– Зря, – тихо повторил главный, стискивая губы. – И жить тоже – зря…
Глава 4
Перекресток
Ион давно приучил себя никогда не доверять чутью, но всегда его слушать. Сам признак, что вокруг что-то не так – уже ценная информация. Даже резкая перемена погоды могла повлиять в Киеве на все подряд от поведения зверья до направления новых пылевых буранов, хотя они и были редкостью. В этом месте было еще много того, что могло сломаться или обрушиться сильнее, чем ранее. Всегда оставалась вероятность спонтанной миграции четвероногих, появление нового мутанта или, чем черт не шутит, нашествие мутировавшей саранчи. Пока одна часть природы менялась, другая не могла не отреагировать. Наконец, всегда оставался шанс, приятный или не очень, встретить незнакомого человека и с ним огрести новый ушат проблем на свою голову.
В этот день Ион мог ожидать чего угодно и дал себе слово с мужеством встретить все, что покажется неожиданным, будь то отказ воздуховода или ухудшение самочувствия кого-то из сталкеров. Одного он не знал – что делать, если слабым звеном окажется он сам.
Феникс, шедший первым, внезапно замер, поднял руку, сжатую в кулак – и тут же разжал пальцы, как бы сомневаясь, стоит ли останавливать команду. Такое с ним было впервые.
– Что ты видишь? – спросил Кондор.
– Перед собой ничего, – доложил сталкер. – На север посмотрите. Вон там, за горизонтом. Видите?
«Птицы» посмотрели в нужную сторону. Воробей поднес к маске бинокль. Ворон развернул подзорную трубу.
– Дым, – сказал Феникс. – Быстро рассеивается. Точное место назвать не могу.
Ион прикинул, не было ли в последнее время дождя с молнией. Вроде нет.
– Что может гореть? – спросил он. – «Метроградовцы» что-то подпалили?
– Какой им смысл? – Кондор забрал трубу у Ворона, посмотрел сам, но не увидел ничего, кроме сокрытых в тумане бетонных каркасов. – Так мы ничего не увидим. Но проверить надо.
– Сейчас? – спросил Ион.
– А когда еще?
– Фильтров у нас на полчаса от силы. Загибаются совсем.
– Ничего, на тебя хватит, – заверил Кондор. – Пройдем немного вперед, ничего не теряем. Нам все равно через Дворец возвращаться.
Ион только было хотел спросить, где Кондор возьмет запасные фильтры, как вспомнил, что у «Птиц» вокруг Шлюза оборудованы схроны. Ему стало не по себе. Он все не мог вникнуть в систему сталкеров до конца и потому еще не мог считать себя их частью, даже если Феникс придумает ему незабываемую инициацию. К тому же схроны имелись и у него самого, но порой Ион забывал сам факт их существования при том, что отлично помнил координаты. Ему редко когда приходилось что-то считать в равной степени нужным в принципе и необязательным в данный момент, чтобы иметь основания прятать вещь до лучших времен. Если такое и происходило, то учитель старался убедиться, что «Птицы» в курсе его действий – возможно, его тайники спасут жизнь кому-то из них.
– Лучше до «Олимпийки» пройти, – предложил Аист. – Спустимся там, если что. И обзорная точка есть – с высоты всяко лучше видно будет.
– Хорошо, – согласился Кондор. – Тогда к схронам не пойдем. Идем к Олимпийской, на посторонние объекты не распыляемся. Экономим энергию. Наблюдатели, вперед.
Сталкеры перестроились в строй, прежде Ионом не виданный: Ворон и Феникс отбежали вперед метров на двадцать, сели на землю. Ворон с подзорной трубой принялся внимательно осматривать каждый подозрительный предмет в пределах общей видимости, пока Феникс повторял его движения через снайперский прицел. Они сидели так, пока остальная команда не прошла мимо них спокойным шагом и немного не отдалилась. Затем Воробей с биноклем побежал еще дальше в сопровождении Аиста, и уже настала их очередь следить за местностью, пока Кондор с любопытствующим Ионом их не нагнали. Так двойки менялись друг с другом.
Ион хотел спросить, неужели такая схема себя оправдывает и что она вообще может давать, кроме ненужной беготни, но понял, что это, в конце концов, не его дело. Текущий состав «Птиц» был и оставался самым долгоиграющим. Все, кто в этом сомневался, давно сменили профессию, а то и сгинули на просторах столицы.
В таком режиме они прошли часть пути по Короленковской, продираясь через сплошное кладбище машин. Затем перебрались на улицу Горького. Ион мысленно продолжал вести подсчет координат через адреса, хотя у «Птиц» применялась своя система, дикая для постороннего. В основном они пользовались вешками, известными им одним, так что ходить сталкерскими тропами Ион в одиночку не сумел бы при всем желании.