Бен пытался не обращать внимания на поведение своего друга, но его терпение было на исходе. Дни проходили за днями, и он начал беспокоиться о том, что ждет его впереди. Эд Сэмьюэльсон позвонил ему и сообщил, что все ценные бумаги проданы и деньги приготовлены для нового размещения — если, конечно, Бен уверен в том, что действительно хочет сделать это без дальнейших консультаций. Бен убедил его в непреклонности своего решения, пропустив мимо ушей последнее замечание, и сразу же перевел нужную сумму на счет универмага Роузена в Нью-Йорке, указанный Миксом. Он договорился с Сэмьюэльсоном, чтобы тот продолжал вести его дела без него в течение неопределенного времени, и предоставил консультанту все необходимые по закону полномочия. Бухгалтер встретил Бена с выражением лица, похожим на то, которое усвоил в последнее время Майлз. Терпение Бена подверглось новому испытанию. Он заплатил за год вперед за свою квартиру и сделал необходимые распоряжения насчет уборки и охраны. Велел Джорджу присматривать за ней, и тот страшно разволновался, желая ему приятного путешествия и пребывания там, где он задумает остановиться. Возможно, Джордж был единственным человеком, искренне пожелавшим ему удачи, подумал Бен. Он подготовил завещание, отменил подписку газет и журналов, позвонил в спортивный клуб и предупредил, что некоторое время не будет посещать его, договорился с почтой о хранении корреспонденции и передал ключ от своего банковского сейфа Эду Сэмьюэльсону.
Потом принялся ждать. На четвертой неделе, за три дня до окончания месяца, ожидание закончилось. Снежные хлопья кружились за окном в ранних сумерках; День благодарения уже прошел, а Рождество еще не наступило, город был наводнен покупателями, стремившимися потратить денежки, чтобы как следует отметить рождение Божьего сына. Бен так устал от ожидания, что впал в грязный цинизм. Он наблюдал за людской суетой с вершины своей престижной башни, когда пришел Джордж и объявил, что из Нью-Йорка пришел конверт спецдоставки. Он был от Микса. В нем были записка, билеты на самолет, карта дорог Виргинии и странная квитанция. В письме было написано:
«Дорогой господин Холидей! Пишу вам, чтобы подтвердить приобретение особого предмета продажи, известного, как „Заземелье“, из нашего последнего праздничного каталога. Ваша оплата, полностью покрывающая оговоренную нами сумму, пришла и помещена на временно замороженный счет, как указано во взаимном соглашении.
Прилагаю авиабилеты, с которыми вы доберетесь из Чикаго в Карлоттсвилль, в штате Виргиния. Эти билеты могут быть использованы в любой из семи последующих дней.
По прибытии в аэропорт Карлоттсвилля предъявите приложенную квитанцию в отдел регистрации. На ваше имя взят напрокат автомобиль, который вы сможете получить по прибытии. Кроме того, вас будет ожидать пакет и инструкции. Тщательно прочтите инструкции и сохраняйте содержимое пакета!
На дорожной карте Виргинии подробно указано, как добраться до последнего пункта, из которого начнется ваше путешествие в Заземелье. А там вас встретят.
От имени универмага «Роузен» я желаю вам приятного путешествия. Микс».
Бен несколько раз подряд прочитал письмо, взглянул на билеты и квитанцию, потом изучил карту. Линия, сделанная красными чернилами, обозначала, какими дорогами можно проехать к западу от города Карлоттсвилля к маленькому крестику посреди Голубого хребта к югу от Вэйнсборо. На полях карты мелкими буквами были напечатаны пронумерованные указания. Бен прочел их все, потом еще раз перечитал письмо, потом сложил все бумаги и засунул обратно в конверт.
Какое-то время он посидел на диване, уставившись в серый день с хлопьями снега за окном и отдаленным шумом предпраздничной суеты. Потом прошел в ванную, сложил предметы первой необходимости в небольшой пакет и позвонил Джорджу, чтобы тот вызвал такси.
Он прибыл в аэропорт к пяти часам. Снег повалил еще сильнее.
В Виргинии снег еще не выпал. Было холодно и ясно, в небе сияло солнце, озарявшее словно нарисованные на декорациях заросшие лесом горы, от которых веяло утренней кристальной свежестью. Бен переместился на «нью-йоркере» сине-стального цвета в правый ряд Шестьдесят четвертого шоссе, ведущего из Карлоттсвилля на запад к Вэйнсборо.
Это было поздним утром следующего дня. Бен прилетел в Национальный аэропорт Вашингтона, переночевал в гостинице «Мэрриотт», что совсем рядом с аэропортом, а в семь утра уже летел в Карлоттсвилль. Там он предъявил свою загадочную квитанцию и получил ключи от «нью-йоркера» и маленькую коробочку, завернутую в простую коричневую бумагу, на которой было написано его имя. В коробочке лежали записка от Микса и медальон. Записка гласила: