Если женщина глупее мужчины, вряд ли он умнее её.
Д.Е.
А Валентин не может похвастаться теми же достижениями, что и жена — он рядовой чиновник в министерстве. Ни денег, ни почестей, ни репутации. Один голый бюрократизм.
Поняв, что её тактика — не обращать внимание на брюзжание мужа, — неэффективна, Марина стала огрызаться. Оскорблять и клеить несправедливые ярлыки не в её характере, но она стала отвечать мужу в более жесткой манере, чем раньше. Но его и это не проняло — получалась просто банальная свара. После чего рассерженные супруги расходились по своим комнатам, а потом не разговаривали неделями.
Ледяные отношения супругов накалились до предела.
Д.Е.
Пресловутый электрочайник, конечно же, был не едиственным поводом для брюзжания Валентина. Находились и другие, обычно в сфере домашнего хозяйства.
Далеко не каждая деловая женщина является образцовой домохозяйкой. Даже если у неё есть таковое желание, то нет времени. И сил. А чаще всего нет желания — новые женщины считают увлечение домашним хозяйством бесполезной тратой времени и сил. Кстати, у Марины есть возможность пригласить экономку, но Валентин категорически против. Мотивировал он это нежеланием терпеть присутствие посторонней женщины. А по сути — не хотел лишать себя удовольствия брюзжать и упрекать жену.
В общем, дело зашло так далеко, что Марина стала нервной, раздражительной. Семейные сцены не способствют ни безоблачному настроению, ни оптимизму, ни трудовым свершениям. Подавленное настроение стало сказываться и на её работе. Марина быстро уставала, стала ещё более рассеянной, невнимательной, совершила на работе несколько промахов, корила себя за них, плохо засыпала. В связи с этим обратилась ко мне. Перечисленные симптомы свидетельствуют о неврастении (другие названия — астенический невроз, синдром хронической усталости). Мы начали курс лечения.
В основе любого невроза лежит сильная, но кратковременная психическая травма или длительная психотравмирующая ситуация. У моей пациентки налицо вторая причина. Невроз невозможно полностью вылечить, пока существует психотравмирующая ситуация. Поэтому психиатры, наряду с лечением, помогают пациентам решить их проблемы. Устранение психотравмирующей ситуации порой гораздо быстрее приводит к излечению, чем медикаментозное и психотерапевтическое воздействие.
Я разъянила Марины причины такого поведения мужа. «Так что же, доктор, он неисправим?» — спросила она. «Можно попробовать с ним побороться, но это потребует времени и терпения», — сказала я. «Но у меня нет на это времени, — ответила моя пациетнка. — И сил тоже. Я уже с работой не справляюсь. Получился заколдованный круг: на работе у меня стресс, потому что я уже не та, кем была раньше, мне стыдно, что я утратила былую энергичность, и дома сущий кошмар. Ни там, ни там нет спокойной жизни». «Тогда давайте лечить вашего мужа», — предложила я и попросила Марину привести его.
Потом она на какое-то время пропала из поля моего зрения — видимо, у неё не было время прийти. Не пришел и её супруг.
Спустя три месяца пришла Марина. Веселая, оживленная. «Доктор, я вылечилась!» — радостно сообщила она с порога.
Оказалось, что она долго пыталась уговорить мужа прийти на консультацию, но в ответ слышала: «Это тебе нужно лечиться у психиатра, а я нормальный». Своих придирок Валентин не оставил, в их семейной жизни мало что изменилось.
В конце концов Марина не выдержала. Во время ссоры (и опять из-за злосчастного чайника) она запустила им в окно и заорала: «Да провались ты вместе с этим проклятым чайником!» — и буквально вытолкала мужа из квартиры в том, в чем тот был — в домашних тапочках, старых джинсах и рубашке. В гневе даже у слабой женщины появляются силы необъятные.
Оказавшись перед захлопнутой дверью, Валентин некоторое время в растерянности потоптался, потом стал звонить. На трель дверного звонка Марина не реагтровала, но муж не уходил, продолжая давить на кнопку звонка. Наконец Марина открыла дверь и с издевательской улыбкой заявила: «Ну что тебе ещё неясно? Я же сказала: убирайся вместе со своим чайником. Он лежит под окном. Забирай, пока кто-то его не прихватил. А я с тобой встречусь только в суде. Свои вещи получишь завтра. Пришли кого-нибудь за ними. Тебя я видеть больше не желаю и дверь тебе не открою».
Валентину пришлось уйти к родителям. Как уж он решил проблему, в чем назавтра пойти на работу (до этого ходил в костюме и светлой рубашке с галстуком) — это его проблемы. Трусоватый Валентин (а все мужчины из категории «брюзга» — слабые в личностном отношении; встретив сильного противника, они пасуют) не решился прийти сам и прислал своих родителей. Марина не стала выслушивать причитания свекрови. «Вы его таким вырастили, теперь сами с ним нянчитесь, а с меня хватит», — пресекла она её упреки. Свекор в разговор женщин не вмешивался. Молча забрал приготовленные Мариной сумки и чемоданы и отнес в машину. Как только все вещи были вынесены, Марина сухо бросила свекру и свекрови: «Прощайте», — и закрыла дверь.