Сюрприз по наводке Но так или иначе, а в глазах публики, не имеющей времени вникать в тонкости далеких от нее дел, удар был нанесен по основному документу из появившегося пакета, тому самому, где говорится о создании комитета "Мэджестик-12", и, следовательно, если это - фальшивка и никакого "MJ-12" нет и в помине, то дискредитируется и второй документ, основывающийся на первом. (При этом, само собой разумеется, замалчиваются рассекреченные документы ФБР и ВВС.) Первое впечатление - все рухнуло, от такого удара оправиться невозможно.
Но... Очень важно было установить, существовал ли в природе закрытый проект под любым из его названий: "Мэджестик", "Мэйджик" или "MJ-12". Ведь в случае положительного результата сразу менялась вся картина, и оставался только вопрос с подписью. И вот тут стала разворачиваться еще одна детективная история.
Еще в марте 1985 года С.Фридман узнал от знакомого архивариуса по фамилии Риз (Reese) из Национального архива в Вашингтоне, что готовится к рассекречиванию очередная партия документов разведслужбы ВВС - несколько тысяч папок (Поступление N267 Комплекта документов ВВС N341). В конце июня работа цензоров была закончена.
Тем временем Шандера и Мур получили загадочные почтовые открытки, посланные из Новой Зеландии, но с обратным адресом "п/я 189, Аддис-Абеба". В тексте открыток упоминались "ризис писиз" (Reese's Pieces) - леденцы и "Сьютлэнд" и говорилось, что неплохо бы съездить в Вашингтон. С.Фридману, живущему в Канаде, текст открыток прочли по телефону. Получалось забавно: леденцы намекали на Риза, архивариуса, Сьютлэндом называется одно из помещений Национального архива в Вашингтоне. Надо было лететь в Вашингтон.
В начале июля У. Мур и Дж. Шандера приступили к просмотру коробок "Поступления 267". В первых ста двадцати коробках они нашли страниц 75-80, которые имело смысл скопировать. Но так, ничего сверхудивительного.
Время шло, поиски продолжались. И однажды в очередном ящике Шандере попался лист бумаги, лежавший почему-то между папками и по своему содержанию не имевший никакого отношения к содержимому ящика. Это была копия под синюю копирку памятной записки от 14 июля 1954 года специального помощника президента генерала Катлера Нэйтэну Туайнингу. Мы уже встречались однажды с запиской Катлера Туайнингу, где ему предлагалось прибыть в Белый дом с соблюдением множества предосторожностей. На этот раз речь шла о заседании по поводу Проекта специальных исследований MJ-12!
14 июля 1954 года СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО ВОПРОСЫ БЕЗОПАСНОСТИ ПАМЯТНАЯ ЗАПИСКА ГЕНЕРАЛУ ТУАЙНИНГУ
Тема: NSC-Национальный совет безопасности/Проект специальных исследований MJ-12 Президент решил, что брифинг по MJ-12 SSP (проект специальных исследований. - Б.Ш.) должен состояться во время уже запланированного заседания в Белом доме 16 июля, а не после, как намечалось ранее.
Более точные организационные детали будут объяснены Вам по прибытии. Скорректируйте, пожалуйста, Ваши планы соответствующим образом.
Предполагается Ваше согласие на вышеуказанные изменения.
Роберт Катлер, специальный помощник Президента
Фантастика! Только после находки документа обратили внимание на то, что он был найден в "ящике 189", а на открытках обратный адрес на это и указывал "ящик 189, Аддис-Абеба". То есть не было нужды копаться в ста восьмидесяти восьми ящиках! Если бы догадаться сразу...
Конечно, найденный документ не раскрывает содержания "MJ-12", но подтверждает существование проекта с таким названием. Важно и другое: опять "MJ-12" и Туайнинг в одной связке.
Установлено, что 16 июля 1954 года, то есть в назначенный день, Эйзенхауэр находился в Белом доме, а Туайнинг должен был присутствовать на заседании начальников штабов, но изучение порядка дня заседания показывает, что у Туайнинга имелось достаточно времени, чтобы побывать на упоминаемом брифинге, оставаясь вроде бы на заседании. Вот и возможная отгадка не очень понятной фразы для непосвященного, но ясной для Туайнинга: "брифинг по MJ-12 SSP должен состояться во время уже запланированного заседания". Запланировано было другое заседание - заседание Объединенного комитета начальников штабов, дальше - дело техники. А как Туайнинг проникал в Белый дом, путая следы и оставляя с носом журналистов, мы уже видели из записки того же Катлера.
