Говорят, что писателя создает его биография. По отношению к писателям-фантастам это, по-видимому, справедливо вдвойне. Опыт и знания — не только трамплин научно-фантастических моделей, но и необходимые условия феномена достоверности, отсутствие которого лишает научно-фантастическое произведение права называться художественным произведением.
Феномен достоверности — это то, что заставляет читателя безоговорочно поверить в прочитанное, сколь бы фантастично оно ни было, понять и принять героев повествования, “прожить” вместе с некоторыми их совершенно невероятные жизни, а потом возвращаться к прочитанной книге снова и снова. Понятие феномена достоверности в равной степени приложимо и к героям, и к ситуациям, и к идеям художественного произведения, независимо от того, действуют ли в экстремальных условиях научно-фантастического сюжета супермены, обычные люди или трагические неудачники. В феномене достоверности — одна из причин долгой читательской жизни фантастической книги.
Ефремов показал себя мастером феномена достоверности, начиная с первых научно-фантастических рассказов, густо замешанных на реалиях полевой экспедиционной жизни, которую он так хорошо знал, и в то же время приподнятых над ее повседневностью смелым полетом фантазии, убежденностью ученого, эрудицией энциклопедиста, которому не было чуждо ни одно из русел общечеловеческой культуры. В этом, по-видимому, и одна из причин удивительной прозорливости многих научно-фантастических прогнозов Ефремова, подтвержденных либо подхваченных современной наукой, о чем говорилось уже не раз.
Достаточно вспомнить хотя бы один из его ранних рассказов “Алмазная труба”, в котором автор указал местонахождение еще неоткрытых в то время на Сибирской платформе алмазоносных кимберлитовых жерл гораздо точнее, чем это сделано в научных статьях ученых-геологов, решавших “алмазную проблему” Сибири. Удивляться, впрочем, не приходится: Ефремов сам был прекрасным полевым исследователем, превосходно ориентировался в перспективах Сибирской платформы, похожей по геологическому строению на Южную Африку, где коренные месторождения алмазов известны с середины прошлого века. А кроме того, ему самому доводилось работать в Сибири.
Путь И.Ефремова в геологии был крутой и необычный. Он увлекся палеонтологией еще в школе в Ленинграде. Начал препаратором у известного палеонтолога профессора Петра Петровича Сушкина; первый научный труд опубликовал в 1927 году, когда ему еще не исполнилось двадцати лет. К августу 1935 года, когда Ефремову была присуждена без защиты диссертации ученая степень кандидата наук, он выл уже автором 35 опубликованных научных работ. Кандидат наук, а у него еще не было диплома об окончании высшего учебного заведения!
Ленинградский горный институт он закончил экстерном в апреле 1937 года, за несколько дней до своего тридцатилетия. Выписка из приказа по Ленинградскому горному институту от 3 апреля 1937 года гласила:
“На основании постановления Государственной квалификационной комиссии геолого-разведочного факультета от 2-го апреля 1937 года считать окончившим Ленинградский горный институт с присвоением звания инженера-геолога — Ефремова Ивана Антоновича с дипломом I степени”.
После этого он двадцать два года заведует Лабораторией низших позвоночных в Палеонтологическом институте Академии Наук СССР, возглавляет палеонтологические экспедиции в Монгольскую Народную Республику. Находит и исследует там “кладбища” динозавров, пишет капитальный научный труд “Тафономия и геологическая летопись”. В 1940 году он уже доктор биологических наук; в 1949 году Президиум Академии Наук СССР присуждает ему Премию имени академика Борисяка за работы в Монголии, в 1952 году он становится лауреатом Государственной премии СССР за опубликованную в 1950 году монографию “Тафономия и геологическая летопись”.
Казалось бы, экспедиции, обработка огромного полевого материала (монгольские палеонтологические находки Ефремова уникальны и являются гордостью многих музеев), подготовка монографий (вслед за “Тафономией” он пишет еще один капитальный труд — “Фауна наземных позвоночных в пермских медистых песчаниках Западного Приуралья”), большая организаторская работа академического ученого — все это, вместе взятое, не оставляло ни минуты свободного времени, а он в эти годы столь же стремительно входит в научную фантастику, как в 1930-е годы входил в палеонтологию. Еще во время войны был опубликован первый сборник научно-фантастических рассказов “Пять румбов”. Книга оказалась настолько интересной и необычной для литературы того времени, что рассказы уже в 1945 году переводятся в Англии. Затем последовали “Звездные корабли”, “Тень минувшего”; в 1948 году в журнале “Знание — Сила” появляется “Адское пламя”, в 1949 году — “На краю Ойкумены” (“Путешествие Пандиона”), в 1953 году — вторая часть этой исторической дилогии — “Путешествие Баурджеда”; в 1956 — “Дорога ветров”.