Еще с час Скит сидел в лазарете, задумчиво всматриваясь то в стены, то в летающие красные перчатки, что палитрой вскоре начали напоминать вино… Вино! Бренди! Ну и сколько же он не пил? Недели две эдак?
Воспоминание о подобной оплошности мигом привело демона в чувства. Вскочив, он, по старой памяти, двинул к складам. Уже на подходе настрой был омрачён тихим стуком стекла. Отворя дверь, Скит увидел с десяток покачивающихся на полу бутылок, вокруг сидящего в полумраке Дана. Желание избить кзарийца за опустошение столь желанных запасов уже подкатило к рукам, как вдруг тот резко указал пальцем на целый ящик бренди в углу.
Подобная степень дружелюбия от согильдийца натурально поразила Скита, потому он молча взял спиртное и уселся на близлежащий мешок. Пока своими одами и шумом не мешает, можно и здесь попировать.
Час. Два. Три. Может еще больше. Оба наемника сидели в темном помещении, опустошая все запасы спиртного, так и не обронив ни слова. Быть может Дан и считал, что Скеитрир, находясь рядом, разделяет его терзания, ибо с каждой минутой его взгляд все прояснялся и прояснялся, но все же демон просто пил, и глаза его мутнели, впредь до достижения беспамятства.
*****
С прибытия наемников прошло уже несколько дней. Ранее преимущественно тихие и безлюдные подземелья Маркерата наполнились разговорами, шумом, а худшее — звоном железа и строевыми шагами. Сейчас, идя по коридорам, Гэбриэл встречал не малые группы нейтралистов, а целые отряды облаченных в кольчуги и латы солдат.
Поговорить на данную тему со Скеитриром не вышло, ибо тот все еще отходил от бодуна, но Гэб прекрасно понимал все сам: какими бы мирными ни были чьи-либо намерения, для их исполнения нужна власть. Даже добропорядочным нейтралистам. А одна из вещей, дающая ее — армия. Она у нейтралистов была все это время, как бы не прибеднялся Хастрой перед авантюристами.
Зачем же тогда нужны были сами наемники? Да чтобы ослабить противника. Начать разрывать почву, не давая наводок и не вызывая подозрений к конкретным лицам. Сейчас же их роль сыграна: королевство истощено как войной, так и диверсиями; негодование народа растет, и даже приближенные короля начинают менять свои взгляды на его правление.
Тем не менее политика Гэба мало волновала. Важнейшим из вышеперечисленного был факт ненадобности в наемниках. Вскоре их выпрут отсюда, максимум заплатив за молчание. Для остальных то это не страшно, а вот Гэб со Скитом вновь окажутся без крыши над головами, за которые все еще назначена награда в полцарства.
Вот на встречу Гэбу вышел очередной отряд солдат в кольчугах. «Не чета опаловой шестерке» — промелькнуло бы у него в голове обычно, но сейчас даже мозг сковал страх — он успел лично увидеть, с какой легкостью даже местные рядовые способны одолеть самого Дана.
К слову солдаты направлялись в сторону драгоценной мастерской Гэба — весьма быстро даже отдаленные помещения обустроили под казармы, подарив наемнику страх, что в какой-то момент у него отнимут и последнее пристанище.
Грохнув кулаком о дверь, наемник позвал Скита. В ответ из комнаты донеслось лишь невнятное бормотание, но вскоре демон вывалился наружу, а похмелье начало улетучиваться на каждом шагу.
— Как раны? — спросил Скит, почесывая раскалывающуюся голову.
— Все зажили? Твои?
— Так же.
— Эти штуки больше не досаждали, да? — кивок в сторону следующих за демоном рук.
— Нет, — подняв руку, он посмотрел на саму реликвию. За прошедшее время обе перчатки сложились до удобного размера колец, — с контролем все прекрасно.
— Сколько еще сможешь скрывать от Хастроя, что запрет уже снят, а? — прошептал Гэб.
— Он, похоже, начинает об этом догадываться, так что недолго.
— Дьявол, — наемник отворил дверь в лазарет и увидел Алеанору, наконец не в лежачем положении. Линза тут же осмотрела ее тело, с облегчением почти не обнаружив повреждений.
