- Я вижу, - успокоил Джордан. - Что мне сейчас нужно, так это консервная банка, предпочтительно с крышкой.
- Вообще-то я их не коплю, - возмущенно фыркнула Кэсси. - Но раз такое дело, банка вон там, на верхней полке, с крышкой.
- Я хочу поймать вашу мышь, - добродушно сказал Джордан, снимая с банки крышку и переключая внимание на непрошеную гостью.
- Глаза у нее блестящие, как бусинки, - испуганно заметила Кэсси. По-моему, она тоже боится.
- Разумеется, боится, - съязвил Джордан. - Если уж вы сумели нагнать страху на меня, с моим ростом и весом, то просто чудо, что она до сих пор не окочурилась!
Кэсси пропустила насмешку мимо ушей.
- Только не убивайте ее! - предупредила она Джордана.
- У. женщин есть раздражающая способность выставлять взаимоисключающие требования, - заметил он, и Кэсси обожгла его сердитым взглядом.
- Мыши очень проворны! Они даже по стенам бегают.
- Вряд ли, - отозвался он, спокойно продвигаясь к углу.
- И по занавескам лазают, - сердито бросила Кэсси, уверенная, что мышь убежит. - И по одежде, и... вообще...
- Неприятная перспектива, согласен, - ответил Джордан, сосредоточив все внимание на своей добыче.
Внезапно он сделал молниеносный выпад и тут же прихлопнул банку крышкой.
- Хотите взглянуть поближе? - с невинным видом спросил он, но Кэсси еще плотнее укуталась в платье и испуганно замотала головой. Джордан вышел.
Когда он вернулся, Кэсси была все еще на кухне, придирчиво осматривая каждый угол.
- Я выпустил ее в садик. Она непременно найдет себе какую-нибудь щелку или отверстие. - Говоря это, он стоял у раковины спиной к ней и мыл руки. Потом повернул голову, посмотрел на нее и, помолчав, сказал: - Мыши больше нет. Можете спокойно ходить по квартире.
- А вдруг есть другие? - возразила Кэсси, продолжая внимательно оглядывать кухню.
- Целый взвод мышей? Перестаньте, Кэсси, этого просто не может быть. - Он повесил полотенце и с веселым любопытством посмотрел на нее. В вас одновременно уживаются холодная трезвость мысли и типично женская глупость! Мне помнится, вы обещали угостить меня кофе?
Кэсси осторожно соскользнула со стола на пол и взглянула на Джордана. Он стоял рядом, в глазах искрилась насмешка.
- Идите в гостиную. Я сам позабочусь о кофе. Вы заслужили отдых, принимая во внимание прекрасный ужин и не менее замечательное представление!
Кэсси нахмурилась, затем и в ее глазах вспыхнули смешливые огоньки, и оба они весело рассмеялись.
- Вот так-то. - Он положил руки ей на плечи, их взгляды встретились, и улыбка малопомалу погасла. А в следующий миг Кэсси очутилась в объятиях Джордана, прижалась к его груди и ощутила ласковое и такое успокаивающее прикосновение его ладони, гладящей ее волосы. - Кэсси, - услышала она его глубокий, волнующий голос, - вы такая... ранимая, за все эти годы вы так стосковались по человеческому теплу и участию, что сейчас, когда вам готовы подарить это тепло, вы чувствуете себя уязвленной. Вас очень легко обидеть.
Ее щеки вспыхнули от смущения и стыда, и она резко отпрянула, повернувшись спиной к Джордану.
- Единственная моя слабость в том, что я подхватила грипп, и вы были добры ко мне, за что я вам благодарна, - поджав губы, сказала она. Больше благодарностей не будет. Спасибо за своевременное напоминание.
Кэсси вышла из кухни, глаза у нее были полны слез от отчаянного смущения. Она прекрасно понимала, что произошло, ведь и прошлой ночью, и сегодня она сама бросилась ему на шею!
Она едва успела дойти до кушетки, как услышала быстрые шаги Джордана. Он догнал ее, схватил за плечи и повернул к себе лицом.
- Ради всего святого, Кэсси! - воскликнул он. - Я ведь всего лишь человек! Вы такая красивая, такая чертовски привлекательная. Думаете, мне не хочется заключить вас в объятия? Целовать вас? Черт побери, мне очень нравится изображать помолвку с вами!
Кэсси была не в силах смотреть ему в глаза, и Джордан нетерпеливо приподнял ее лицо за подбородок.