Скептики немедленно подняли шум: в то время, мол, Катлер совершал поездку по военным базам в Европе и Африке. Действительно, совершал. Но какое это может иметь отношение к имеющейся в Национальном архиве копии (под копирку) документа, подтверждающего наличие Проекта "MJ-12" и касающегося Туайнинга? Катлер отсутствовал, а жизнь продолжалась, помощники его работали. Накануне отъезда он сам приказал своим сотрудникам: "Давайте ход бумагам из моей корзины".
И опять поиски. Определили производителя и сорт бумаги. Выяснили, что правительство приобретало такую бумагу. Удалось однозначно доказать, что записка напечатана на одной из машинок, стоявших в бюро исполнительного секретаря Совета национальной безопасности Джеймса Лея, рядом с кабинетом Катлера.
Изучение груды материалов позволило С.Фридману доказать, что памятная записка подготовлена Джеймсом Леем от имени Роберта Катлера.
Оппоненты оказались загнанными в тупик. Но надо было что-то сказать, а известно, что говорить - не думать. И Ф.Класс заявил, что такого шрифта, как на найденном документе Катлера, тогда не существовало и что он готов заплатить по 100 долларов за 10 документов, если они вышли из бюро Катлера-Лея и напечатаны на такой же машинке. Оказалось, что таких образцов не просто десять, а бесконечное множество, и пришлось Классу отправить Фридману чек на 1000 долларов. (Недавно С.Фридман сказал мне: "Не будь этого ограничения в десять образцов, я мог бы сразу разбогатеть".) По этому документу споров больше не возникало. Проект "MJ-12" существовал.
(Вообще забавно! Скептики говорят: "Не может быть!" - но ничего не делают, чтобы доказать свою правоту. С.Фридман организует очередную экспертизу, доказывает, что так все и есть. И что же? Ничего, до очередного документа и очередного выкрика "Не может быть!". Ибо кричать всегда было легче, чем работать.) Тем временем всплыл новый документ. В конце 1992 года Фридман получил по своим каналам еще один "Топ сикрит/Мэйджик-Только для ознакомления". Речь идет о записке Президенту госсекретаря генерала Джорджа Маршалла, автора "Плана Маршалла". Записка датирована 25 сентября 1947 года, то есть следующим после уже упоминавшейся записки Трумэна Форрестолу днем. Секретарь Маршалла С.Хьюмелсайн, которому госсекретарь продиктовал записку, сделал следующую приписку: "Это "Письмо госсекретаря Маршалла Президенту" продиктовано сегодня утром по секретной линии". И поставил свою подпись.
А вот и текст: "Как мне стало известно, ген. Туайнинг представит вам сегодня свой отчет. Мне кажется обязательным провести его отчет как "Топ сикрит" и чтобы никуда не проскочило даже намека на его содержание. Это дает нам время пересмотреть нашу политику в свете этого отчета. Если Вы согласны, я могу проинформировать Туайнинга соответствующим образом. Если нет, Вы можете дать "крышу" после того, как все будет тщательно проверено всеми начальниками штабов и главами соответствующих правительственных служб".
И под этим приписка рукой Президента: "Я согласен. ГСТ" (Г.С.Трумэн).
Ф.Класс первым сказал "мяу". Случайно ли? Но вернемся к подписи, обнаруженной Ф. Классом на письме Трумэна Бушу от 1 октября 1947 года.
Поскольку у нас имеется только копия документа с подписью Трумэна, требуется осторожность, и мы обязаны исходить из допустимости версии, по которой она переснята и несколько изменена в размерах.
Попробуем проанализировать ситуацию на холодную голову. По словам Класса, он случайно обратил внимание... Это удивляет, потому что подобное для неспециалиста невозможно. Случайно можно обратить внимание только на грубую подделку, где бросаются в глаза необоснованные остановки пишущего прибора.
Но никто, кроме эксперта-графолога, имеющего профессиональную зрительную память и хранящего в ней какое-то количество подписей в связи со спорными документами, не в состоянии так просто, на глазок, просматривая кучи документов, обратить внимание на какие-то элементы в попавшей на глаза подписи конкретного лица, которые стоило бы сравнить с теми же элементами подписи того же лица, стоящей на другом документе. (Кстати, подписи Трумэна, которые мне довелось видеть, удивляют своей схожестью.) Или... Или надо знать, что искать и где это лежит.
Ф.Класс не является специалистом в этой области. Тогда как же? Выходит, что он знал, где и что искать? А если сделать такое допущение, то можно предложить и следующую гипотезу: похоже, что он участвовал в разработке сценария по переносу подписи на подлинный документ (почему-то оставшийся без подписи или на котором подменили первоначальную подпись с целью дезавуировать его, ведь мы же имеем дело с копией, и такое предположение правомочно).