— О, это вы, — девушка потянулась и уселась на край койки. Авантюристы расположились напротив, — неужто проведать пришли? Впервые за… сколько дней прошло?
— Может проведать, — начал Скит, — а может уже и прощаться.
— Ты о чем?
— Ну, нейтралистам ведь уже не требуется помощь наемников, так что со дня на день нас распустят. Быть может больше не свидимся.
— Но… — Алеанора мигом поникла, — война ведь в самом разгаре…
— С ней они справятся уже своими силами. Да ты не бойся, пока в стране творится хаос, работа найдется не только у этих хмырей.
— Но ведь люди продолжают гибнуть, а они отказываются от такой поддержки…
— А с какого это момента мы о чужих смертях печемся, а? — тихо пробубнил Гэб. Скит, вспомнив, что Алеанора рассказала ему о Рогире, и что он сам пережил в Вайстане, жестом остановил напарника.
— Что же ты так грустишь? — продолжал демон с натянутой улыбкой, — Война ведь не вечна!
— Боги, я просто хочу, чтобы это все закончилось! — все же воспоминания о смерти Рогира нахлынули вновь и по щеке девушки спустилась слеза.
— Бесполезно просить богов. Они уже давно покинули этот мир, а вот мы — пока нет.
— Да, — она тут же утерла влажный след, — наверное, ты прав, Гэбриэл. Спасибо тебе. За все, что ты делал для меня в последнее время.
— А что я там делал, а?..
— Я долго думала на счет потери ноги, и сейчас не держу на тебя и капли зла. Как ни как только благодаря тебе я смогла выжить, при том, что сама не лучше…
— Своевременно ты это, конечно, сказала, — Гэб потянулся к сумке за спиной, — но заключенную сделку нужно доводить до конца, — продолговатая мраморная конструкция покинула хранилище и опустилась на койку рядом с Алеанорой.
— Но… Гэбриэл… — словно забыв о грусти, она с восторгом и удивлением смотрела на филигранно выполненный магический протез, — ты ведь и так сполна вернул долг, защищая меня столько времени…
— Если не как возврат долга, то прими как подарок. Мне эта нога один хрен не нужна — на бабу сделана, — отмахнулся наемник. Встретившись взглядом со Скитом, он понял, что демон обескуражен подобной щедростью напарника похлеще девушки.
— Но… Спасибо.
— Вот и славно, — авантюрист вскочил, — попрощаться, вроде как, успели, так что можно и идти уже. Скит, ты тоже. Нужно парой слов перекинуться.
— Дай от похмелья до конца отойти… — демон сопротивлялся, но хлыст обвился вокруг руки и потащил к коридору.
— По пути успеешь.
После, перекидываясь ругательствами, авантюристы дошли до мастерской — единственного места, в звукоизоляции коего Гэб был уверен полностью.
— Итак, все же Алеанра права. Войну пора завершать, — начал Гэб, — нейтралисты смогут снять награду за мою голову, лишь получив полную власть. Но до этого момента нам бы еще нужно дожить.
— И ты знаешь, как это сделать?
— Я знаю того, кто нам в этом поможет, — рука скользнула по плащ и достала маску Багрового Барона.
— Да, твой образ шуму наделал, но что именно ты собираешься делать?
— Я долго подслушивал собранных здесь солдат и понял: Барона взаправду боятся. Боятся даже не как мастера убийств, а едва ли не как бога смерти.
— То есть какую бы резню он не устроил…
— Люди сочтут, что так распорядились Боги. Ну, быть может не в такой мере, но если, скажем, кое-кто высокопоставленный красочно погибнет от его руки, это вызовет волну паники, в которой инициативу подхватят единицы.
— Значит ты хочешь сразу убить короля Барка? — Скит поднял бровь, — Чтобы нейтралисты смоги беспрепятственно захватить всласть и по-быстрому решить наши проблемы?
— Нет, Скит, простого убийства короля недостаточно. Нужно будет действовать с тем же размахом, который все ожидают от самого Багрового Барона.
— Если у нас что-то получится, то выйдет недурно, но ведь за время смены власти боевой дух войск пошатнется, Гомердолл раздавит все королевские армии и все здесь заполонят долмеры, — все отвращение концентрировалось в последнем слове.