Выбрать главу

Мара зажмурилась и негромко всхлипнула.

«Бегает. Он всегда бегает по утрам».

И в это самое мгновение, словно в ответ на ее мысли, на кухне раздался шум чего-то грохнувшего о мойку.

Мара вскочила. Не надевая джинсов, как была, в трусах и рубашке, помчалась по коридору. И замерла на пороге кухни, где у плиты стоял взъерошенный Вересов в спортивках и переднике, колдуя над кастрюлей.

— Есть пельмени и сыр. Но могу сделать омлет, — не оборачиваясь, сообщил он.

— Бутерброд с сыром! — Мара подошла к нему, стала на цыпочки и поцеловала его плечо.

— На хлебцах. Подойдет? — Макс достал из кастрюли последнюю порцию пельменей, поставил миску на стол и подмигнул Маре. — Или, может, пельмени? Ты когда-нибудь завтракала пельменями?

— Я даже супом завтракала. Пельменями меня не удивишь. Бутерброд с сыром! — Мара села за стол и с улыбкой окинула его взглядом. — Еще можно пару соленых огурцов и вишен из компота. И запить все это чаем из карпатских трав. Вооооот.

— Компота нет, а огурцы точно должны быть. Мама делала. Осчастливишь женщину — а то она вечно ворчит, что никто ничего не ест, — рассмеялся Макс, исчезая в коридоре, и очень быстро появившись снова с трехлитровым бутыльком в руках.

Рядом с миской с пельменями появилась миска с огурцами, тарелка с бутербродами и большая чашка чая.

— Пока обычный, закарпатский купим на днях, — заявил он, усаживаясь за стол.

Мара, широко раскрыв глаза, разглядывала миски, тарелки, чашки, еще внимательнее — их содержимое. А потом подняла взгляд на будущего мужа, сидевшего возле нее с видом человека, исполнившего свой долг.

— Уже и пошутить нельзя? — спросила она.

— Можно! — с уверенным видом ответил Макс, уплетая пельмени. — Но все, что касается тебя, я воспринимаю серьезно.

Она замолчала. Взяла бутерброд, откусила кусочек. Сыр был хороший, из ее любимых швейцарских. Некоторое время рассматривала дырки на нем. И, наконец, сказала:

— Прости меня.

Он отложил вилку и посмотрел Маре прямо в глаза.

— Я тоже виноват. То, что сделал Кирилл… во многом это и моя вина. Наверное, такое забыть невозможно, но я хочу, чтобы мы оставили это позади.

— Я тоже хочу. Очень хочу, но Кирилл не сможет в первую очередь. Я понимаю, что мы никогда с ним не будем друзьями. Но я для него вроде врага.

— Кирилл не так безнадежен, как ты думаешь, — улыбнулся Макс и протянул ей руку. — Конечно, нужно время, но ты не враг. Между прочим, он сам нашел твоего деда и уговорил его сказать, где тебя искать.

Мара устроила свою ладонь в его руке и озадаченно пробормотала:

— Дед — старый партизан. Удивительно, что раскололся. А ты, значит, в поисках не участвовал?

Макс рассмеялся, сжав ее пальцы.

— Нуууу… — протянул он. — Я не стал ограничиваться одним Петром Даниловичем. Мои поиски были более… эммм… разнообразны. Как и их результаты.

— Интерпол подключать не пришлось?

— Не понадобилось. Ограничились местными ресурсами, когда узнали, что господин Нетудыхата ни на какие заработки не уехал, а, значит, ты сбежала сама.

Вопреки ожиданиям, не покраснела. Нет. Просто уронила бутерброд обратно в тарелку. Слава богу, не успела отхлебнуть чаю, иначе захлебнулась бы.

— Кто? Что? Какие заработки? При чем тут Федька?

— Да ни при чем. Ты же знаешь, что твой дед — большой шутник. Я так понимаю, он рассчитывал отпугнуть меня столь грозным претендентом на твое сердце.

— Ты его видел, претендента? Это кошмар моей жизни! Доказательство того, что ни при каких обстоятельствах нельзя помогать людям с вышкой! Никогда!

— Нет, не видел, — Макс поднялся и принялся варить кофе, — и не хочу. Он мне совсем не интересен. Зато мне действительно интересно, как прошла свадьба Дейны и Дьярмуида, — сказал он, как ни в чем не бывало.

Мара беспомощно посмотрела на Макса. Икнула. И пропищала:

— Ммм… ммой блокнот был у тебя?

— Угу.

— И ты прочитал?

— Естественно, — он налил себе кофе и вместе с чашкой снова расположился за столом, из-за которого в ту же секунду вскочила Мара.

— Что тут естественного! — воскликнула она. — Как ты мог! Это же личное!

Приподняв бровь, Вересов наблюдал за ней.

— Это спорное утверждение. В лучшем случае, может встать вопрос об авторском праве. Но клянусь тебе, я не собираюсь издавать это под собственным именем.