— Говорят, вы одна из немногих сотрудниц, которые выезжали из Москвы в командировки на фронты — на передовую? С какой целью?
— С учетом того что кроме машинописи я владела стенографией, мне пришлось совершать командировки на передовую. Машина, самолет и… пекло.
— И кого вам приходилось стенографировать?
— Записывала отчеты возвратившихся из-за линии фронта агентуры военной контрразведки, а также показания при допросах важных немецких военнопленных. Нередко приходилось передавать фронтовому руководству сугубо секретную информацию из Центра, которая подлежала передаче, только устно. Были и такие поручения.
— Доверяли, значит.
— Наверное…
— Попадали в переплеты на передовой?
— А как же? И под артобстрелы попадала, и под бомбежки. Были случаи, когда фашистские асы гонялись за нашей машиной. Видать родилась со счастливой судьбой — божья милость превосходит наше понимание.
Ведь недаром говорится, что уже при покачивании колыбели решается, куда склоняется чаша весов судьбы. Я, наверное, из тех, для которых колыбель оказалась счастливой.
При артобстрелах и бомбежках приходилось и глохнуть, и слепнуть на мгновение, а песок с осыпавшихся окопов так и норовил залезть то в рот, то за воротник.
— А после окончания военной службы, где приходилось трудиться?
— Когда сняла погоны, еще до пятидесяти девятилетнего возраста работала служащей в органах военной контрразведки. Время — ткань, из которой состоит наша жизнь. Я скажу вам, что каждый человек хочет жить долго, но не хочет стареть. Вот и я не захотела стареть и пошла работать.
Судьба забросила меня техником в трест «Спецэлектомонтаж» на Байконур. Погода там не баловала: жаркое, сухое, пыльное лето и морозная, малоснежная и ветреная зима. Холодные ветра выдували комнаты.
Вернулась из Казахстана снова в головное управление треста, где и проработала до двухтысячного года…
— Скажите, с высоты вашего почтенного возраста, какой же секрет долголетия? Как вам удалось сохранить высокую работоспособность?
— Рецептов вам такие, как я, дамы с почтенным возрастом, предоставят много. Я считаю, что небо дает много прожить тем людям, которые отвергают обогащение за чужой счет. А вообще для многолетия нужен оптимизм, доброта, любовь к близким людям, общительность и легкость на подъем. А еще, чтобы стать долгожителем, нужна уйма времени. Переживает других тот, кто не завидует успехам других.
— Многие вам лета! — сказал автор на прощание Анне Ильиничне.
— Буду стараться, у меня ещё много времени впереди…
Вот такая мадонна СМЕРШа!
В МОРСКОЙ КОНТРРАЗВЕДКЕ
Старший лейтенант госбезопасности в отставке Анна Николаевна Сафронова, ветеран военно-морской контрразведки СМЕРШ НКО СССР и 6-го отдела ВКР КГБ СССР.
Люди раскрываются тогда, когда их внимательно слушают. Не даром говорится, что искренность состоит не в том, чтобы говорить всё, что думаешь, а в том, чтобы думать именно о том, что говоришь. Именно так, чисто профессионально, отвечала Анна Николаевна на вопрос о своей жизни в репортерский диктофон. Говорила искренне, не рисуясь.
Послушаем же её, ставшей со временем мадонной СМЕРШа:
— Родилась я на Дону, в селе Стригунки 24 сентября 1919 года, в крестьянской семье. Затем мы переехали в город Белев Тульской области. Там я закончила десять классов местной школы и, решив стать летчицей, подала документы в Ленинградскую военно-воздушную инженерную академию им. К.Е. Ворошилова.
Однако по состоянию здоровья к вступительным экзаменам в неё я допущена не была и решила поступить в железнодорожный институт. Туда не прошла по конкурсу и по рекомендации своего дяди в 1939 году поступила на работу в Гатчинский отдел НКВД. Через некоторое время я была избрана секретарем Гатчинского, а ещё спустя непродолжительное время — членом бюро Ленинградского обкома комсомола. Приходилось много ездить по области, общаться с самыми разными людьми. И эта работа, скажу вам, мне была по душе.
В одной из поездок мой близкий знакомый — начальник Особого отдела базирующейся под Ленинградом авиационной дивизии предложил мне перейти к нему на работу и переехать в Таллинн.
Весну 1941 года я встретила секретарем-шифровальщиком особого отдела Таллиннского военного гарнизона. Подчинялись мы Особому отделу Балтийского флота, значительная часть которого, и в том числе лидер Балтфлота крейсер «Киров», базировались в Таллинне.
22 июня началась Великая Отечественная война.