Выбрать главу

- Сейчас все три вулкана пышут огнем. Раскалено все небо.

- Дальше!

- Что-то происходит. Я точно не знаю, что это.

Возникла пауза, когда кто-то принес выпить. Руки мужчины так дрожали, что он расплескал половину содержимого, прежде чем смог выпить несколько глотков.

- Что-то между городом и вулканами. Не могу разглядеть. Оно, кажется, возвышается до неба и тянется вдаль насколько хватает глаз.

- Можете описать поточнее?

- Это как занавес, занавес из мелких голубых искр. Весь пепел, дым и раскаленная лава исчезают, коснувшись его. Они не могут сквозь него пройти.

Эксперт кивнул и нервно провел рукой по волосам. Лицо его стало пепельно-бледным.

- Мерсер, еще раз десятый экран! - И добавил для восприимчивого: Что вы видите теперь?

- Волна, о которой я говорил, теперь стоит почти на месте.

- На месте! Как это?

Мужчина растерянно покачал головой.

- Выглядит так, будто ураган толкает ее вперед, но еще более сильный ветер дует навстречу, раздавливает ее и толкает назад, все дальше и дальше. По всему морю носятся водяные смерчи, но кроме пены и бурунов ничего не видно.

- Спасибо. - Эксперт взял у него пустой стакан и бросил его в стену. - Я вам верю. - Он посмотрел на остальных. - Уведите парня! Мне тоже надо чего-нибудь выпить.

Прежде чем принесли выпить, перед ним вдруг встал Вельт.

- Что вы себе позволяете? - Вельт нервно потер ладони, его лицо покраснело. - Если у вас есть информация, я должен знать ее первым, понятно? Только после того, как передадите мне информацию, можете бросать стаканы в стену и раздражаться, понятно?

Эксперт застыл, побледнел и сказал:

- Да, сэр.

- Итак, что случилось?

Эксперт сглотнул слюну и пожал плечами.

- Ну, хорошо, сэр. Если вы хотите слышать правду, пожалуйста. Все, что сказал этот человек - правда. Противник летает. Над сотрясающейся землей.

- Но это же абсурд!

- О, Боже мой... Простите, сэр, я немного не в себе. Я сейчас вам объясню. Враг использует психическую стимуляцию наших проекций для того, чтобы произвести противопроекции. Короче говоря, чтобы передать картину, нужно сначала передать мозгу раздражение, иначе он ничего не воспримет. Их мозги раздражены, но именно это раздражение они используют для создания ответных мер. Сначала это им удавалось легко. Они представили себе, что летают над местом действия. Теперь они, очевидно, переключились на массовую концентрацию мыслей и создали энергетический барьер.

- Но барьеры такого масштаба невозможны с научной точки зрения.

Эксперт глубоко вздохнул.

- Сэр, мы тоже не можем заставить горы вырасти. Мы не можем взмахом волшебной палочки вынуть из шляпы три вулкана. Это не настоящие вулканы, а субъективные. Это иллюзии, проецируемые нашими Машинами в мозги приемников - вам это понятно? Хорошо. Дальше: энергетический барьер тоже субъективен. Он тоже иллюзия. Но иллюзия достаточно убедительная, чтобы встретиться с нашей иллюзией и пересилить ее. - Он вдруг, казалось, потерял самообладание и закричал: - Изложить вам это письменно или продиктовать по буквам? Нас победили!

Вельт уставился на него. Он был так испуган сообщением, что даже забыл обругать эксперта.

- Побеждены! Мы же еще только начали. - Он нервно облизал губы и потер ладони. - Мы в любое время можем изменить проекцию. Мы можем сбросить на них сотню атомных бомб и сравнять всю провинцию с землей...

Эксперт закрыл лицо руками и отчаянно закричал: - Боже милостивый! Потом, казалось, он взял себя в руки. - Мистер Вельт, мы не знаем, как изготовить атомную бомбу. Мы можем создать только иллюзию такой бомбы, а наша иллюзия будет бессильна против их барьера. Я не могу выразиться яснее, даже если перейду на детский лепет.

Вельт пристально посмотрел на него, постепенно постигая правду.

- Что мы можем еще сделать?

