Лебрель и Пату на некоторое время остались вдвоем, и комиссар тихо сказал:
— У меня впечатление, что я забыл все свои вопросы. Немного мы от него узнали. Во всяком случае ничего такого, что хотя бы приблизительно проясняло два убийства в Йере.
— А разве их два?
— Объясню позже. Да и связаны ли они? Поди узнай!
Пату двумя пальцами вставил новый лист в каретку своей портативной машинки и приготовился продолжать запись показаний Эрнеста Гланэ.
— Тебе надо пройти курсы скорописи по методу Пижье! — агрессивно, сам не понимая почему, бросил Лебрель.
Появление полной женщины в цветастом платье с пятнами пота под мышками несколько разрядило атмосферу. Запыхавшаяся, взмокшая, она замерла на пороге и стала разглядывать двух мужчин, которые встали и представились. Женщина хохотнула и, наполнив стакан водой из-под крана, процедила:
— Что, уже сюда докатилось расследование преступлений в Йере? Во дает полиция! Но ошибается в свидетелях! Жюльена мы лет десять как не видели и, ясное дело, ничего не знаем!
— Это нам уже сказал ваш муж, — терпеливо произнес Лебрель. — Я выполняю приказ. Правосудие в Йере интересуется пребыванием вашего племянника в имении Делакуров в Алжире.
— Ах, вот оно что! Те несколько недель, что он провел у нас? В то время Жюльен на бандита никак не походил. По крайней мере, еще не походил!
— На данной стадии расследования, мадам, ничто не говорит о том, что он им стал. Пока не будет доказано обратное, онто как раз — жертва!
— Порядочных людей не убивают!
Комиссара покоробило от такого наивного злопыхательства, по виду он не показал. Женщина налила себе еще один стакан воды, которая тут же превратилась в струйки пота, растекшегося по ее круглому лицу, полным, розовым до красноты щекам.
— Если бы мне приспичило говорить, уж я бы порассказала на этот счет. Да только этим мальчика к жизни не вернешь! Эх, вместе с двумя девчонками из имения это была дьявольская троица! Ох и резвились они на своих огромных угодьях… И без конца хохотали, так нормальные не смеются!
У Лебреля возникло желание приказать ей заткнуться — столько недоброжелательности, даже злобы, сквозило в словах женщины.
— Чем вам не угодил этот ребенок, — спросил комиссар очень мягко, еле слышно, чтобы заставить собеседницу прислушаться, — что он вам сделал?
Он не решился добавить — «что столько лет спустя, даже после его смерти, вы вспоминаете о нем с такой лютой ненавистью?».
— Ребенок? Какой ребенок?
— Ваш племянник Жюльен!
— Ребенок, говорите? В пятнадцать лет, примерно столько было ему в ту пору — он уже был выше меня на добрых десять сантиметров! Я, конечно, не каланча, но все же. Это уже был маленький мужичок, вот где правда! Который пялил глаза на обеих девчонок и не терялся в их обществе. Развратный он был, вот какой! Так и кончил!
Комиссар уже собрался прервать этот мерзкий монолог, хотя все равно придется отражать его в рапорте, когда Эрнест Гланэ, неслышно спустившийся с чердака, поставил перед ним сундучок, точно такой же, как был у него самого в годы лицея, в Лилле.
— Вот вещи Жюльена, которые мы вывезли из Алжира, — сказал управляющий. — Ценности большой не составляют, однако, повторяю, сестра моя была бы рада…
Жена резко перебила его:
— Эта? Она никогда не интересовалась сыном, даже при его жизнито. Что ей теперь эти пустячные мальчишеские сокровища! Выбросит в мусор, и все! Что и нам следовало бы сделать давнымдавно. Где ты ее откопал, эту рухлядь? Лебрель не дал Эрнесту Гланэ ответить:
— Этот ящик весьма интересует полицию в Йере, мадам. Возможно, его содержимое не представляет никакого интереса, но кто знает… Обязанность полиции — все проверить. — Сам того не желая, он произнес эту фразу чересчур торжественно. Женщина открыла было рот, чтобы возразить, но не нашлась и промолчала.
Эрнест Гланэ нацепил очки и внимательно прочел свои показания, отпечатанные инспектором Пату. Потом с важным видом вытащил из кармана шариковую ручку и расписался.
— Извините, господа, проводить не смогу: работа ждет. Могу ли быть еще чемнибудь полезен?.. Держите меня в курсе, если что.
— Не преминем. Разве что для нужд расследования, придется просить вас уточнить некоторые детали.