«Летчики сегодня потрудились на славу, — сказал Ямагучи. — Славная битва. Сколько мы потопили американских кораблей! Они уже не оправятся после такого поражения!» Потом он сказал, что корабль тонет недостаточно быстро и поэтому все оставшиеся в живых должны спуститься в трюм и совершить сеппуку [3]. Но я не хотел умирать и поэтому ответил адмиралу: «Я хочу сражаться за императора!» Адмирал страшно разгневался, но капитан стал успокаивать его, говоря, что я достаточно молод и отважен. Я помог им отвязать себя и отправился в свой отсек. Я хотел прихватить с собой кой-какие вещи. «Ролекс» я потерял во время крушения самолета и поэтому мне не оставалось ничего иного, как только прихватить будильник. В коридоре я нашел рыбные консервы и шкафчик, в котором стояли бутылки с бренди и сакэ. Бросив все это в большой холщовый мешок, я перевязал его веревкой. Судно кренилось все сильнее. На поиски плота у меня оставалось совсем немного времени. Вскоре я нашел плот, висевший на одной из поперечных балок. Недолго думая, я перерубил крепежную веревку, и плот, рухнув вниз, закачался возле трапа. Я поспешил вниз, перебрался на плот, сгрузил на него все свои припасы и, оттолкнувшись веслом от «Хири», поплыл восвояси.
Ранним утром после недолгого сна я услышал ужасающий рев. Рассветное небо озарилось яркими вспышками. Я с нетерпением ждал наступления дня, однако авианосца уже не видел. Судно погрузилось в пучину. Я перевел взгляд на небо. Там не было ни единого самолета. Кое-где все еще мерцали звезды…
И тут я заметил нечто странное. Одна из звезд двигалась. Она то и дело мигала, подобно самолету, покачивающему крыльями, на которых отражаетсясвет восходящего солнца. Я решил, что это высоко летящий самолет.
Через какое-то время светящаяся точка вновь появилась надо мной, правда теперь она имела куда большие размеры — примерно с ноготь. Двигалась эта штуковина совершенно бесшумно. Она спустилась к тому месту, где затонул «Хири», и я внезапно понял, что она раза в два больше нашего авианосца. Эта штука походила на сплюснутую сферу, с которой то и дело стекали огромные светящиеся капли. Потом она подлетела ко мне, и от воды, окружавшей плотик, стал подниматься пар. Я посмотрел вверх и увидел в днище этого странного шара свое отражение — в нем отражался весь мир, очерченный линией горизонта. Подобными летательными аппаратами японская армия не располагала. Я тут же решил, что именно эта штуковина потопила «Акаги», «Кага» и «Сорю». Я уже ничего не боялся. Я понимал, что мне пришел конец.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Кавасита перевел дух, улыбнулся и разом выпил полстакана пива.
— Я почувствовал себя очень странно — казалось, будто через меня идет ток. — Он обвел взглядом кабину. — Простите. Я говорил о вашем народе, о войне… Может быть, вам это не нравится — я, ведь, не знаю… То, что мы делали, кажется…
— Есио, мы не американцы, — мягко сказала Анна. — Все это происходило слишком давно, мир за это время стал другим.
— Десу-ка? Ах, да, конечно. Я продолжу свой рассказ. Внезапно до меня дошло, что я уже не на плотике. Меня долго осматривали — металлические инструменты, жужжащие машины. Я лежал на металлической скамье, мягкой посередине. Лежал совершенно голый. Кругом царила тьма, однако метрах в двадцати находилось круглое оконце и через него на меня смотрело чье-то лицо. Ни рта, ни носа, только большие черные глаза. Еще я видел его руку, если только это была рука. Меня ничто не сковывало. Я поднялся со своей лежанки, направился к этому оконцу и остановился возле границы освещенного круга. За ним ничего не было, он, казалось, парил в пустоте, тем не менее, лицо и рука оставались реальными трехмерными предметами. Все замерло. Я оглянулся и увидел, что скамья исчезла. На ее месте появилось другое оконце, из которого на меня смотрела птица, только это была совсем не птица… Человек с заостренным покрытым перышками лицом, длинным носом и большими голыми ушами. Теперь передо мной было четыре круга, и тут я понял, что пол исчез. Мне казалось, я сплю.
— Похоже, вами занимались минки и кроцерианец, — заметил Элвокс. — Ну а как выглядели остальные?
— Трудно сказать. Они были куда безобразней. Один из них походил на рыбу, которая… присасывается к другим рыбам. Не помню ее названия…