Кто-то принес эксперту полный стакан, и тот одним глотком осушил его.

- Сделать? Хотите слышать правду, мистер Вельт? Все равно я должен сказать ее Директории. Это вам не понравится! Будьте внимательны. Мы должны будем использовать обычное оружие и сформировать армию. Проекции стали бездействующими из-за их противопроекции. Мы, как Хомо супериор, должны будем создать армию из наших собственных рядов и обучить ее, чтобы выстоять перед численно превосходящим нас противником.

- Это единственное решение? - Голос Вельта слегка дрожал.

- Это мое единственное решение, сэр. Любая другая альтернатива у вас. Если мы хотим выиграть эту войну, то вы единственный, кто может обеспечить нас наиболее совершенным оружием и наиболее совершенной стратегией.

Вельт испугался. Совершенное оружие, совершенная стратегия - о, Боже, больше не надо! Он точно знал, что имеет в виду эксперт, и он знал, что Директория поддержит его. Он будет вынужден идти к Наивысшему, этого не избежать. Если он этого не сделает, на него будут давить, пока он не сдастся. Вельт почувствовал себя в ловушке. Не потому, что Наивысший потребовал бы чего-то взамен, просто потому, что всякий раз, когда Вельт обращался к нему, слышалось явное презрение, чувство превосходства. Всякий раз он охотнее всего просто убежал бы оттуда. С другой стороны, от него неожиданно могли все же потребовать чего-то взамен. Наивысший мог... Вельт ужаснулся. Он не мог найти логического объяснения своему ужасу, но почему-то голос отказывал ему, а нервы не выдерживали. Почему? Голос никогда не менялся, в нем не было ни явной, ни скрытой угрозы, и если быть точным, то в нем звенело только единственное порицание: твое требование нужно было точнее описывать.

Вельт вдруг понял, на чем основано его отвращение. Он по отношению к Наивысшему казался себе неполноценным, ничтожным, беспомощным, презренным. Образно говоря, он выступил в роли побирушки со шляпой в руках, и у него было неприятное чувство, что Наивысший знал об этом и поэтому презирал его.

Вельт понимал, что его представление было нелогичным, но ничего не мог изменить. В последнее время все стало даже хуже. Нет, не то чтобы это играло какую-то роль. Но одно было определенно: несмотря ни на что, Директория заставит его пойти к Наивысшему. Сейчас речь идет об их спасении, и он является для них последним шансом.

Ровно через два часа он был уже в пути. Никто не пытался следовать за ним; роботы-охранники, которыми была наводнена эта местность, всегда препятствовали этому. Такие попытки прекратились уже давно. Вооруженные роботы-охранники признавали только его и уничтожали любого другого. Сто восемьдесят три смерти окончательно научили любопытных, а у тех, кто использовал приборы для ориентирования, эти приборы взрывались прямо в руках.

Вельт шагал хорошо знакомой тропинкой и вошел сквозь преломляющее поле в красный туман.

- Что тебе нужно? - Безучастный голос показался Вельту высокомерным и обвиняющим.

- Я... мы... - Вельт нервно сглотнул. - Нам нужно оружие... оружие, против которого бессильно всякое другое оружие.

Несколько мгновений стояла тишина.

- Такое оружие можно изготовить. Я предлагаю мутант определенного вируса, который широко распространен в этом мире.

- Отлично. - Вельт потер ладони, но вдруг замер. - Я полагаю, против него есть вакцина?

- Ты противоречишь сам себе. Если ты требуешь оружие, против которого бессильно все, то не может быть никакой защитной вакцины - это очевидно.

- Но мы тоже можем заболеть.

- Несомненно. Ты же ничего не сказал о выживших.

- Это нам не годится. Нам нужно оружие, которое гарантировало бы победу.

- При теперешних обстоятельствах такого оружия нет.

ГЛАВА 22

Вельт почувствовал, как по спине пробежала ледяная дрожь.

- Что значит - при теперешних обстоятельствах?

- Ты знаешь условия, которые сам же создал? Ты перестроил определенный прибор, чтобы возвыситься над большинством своих сограждан.

- Ты это знаешь? - Вельт выдавливал слова по одному, будто через силу.