Когда со следами моей несдержанности всё было покончено, я вернулась в дом, не обернувшись и не посмотрев на своего преподавателя. Хотя мне безумно этого хотелось…
А помнит ли он?
***
Вытираю пот рукой со лба. Чистый пол и все полки в доме — никаких следов пыли. Я была довольна собой. Эллинор любила шары-сувениры, внутри которых была маленькая проекция какого-то из известных городов Мира. Если встряхнешь эту вещь, то мелкие белые частички подарят тебе ощущение, что там, внутри, идёт снег. Я аккуратно поставила любимые вещи матери на полку над камином. Любуюсь этим снегом…
Мой дом не был большим. Маленькая гостиная, где был лишь диван, несколько ранее пустых полок с книгами, которые я ныне заполнила теми, что приобрела за эти годы, очень неудобное старое кресло и донельзя пушистый ковёр.
Кухня и столовая же занимали большую часть первого этажа, хотя и само убранство не отличалось исключительными размерами. Здесь и был источник отопления — камин.
Я помню, как мама делала мне разные причёски, сидя за одним из стульев около пламени. Её тёплые руки и прикосновения до сих пор остались в моей физической памяти.
Эллинор, как же мне тебя не хватает…
Всё в этом доме мне напоминало о тех счастливых днях. В первую ночь я просто не смогла сомкнуть глаз. Воспоминания накатывали подобно цунами — затягивали в свои глубины, не давая и шанса выбраться на поверхность. Слёзы катились по моей коже, казалось, и вовсе не переставая. Соленая на вкус жидкость добиралась до подушки, моих губ и ключиц.
Но я всё равно была рада вернуться сюда. В дом, где я провела лучшие годы своей жизни. В дом, где я была беззаботна и весела. В дом своего детства…
***
Хоть этот городок и был мал, здесь всё же были очень красивые места, несмотря на то, что заводы захватили почти всю территорию природы.
Я шла по извилистой тропинке, наблюдая за тем, как блеклая бабочка медленно порхала над зелёной травой.
Шелест листьев деревьев, мой тихий шаг и редкое чириканье — это всё давало мне некое спокойствие. Так странно, но здесь, в этом городке на севере Англии, я впервые за всё это долгое время ощущала истинный покой.
Я приостановилась, когда увидела знакомую тёмную фигуру. Мужчина стоял ко мне спиной, облокотившись о дерево. По телу пробежался знакомый холодок.
Довольно долгое время колебалась, но всё же, тяжко вздохнув, прошла немного вперёд и поравнялась с ним. Профессор Снейп заметно вздрогнул.
— Приятный вид… Верно? — тихо осведомилась я, не поворачивая в его сторону голову.
— Да, — коротко ответил зельевар, немного расправляя сгорбленную спину.
Пейзаж и вправду был красивым. Зелёные холмы, на которых то и дело появлялись лучи, которые могли на несколько секунд высвободиться из плена серых туч; огромные деревья вдали, которые были похожи на арку, их тёмно-салатовые листья красиво переворачивались благодаря порывам ветра; тихий плеск воды свидетельствовал о том, что рядом была река.
Я прикрыла глаза от восторга. Словно вернулась в те годы. Вот на этой самой поляне мы гуляли с Эллинор и устраивали пикники, она читала сказки и широко улыбалась… Здесь была моя жизнь.
Я встретилась взглядом с мужчиной. Выдавливаю улыбку, которая получается кривоватой. Наверное, ему и не нужно слов, чтобы понять, как я себя чувствую. Смотрит так проникновенно, что мурашки бегут по коже. Мы идём шаг в шаг, иногда останавливаясь около того, что привлечёт взор.
Мне не было некомфортно. Словно так и должно быть. Будто я так и должна идти рядом с этим человеком. Мне было снова страшно. Но теперь я боялась не его, а того, что чувствовала…
Качели, веревки которых прикреплены к одинокому большому дереву на поляне. Я помнила, как мама любила это место. Мороз по коже.
