Выбрать главу

Вздохнув, я поставила свой стакан на стойку, подождала, пока не поймала взгляд бармена и благодарно ему улыбнулась. Он вернул мне улыбку, кивнув.

Я порылась в сумочке, достала бумажник и сунула под стакан пятидолларовую купюру, затем соскользнула со стула и вышла из клуба.

Оказавшись на улице, мужчина у двери пожелал мне:

— Приятного вечера.

Я ответила ему тем же, но тут же споткнулась о свои туфли, когда увидела Джейка Спира, прислонившегося бедрами к моей водительской двери, он был в джинсах, его черная кожаная куртка прикрывала руки, скрещенные на широкой, как стена, груди, прикрытой белой рубашкой.

Когда я споткнулась, он посмотрел на свои ноги, и его лицо скрылось в тени. К счастью, к тому времени я уже выпрямилась, не упав на тротуар, но мысленно проклинала свою адскую неуклюжесть.

Я подошла к нему без дальнейших происшествий (к счастью) и остановилась в трех метрах от него. Когда он поднял на меня свои бесстрастные глаза, я поздоровалась:

— Здравствуй, Джейк.

— Наконец-то, она назвала меня по имени, — пробормотал он в ответ. Я плотно сжала губы, не зная, что с этим делать. — Я получил твое сообщение, детка, — сказал он.

Ну, это не заняло много времени.

— Хорошо, — тихо ответила я.

— Притащила свою задницу в стрип-бар, чтобы увидеть меня, — заметил он.

— Э-э… да, — согласилась я с очевидным, мы оба стояли снаружи этого стрип-бара.

— Что, Джози, классифицировала заведение? — продолжал он, и я заморгала.

— Ты меня видел?

— Камеры повсюду, внутри и снаружи, — заявил он, мотнув головой в сторону здания.

— Конечно. Да. Я заметила те, что снаружи. Это довольно хорошо, что у вас в заведении такая безопасность.

Его губы дрогнули, прежде чем он ответил:

— Да, хорошо, когда пьяные, похотливые мудаки хотят натворить дерьма, которое делает их еще большими мудаками, вид этих камер останавливает их, прежде чем они начнут.

Я нашла его слова интригующими.

— Ты, кажется, не сильно уважаешь свою клиентуру.

— Большинство из них платят за выпивку, дают девушкам купюры, чтобы заплатить за их шоу, с ними у нас нет проблем. Это пьяные, похотливые придурки отстой.

Полагаю, так оно и есть.

— Конечно, — пробормотала я.

Он ничего не сказал, просто смотрел мне в глаза. Я чувствовала себя неловко и не знала, как начать говорить все то, что мне нужно было сказать. Поэтому, к сожалению, я решила потянуть время.

— Что же, Джейк, не знаю, есть ли у тебя консультанты, которые занимаются подобными вещами, я бы предположила, что да, поскольку клуб довольно утончен, но мне бы хотелось с ними пообщаться. Рыженькая девушка очень привлекательна, но с ее тоном кожи, более темный каштановый цвет подошел бы ей гораздо лучше. Из нее получилась бы потрясающая брюнетка.

Он перестал смотреть мне в глаза и уставился на меня. Легкий нюанс, но я почувствовала эту разницу.

— И еще, — добавила я, когда он не ответил, — блондинке не помешает кератиновое лечение. Ее волосы замечательные, но будут гораздо более послушными, ухаживая она за ними ежедневно, и с ее, ну… движениями, думаю, ей это станет весьма полезным в ее… эм, работе.

Он опять ничего не сказал, просто продолжал смотреть на меня. Я, по какой-то непонятной причине, продолжала болтать.

— У официанток очень хорошо подобрана обувь. Платформа красиво удлиняет ноги, а еще на ней очень удобно. Кроме того, она привлекательна.

Когда я закончила это бессмысленное заявление, он расхохотался, и его глубокий смех зазвенел в прохладном ночном воздухе. Я решила сжать губы, так как это помешало бы мне говорить.

Когда он перестал смеяться, но все еще улыбался, он снова поймал мой взгляд и прошептал:

— Лидия была права. Очаровательная.

— Прошу прощения?

— Ничего, детка, — пробормотал он, но его голос стал громче, когда он сказал: — Ты хотела что-то сказать?

Ну, вот. Я больше не могла медлить, да и не должна была, так как выставляла себя дурой.

— Сегодня утром я вел себя плохо…

— Да, — мягко перебил он меня, — ты говорила эту чушь по телефону, Джози. Я слышал. Понял. Мы можем идти дальше.

— Очень любезно с твоей стороны. — Я кивнула, делая глубокий вдох. — Я бы хотела, чтобы ты пришел завтра на ужин в Лавандовый Дом.

Он склонил голову набок и спросил:

— Да?

— Да, я думаю… — я заколебалась, потом призналась, — на самом деле, я не знаю, что думаю, кроме того, что ты прав. Бабушка явно очень хотела, чтобы мы узнали друг друга и, ну… мы должны это сделать.