- Ты с ней спал!
- Ревность украшает тебя, - отозвался маг, пристально следя за каждым ее движением.
Легко отбил мелкую звездочку, пущенную в глаз.
- Рев-но-сть... - прошуршал ее голос.
Дзанг. На этот раз кончик меча прочертил полосу по камню, а маг чуть отклонился в сторону.
- Ревность! - задыхалась от ярости его дыхание.
Быстрая серия ударов, которую не способен заметить человеческий глаз, заставил мага вырвать из ножен ближайший меч. Рука прежде схватила рукоять, и только потом Гадриэль ощутил, что ножны запечатаны. Этот меч должен был стать даром достойного. Но злость его дыхания толкнула на преступление. Он легко разорвал печать - и вытащил меч. Клинок был украшен рунами и сетью из осмия. Его изготавливали несколько лет.
Дзанг-дзанг. Эмори замерла, когда рассмотрела, каким клинком он обороняется. От эмоций на миг она даже забыла, что зла. Ее глаза округлились, как и чувственный ротик.
- Ты-ы...
- Прости, - с самым виноватым видом, повинился маг. - Я не хотел портить печать, честно.
- «Портить печать», - медленно повторила она. Потом тряхнула головой, сбрасывая удивление. - Думаешь, раз ты оказался достоин Сумеречной Капли, это спасет тебя от смерти?
- Что? - нахмурился маг.
Примерно сотню ударов сердца они танцевали по сравнительно небольшой комнате, позволяя музыке клинков захватить их обоих. Их удары невольно разнесли в щепки постаменты, столы и полки. На полу быстро обосновался настоящий ковер из стали. А Гадриэль не мог не восхититься. Ее стопочки, в тонких туфельках, ступали на мечи с такой нежностью, что, несмотря на бой, она до сих пор не порезалась о кромки. Это было так красиво. И вызывало в груди столько эмоций, что Гадриэль позволил бы себе слезу восхищения и восторга, если бы его сейчас не пытались убить.
- Мое дыхание, - почти с укором снова начал Дэиваар, когда удар ногой в плечо буквально впечатал его в дверь. - У тебя трое мужей, и я никогда не полагал, что я - единственный, кто имеет права касаться твоей кожи и пить твой лед!
- Мерзавец! - отозвалась Эмори, в попытке наколоть его.
Пришлось чуть отстраниться влево - меч вошел в камень в паре пальцев от жилета.
- Это не ревность! - вздохнула девушка, плюнув на меч, и выискивая новое средство убийства глазами на полу. - Мне противно от мысли, что у нас с этой светлой тварью один любовник на двоих! Я не желаю иметь ничего общего со светлыми! Не желаю, чтобы мой мужчина сравнивал нас! Это не ревность...
- А ненависть к светлым, - кивнул маг, додумав ее мысль. - Возьми во-он тот, с ажурной гардой, - Гадриэль указал рукой на короткий меч с широким лезвием, который выглядывал из-под остатков стола.
Девушка отошла на два шага назад, отвернулась, доверчиво открыв спинку, наклонилась и вытащила меч. Дроу попробовала меч в руке, и удивленно глянула на мага.
Ну, не говорить же ей, что этот меч был клинком ее матери? А ручки ей явно достались от матушки. Конечно, не говорить. Он слишком долго живет. Да и новость о том, что ее мать когда-то занимала особое место в душе мага, может послужить еще одним поводом для его убийства.
Продолжение следует...
6. Страсть и Месть гуляют рядом. Гадриэль Дэиваар. ч-V (30.09.)
Страсть и Месть гуляют рядом. Дэиваар. Ч.- V
Эмори налетела стремительно, резко, буквально растворившись в пространстве. Из-за малого размера схрона у нее бы вышло наколоть Гадриэля. Если бы он был простым магом, который не провел последние века в вечной войне; если бы он не любил азарт схватки так же страстно, как и своих женщин, отнявших часть души и жизни; если бы не проводил несколько часов в день в тренировках. И наконец, если бы он двигался с той же скоростью...
Только вот, беда уязвленной дроу была в том, что настоящие противники танара Школы Кираны могли одновременно передвигаться в разных временных потоках, распадаясь в слоях пространства, как начинка в слоеном пироге. И конечно, маг восхитился умениями своего дыхания. Он помнил малый прием, когда самым близким показали малышку. Помнил одухотворенное лицо ее матери, которая на время забыла, что рождена, воспитана элитным убийцей. В тот вечер она была просто прекрасной женщиной. Матерью, настоящей, которая смогла оценить дар Ллос спустя несколько десятилетий боязливого ожидания. Ее измененное магией тело не желало принимать в себя новую жизнь, поэтому ожидание Эмори безвозвратно изменило ее мать.
Тогда Мастер Обороны и предположить не мог, что это милое создание превратиться в женщину, без которой мужчина не сможет нормально существовать. Не знал, что ее жизнь будет остужать все выжигающий жар... только от незнания его любовь не стала меньше. Она просто изменилась. Из любви к дочери любимой женщины, чувства выросли в страсть. Он боролся с этими эмоциями, травил их, как только мог. Не учел, что чувства будут взаимными. Юная дроу влюбилась во всесильного мага, влюбилась со всем пылом юного сердца. Влюбилась в те годы, когда еще верила, что у них возможно будущее.