Я желала ухватить это воспоминание, как что-то неимоверно ценное, нужное. Подхожу и касаюсь этого, словно достояния всех Миров. Присаживаюсь на маленькую досточку. А мужчина стоит рядом… Чувствую, как он осторожно прикасается к моей спине, но даже через ткань свитера ощущаю тепло его плоти. Немного отталкивает и отходит слегка назад. Раскачиваюсь ещё сильнее и сильнее, а он только немного поддерживает.
Я улыбалась в тот миг и, кажется, о боже, смеялась. Как в детстве…
Мой учитель резко останавливает качели, цепляясь за верёвки. Я поднимаю голову вверх и снова натыкаюсь на его приятные чёрные глаза.
Когда они успели стать приятными?
Его губы слегка приподняты, он немного-немного улыбается. И эта улыбка обращена именно ко мне…
В тот момент я подумала о том, что этот человек и вовсе не так мрачен. Что он тот, кто мне нужен. Что он — мой дом…
========== Глава 11. Поцелуй ==========
У сердца с глазом — тайный договор:
Они друг другу облегчают муки,
Когда тебя напрасно ищет взор
И сердце задыхается в разлуке.
Твоим изображеньем зоркий глаз
Дает и сердцу любоваться вволю.
А сердце глазу в свой урочный час
Мечты любовной уступает долю.
Так в помыслах моих иль во плоти
Ты предо мной в мгновение любое.
Не дальше мысли можешь ты уйти.
Я неразлучен с ней, она — с тобою.
Мой взор тебя рисует и во сне
И будит сердце, спящее во мне.
Посвящается дорогой Бетти,
твой Драко…
Письмо, которое принёс Соул сегодня утром, очень встревожило меня. Я слышала о том, что влюбленные часто пишут подобное, но получить такое от Малфоя… Этот юноша приятен, красив, умён, но всё же мысли о том разговоре со Снейпом не покидали меня. Он прав — я не смею надеяться на серьёзные отношения и счастливый конец. Не стоит слишком сильно очаровываться, чтобы потом не пришлось разочаровываться. Но всё же сердце упорно стучало в груди и твердило обратно, как и пунцовые щёки.
Я смотрела на старую торговку. В её морщинистых руках мелко пошатывались из-за ветра несколько белых роз. Они не были мне нужны, но старушка, казалось, так скрючилась и запахнулась в свою тоненькую шубейку, что казалась самым беззащитным существом на земле. Мне было жаль её.
— Мэм, сколько стоит этот букет? — тихо спросила я, доставая из кармана несколько крупных монеток.
— Пять шиллингов, дитя, — ответила она, протягивая мне цветы, взамен получая свою довольно маленькую плату.
Укрываясь от дождя зонтом я думала о том, что есть лишь одно место, куда бы мне сейчас хотелось поехать — могила Эллинор.
Скульптуры из мрамора возвышались подобно колоннам какого-нибудь храма. Ангелы, демоны, бюсты известных людей… Всё вырезано до мелочей, даже тонкое кружево на шляпках леди не выглядело и вовсе камнем. Воистину искусные мастера. Мамина была самой бедной среди них всех.
Аккуратно кладу цветы перед надгробьем. «Любимая мать…» — написано там вместе с годами жизни и именем. Непременно дотрагиваюсь до этих букв, закусывая губу. Начинаю мелко дрожать.
А я ведь так любила тебя…
Я не могла сказать и слова, как делала это в прежние годы. Словно всё уже сказано. Мне так тошно в этом мире, что я начинаю теряться, медленно задыхаться. Мир утрачивает свои краски, но вместе с тем их становится всё больше и больше с каждой секундой. Я начинаю плавиться в этом беспощадном пламени Жизни…
Более не могла стоять там. Я просто ушла, не разбирая дороги, вытирая выступившие слёзы и моля Всевышнего только о том, чтобы он даровал мне покой. Покой, после обретения которого я смогу воспарить в небе, подобно яркой птице.
Я брела по маленьким улочкам, по неосторожности задевая почти всех прохожих плечом. Они оборачивались и недовольно морщились. Я же только прикрывала глаза. Иногда мне кажется, что лучше, когда меня и вовсе не замечают.
В парке была очень красивая беседка, полностью оплетенная розами. Я обнаружила это место совсем недавно, но сейчас оно отлично подошло бы для отдыха. Зайдя в неё, я онемела…