиниться и обещать её больше не трогать, пока она кушает. Но соблазн был так велик! Такая она была маленькая, сладенькая, руки так и тянулись!
— Уже утро наступило. Так что мне пора было просыпаться. — Мы встретились глазами с мужем, и синхронно улыбнулись.
— Ничего не болит?
— Нет. — Я замотала головой из стороны в сторону.
— Хорошо себя чувствуешь?
— Да.
— Значит сегодня можем съездить в университет. Посидишь на лекции, познакомишься с куратором, а потом я тебя домой заберу.
Глава 41
Тася
Я не просто одевалась в новую, купленную Андреем для меня одежду — я порхала по нашей спальне от угла к углу, и не могла поверить что спустя столько времени окажусь в городе!
И не просто на прогулке с коляской, а в университете! Возможно, удастся даже встретиться с Лизой!
Я быстро приняла душ, отметив что не чувствую никаких признаков недомогания, мельком посмотрела на Андрея, мерно качающего из стороны в сторону Манюню у окна и нырнула в гардеробную.
— Ты поёшь? — Я одела красивые брюки с завышенной талией, свободную блузку светло голубого цвета заправила за пояс и застегнула крохотные пуговички на манжетах. Волосы скрутила в слегка небрежный пучок, мазнула по губам светлой помадой, а ресницы подкрасила тушью.
— Я не пою, я бормочу себе под нос! Как думаешь, эти или эти?
Вкус у моего мужа был отменный, я вынесла из гардеробной две пары туфель и никак не могла определиться, какие обуть на такое важное мероприятие, как знакомство с куратором в самом главном ВУЗе страны!
— Бежевые. — Кивнул Андрей вправо, и я аж подпрыгнула на месте от перевозбуждения.
— Эй? Почему ты хмуришься? — Я подошла ближе, погладила спящую Манюню по волосикам, а потом заглянула в глаза мужчине, который так старался сделать для меня все, что в его силах.
— Ничего.
— Такой взрослый, а отвечаешь, как ребенок.
Я пискнула, когда Туманов перехватил ребенка одной рукой, а второй дернул меня на себя и впился в губы жадным поцелуем.
Его язык мгновенно пробрался внутрь, терся о мой, ласкал, распалял.
— Мы же опоздаем?! Мы не можем опоздать! Сегодня же мой первый день…
— Да… — Он тяжело отстранился, легонько чмокнул еще раз и вытер пальцами размазанную помаду. — Тебе нужно еще учиться. А мне — смириться с тем фактом, что ты будешь уходить из дома… иногда. Хотя, я был бы не против забаррикадировать двери, и не вылазить с тобой из постели!
Я весело засмеялась и потянулась, что бы погладить его по щеке.
— Мне нравится, какой ты колючий… — Встала на цыпочки и коснулась губами его щеки. — И ты…
Потом, смутившись от собственных откровений, я отобрала у Туманова ребенка, и отправила его самого в душ и переодеваться. Нас ждал очень напряженный и насыщенный на события день!
На кухне уже ждала Валентина Петровна, которая согласилась исполнять роль няни на сегодня и посидеть с малышкой, а во дворе нас уже ожидал водитель.
— Валентина Петровна, а покормить Манюню нужно будет через два часа, наливаете восемьдесят грамм детской водички, потом три ложечки…
— Я знаю, Тасенька! Я все знаю! Ну не в первый же раз я буду смесь для нашей девочки готовить?
— Точно! Простите… я просто так волнуюсь!
— Конечно, ты волнуешься! — Женщина взяла у меня малышку и прижала к своей пышной груди. — Первый раз из дома куда то без ребенка вырываешься! Но не трусись так! Это нормально — заниматься еще какими то делами, помимо младенца! Учись хорошо! — И она погрозила мне пальцем, а я улыбнулась.
Мама звонила не часто, я тоже старалась лишний раз её с папой не тревожить. Каждый раз она плакала в трубку, а мое сердце разрывалось на части от боли. Наши с Таней голоса были очень похожи. Я напоминала маме ее старшую дочь.
Я, конечно же, тоже плакала по ночам в туалете, стараясь никого не разбудить, но… горе сжирало меня изнутри, а с доброй и разговорчивой Валентиной Петровной мне становилось легче. Она не церемонилась, но это было как раз то что нужно!
***
Я неотрывно смотрела в окно дорогого, затонированного автомобиля представительского класса. Даже посёлочек, где мы жили, был для меня чужим, я не видела в прошлый раз ни домов, ни названий узких улиц, ничего не заметила, только на новорожденную Машеньку смотрела во все глаза, и с ужасом думала, что же теперь с ней делать? Что мне делать со всей моей жизнью?
Тогда все летело под откос, и что мы видим через месяц?
Я оторвалась от созерцания домов и природы и посмотрела на Андрея. Он разговаривал по телефону, тыкая стилусом в свой рабочий планшет, а через мгновение, уже отложил его в сторону, потянулся и переплел свои пальцы с моими, крепко сжимая их.
Ему одному можно было доверять и довериться. Страшно представить, что бы было с нами обеими, не заявись я к Туманову прямо в Администрацию!
Мне вспомнился Камиль, и его сухие и бесчувственные слова, сказанные в больнице.
Прямо за дверью было тело моей сестры. Все еще тёплое. Она едва успела родить, так мучилась и страдала. Неужели он не любил ее? Хоть капельку любви можно было дать взамен?
Таня бросила все, что бы быть с ним, что бы родить ему ребенка. Университет бросила и саму мечту стать врачом. Все зря, выходит?
Хотя… У меня кольнуло в груди, и свободной рукой я потерла участок под ключицами и поморщилась.
— Тась, ты в порядке?
— Да!
Я ответила слишком резко, и тем себя и выдала.
— Иди сюда. — Андрей положил трубку и притянул меня к себе, обнимая и укладывая мою голосу себе на широкую грудь. Большой ладонью депутат погладил мои волосы, выбивая их из пучка, а потом поцеловал нежно в макушку и принялся нюхать. На мой удивленный взгляд он позже ответил, — ты пахнешь так вкусно! Мне откровенно башню сносит! Но вернемся к нашим баранам…. Тасенька, ты распереживалась из-за учёбы? Уже обо всем договорился, документы твои передал, но если ты скажешь, что передумала — ничего страшного!
— Нет… Не в этом дело! Просто я вспомнила Таню… и Камиля… и Манюня ведь осталась сиротой почти…
Так на меня смена обстановки повлияла! Прекрасно просто! Андрей стоически вытирал мои слезы, а потом бегал в супермаркет за влажными салфетками для снятия макияжа. Потому что под моими глазами растеклась тушь!