- Посмотрите на меня. Вы что же, так и будете избегать моего взгляда из-за того, что я попытался защитить вас?
Когда она наконец посмотрела на него, в ее глазах стояли слезы, и он, что-то сердито проворчав, притянул ее к себе.
- Предположим на минуту - только предположим! - что я не сумею сейчас сдержаться, - хрипло сказал он. - Что тогда, мисс Престон? Как вы относитесь к романам на работе? Представьте себе, что будет, когда через неделюдругую вы опомнитесь и обнаружите, что ваша неприязнь ко мне никуда не исчезла, а чувство близости родилось всего лишь из благодарности облегчения и нашего с вами заговора?
Слова Джордана подействовали на Кэсси как холодный душ. Нежность и тепло вновь уступили место холодной настороженности. Сейчас ей даже казалось непостижимым, как она могла с таким нетерпением ждать его прихода.
Джордан смотрел на нее внимательно, испытующе, и от него не укрылось, что она снова спряталась в свою скорлупку. Он сокрушенно покачал головой.
- О Господи! Опять вы за свое, Кэсси! Ну зачем, зачем вы так! Я же все равно знаю, какая вы на самом деле. Теперь вам меня не провести. Даже если через десять минут вы снова меня возненавидите, я не стану спокойно смотреть на то, как вы собственными руками губите свою жизнь, обрекая себя участи старой девы.
Кэсси не сопротивлялась, когда он привлек ее к себе и жадно приник к ее холодным губам, вдыхая в них жизнь. Они податливо открылись, готовые разделить его страсть, и Джордан, нежно сжимая руками ее лицо, проник языком и сладостные глубины ее рта.
Джордан подтолкнул ее к кушетке и снова обнял, осыпая поцелуями ее лицо, глаза, шею, и ей вдруг почудилось, будто она тонет в какомто теплом, мягком облаке и, как во сне, издалека слышит его голос.
- Забудь обо всем, Кэсси, - повторял он. - Ты прелестная, теплая, живая...
- Джордан! - Кэсси хотела сказать, что не нужно ничего говорить, что она простила ему все так больно ранившие ее слова, но он не позволил ей этого сделать.
- Шшш! - тихо прошептал он, нежно лаская ее.
Он расстегнул застежку платья и стал целовать ее плечи и нежную выпуклость груди. Его поцелуи были до того легкими и трепетными для такого сильного, уверенного в себе мужчины, что Кэсси казалось, будто она превращается в нечто невесомое и бесплотное. Она бессильно откинула голову, и Джордан принялся покрывать поцелуями ее шею.
- Оставайся всегда такой же прекрасной и полной жизни, милая Кэсси, твердил он. - Перестань наконец прятаться от самой себя.
Она обвила руками его шею, а Джордан крепко прижал ее к своей груди и, прежде чем отпустить, снова приник к ее губам в жарком поцелуе. Затем он встал и посмотрел на нее сверху вниз.
- Нет, лежи, не вставай! - резко сказал он, когда она попыталась сесть. - Лежа ты просто невыразимо соблазнительна, особенно вот так, с полуобнаженными плечами. Лавиния очень красива, умна и талантлива, но в тебе есть тепло, которого недостает ей, и ты до кончиков ногтей настоящая. Это пока только прелюдия, но не сама любовь. Не прячься в свою раковину, ни в коем случае не отступай назад.
Он протянул руку, чтобы снять с вешалки дубленку, а Кэсси наконец справилась с собой и неуверенно произнесла:
- Я приготовлю кофе. - Ей не хотелось, чтобы он уходил. - Со мной... я уже успокоилась.
- А я? Вы думаете, я способен сейчас пить кофе? - криво усмехнулся Джордан. - До вас не доходит, почему я хочу поскорее убраться отсюда? У двери он остановился и посмотрел на нее. - Мы так и не поговорили о рождественском празднике... заприте за мной дверь, Кэсси. Только не сразу, подождите, пока я не уеду!
ГЛАВА 7
В выходные Джордан ни разу не зашел, и Кэсси подумала, что у него намного больше здравого смысла, чем у нее самой. Если их помолвка должна развиваться так, как они запланировали, то, чем меньше они будут встречаться наедине, тем лучше для дела. Все, однако, осложнялось тем, что они работали в одной газете и постоянно находились в центре внимания людей, которые по роду своей деятельности привыкли проявлять подозрительность.