Выбрать главу

Но младенец, спавший в капсуле, так и не проснулся — даже рев взлетающей пирамиды не смог его разбудить. Георг и сам не знал, что его заставило взять ребенка с собой на взлетное поле, но оно того определенно стоило — при виде дочери у него на душе становилось спокойно. А еще он знал, что не стоит переживать — есть люди, которые обо всем позаботятся и скорее умрут, чем допустят, чтобы что-то плохое случилось с их маленькой госпожой. Не зря же он буквально воспитал их с молодых ногтей? Единственное, что его немного расстраивало, так это то, что дочь всю дорогу спала и, к моменту, когда настала его очередь идти в только что приземлившуюся пирамиду, он так и не увидел ее бодрствующей. Ему бы хватило всего одного взгляда пронзительно синих глаз, но видно не Судьба…

— Все! Вам пора! — отворачиваясь от капсулы, отдал приказ Георг.

Он и так задержался, на что намекал мелкий механоид, крутившийся вокруг его бойцов и пытавшийся проникнуть в центр их построения.

Пришла его очередь лететь на орбиту.

— Да иду я, иду! — Георг успокоил механическое насекомое и пошел в сторону ближайшей пирамиды, все еще поглощавшей длинную колонну из сотен человек

«Отвертеться не вышло, а на внешний вид им плевать! Им все равно кого брать, главное побольше! А что до глаз — так я их каждый день вижу в зеркале…»

Раздумывая над этим, на металлическую и все еще горячую аппарель пирамиды шагнул молодой парень, в котором с трудом можно было узнать Георга Максимовича, учредителя и единственного владельца корпорации «ВостокБиоТех», занимающейся исследованием генома человека и зарабатывающей созданием этнического оружия.

***

Путешествие на орбиту вышло даже слишком обыденным.

Сели в комфортные шаттлы, внутри ничем не отличающиеся от салонов межконтинентальных орбитальных пассажирских самолетов, полчаса полета — и вот она, орбита! На многочисленных мониторах прекрасно видна как сама планета, так и приближающийся шар космического корабля, к которому скоро пристыкуется пирамида. Как будто так было всегда, и никаких астронавтов, летавших на орбиту на бочке жидкой взрывчатки, никогда и не было. Как и не было международной космической станции, выглядящей сейчас пылинкой на фоне не самых больших кораблей пришельцев, окруживших ее со всех сторон.

И, если соседи Георга по ряду еще охали и удивлялись перегрузкам и резкому торможению, то сам он оставался спокоен как скала. Вообще, в его жизни было мало ситуаций, которые могли его напугать или удивить. А уж полет на орбиту… Это было ему знакомо, очень хорошо знакомо, хотя он и старался забыть эти воспоминания прямиком из далекого детства…

Георг не любил вспоминать свое детство. Да и не было у него как такового детства — лишь череда беспросветного… Поэтому, только почувствовав, что сейчас накатит волна воспоминаний, он отвернулся от мониторов и представил, что не летит в космос, а едет на автомобиле по горному серпантину. Последнее, с его боковыми перегрузками, резкими торможениями и ускорениями всегда помогало мужчине сосредоточиться в трудных ситуациях. Но, самое смешно в этом было то, что подъем по серпантину — очередное ненастоящее воспоминание из детства, этакая мантра, призванная вернуть контроль в сложной ситуации…

Но в шаттле были те, кому мантры для успокоения не были нужны.

От слова совсем.

Настолько спокойным был полосатый рыжий кот, примостившийся на коленях у своего хозяина. Побитый жизнью мужчина среднего возраста и откровенно запойного вида нервничал, а вот рыжий кот был спокоен как удав перед броском. Можно сказать, что кошак даже был рад такому повороту событий — вон как мурлычет при каждом вздрагивании корпуса шаттла.

И это было еще одной странностью — кот был единственным животным, которого Георг смог увидеть в салоне. На что же пошел его хозяин, что бы взять питомца с собой? Что или кого продал? Ведь им ясно дали понять, что кроме одежды и информационного накопителя лучше ничего не брать. Конечно, не многие этому следовали и каждый старт шаттла с планеты это не только веселье для зевак, еще не понявших в какой ситуации они оказались, но и крематории для всех лишних вещей, отбираемых при досмотре, сваливаемых насекомыми под дюзы двигателей.

Георг и сам пытался пронести несколько штук из своего далекого детства. Незаметных и очень полезных приспособлений, без которых он чувствовал себя неуютно. Но, не вышло — то, с чем на Земле он спокойно проходил все осмотры и досмотры, тут выявили сразу же, стоило только ступить на пол переходного отсека. Запрещенное просто отбиралась и выкидывалась, никаких последствий за контрабанду не было. А стоило бы — люди чего только не тащили, в рюкзаке одного из соседей Георга был разобранный крупнокалиберный автомат, а через два ряда сидений сидела рыжеволосая девушка, пытавшаяся протащить на борт термическую гранату.