— И разве ваша интуиция говорит, что внуки вам плохого желают, Марина Семеновна? — и не думала отступать Алена. — Или я? Это простое обследование, совершенно безопасное…
— Безопасное, как же! — прервав ее, возмутилась Марина Семеновна. — Тебя бы раньше времени в гроб засунуть пытались, иначе бы заговорила!
Это было непрофессионально, но Алена искренне рассмеялась.
— Марина Семеновна, вы же образованный человек! Творческий! Ну какой гроб, что вы, в самом деле?! Это только наука, техника. Все совершенно безопасно! Я сама неоднократно такое обследование проходила…
— А вот и зря, деточка. Зря, — по виду совсем неубежденная ее доводами, Марина Семеновна покачала головой. — Лучше бы не по этим трубам лазила, а к себе больше прислушивалась и внутреннему голосу доверяла, — и она погрозила Алене пальцем. — У тебя внутреннее чутье сильное. Слушайся его, доверься и сможешь правильную дорожку в жизни найти, то, что по сердцу, выбрать.
Интересное направление принял их разговор, не отнять. И малопонятное. Не растерявшись, однако, потому как за годы работы и не с таким сталкивалась, Алена тут же ухватилась за эту идею.
— Так мой внутренний голос и говорит, что вам обязательно надо пройти это обследование, Марина Семеновна! Так что не будем спорить уже с моей интуицией, договорились? — подмигнула она старой женщине.
А та неожиданно внимательно и пристально глянула на нее, так глубоко как-то, из-под светлых бровей, даже пронзительно, почему-то заставив пробежать по затылку Алены непривычный и непонятный холодок.
— Не обманываешь? — с каким-то странным, если честно, интересом, уточнила Марина Семеновна. — Нутром чувствуешь?
Странный подбор слов, если бы кто-то спросил мнение Алены. Но сейчас было важно не ее впечатление, а необходимость уговорить пациентку.
— Нутром, — кивнула она. — Именно нутром. Так что, поехали? — решила не терять времени.
— Что ж, давай, если так, — как-то совсем неожиданно согласилась Марина Семеновна. Подозрительно даже, после двух дней безуспешных уговоров и вдруг так…
Хотя, может, ей просто внимания хотелось, чтоб побегали вокруг? Мало ли, причуды у пожилых и не такие бывали. Не желая упускать удачу, Алена тут же вызвала медсестру с креслом-каталкой и сообщила лечащему врачу.
— Вот и правильно, Марина Семеновна. Это вы верно решили, — подбодрила она пациентку, уже выходя из палаты, чтобы толпу не создавать и не мешать готовиться.
— Надеюсь, что не пожалею, — без особого оптимизма отозвалась та, с подозрением косясь на молодого лечащего врача, казалось, искренне благодарного Алене за помощь. — А ты ко мне вечером еще зайди, детка, — добавила Марина Семеновна, глянув в ее сторону.
— Хорошо, — пообещала, не желая ей настрой сбивать, и пошла дальше.
Ему не стоило этого начинать. И Алену трогать тем более не стоило. Но вчера был настолько паршивый день, да и вся последняя неделя хр***вая настолько, что как головой не двинулся?! Вот и накрыло… или, точне, сорвало все с тормозов, то, что давным-давно пометил у себя в мозгах табличкой «не лезь — убьет». Только он ее или она его доканает? Загадка.
И все же, несмотря на отвратно-поганые дни, ему не стоило смотреть в сторону Алены с какими бы то ни было поползновениями. Они не пересекающиеся линии. Даже не параллельные… Просто два разных мира. И нечего ее тянуть даже в тень от своего. Просто лишнее. Алене в его реальности делать нечего. Ради бога! Она дожила до тридцати шести лет, ни разу и правил дорожного движения не нарушив! Да, Николай по своим каналам проверял. Ничего. Абсолютно законопослушная, и от налогов никогда не уклонялась, он и там узнавал. Целиком посвятила себя медицине, многого добилась своими силами и умом. Не зря Машуня, сестра Коли, с ней сдружилась сразу: два сапога пара. Две святоши, епт!
Коля был на другой стороне. В полной тени. Может, и не увяз так глубоко, как Петр, но и того, что за плечами имел, с лихвой хватило бы не на один круг пекла. И по фигу, что законник, адвокат… Поэтому же и знал, что да как провернуть. А Фемида что? Она слепа, ей все равно, главное факты правильно подать, чтоб не придраться. Это он умел лучше многих, потому и был так успешен, что даже Петр…
Ладно, к черту брата! Итак достал за эти дни. Еще и сейчас думать о том, что узнал о махинациях Петра против родных, не хотел. Гори оно все синим пламенем! Пожалуй, Коля впервые понимал в чем-то Машу, его реально мутило от понимания, в чем они столько лет «варятся» и чего своими руками наворотили. Потому и потянулся к Алене вчера, видимо. Она всегда для него казалась глотком чистого воздуха. Оттого и не позволял никогда себе приближаться, четко выдерживая дистанцию.