- Ну как пройдет, Русь, ну как пройдет! А вдруг у тебя аппендицит? Не дай бог, конечно, но так рисковать нельзя! Надо провериться.
Надувшись и мысленно посетовав на упорность матери, предложила альтернативу:
- Давай я немного полежу, может, полегче станет. – Тяжко вздохнув, подтянула сползшее оделяло. – А если нет, то вызовем скорую.
Неодобренно поджав губы, мама с сомнение посмотрела на меня. Уже по одному её взгляду я поняла, что лекцию о заботе здоровья в этот раз пропустить не удастся, а то и вовсе придется выслушать всю и до конца. Нет, я прекрасно осознаю, во что в один прекрасный момент может всё это вылиться. Но пока-то я жива и здорова, и идти куда бы то ни было не собираюсь. Знаю уже, проходила. Каждый год прохожу. Кто ж виноват, что у меня организм такой специфичный? Хочет, болит, хочет – отдыхает и на медосмотре как новенький перед всеми щеголяет.
И всё же выслушать нотацию мне пришлось. А после согласиться сходить на днях в больницу. Да-да, на тот самый пресловутый медосмотр. Зато сегодня могла остаться дома.
Поцеловав меня в висок, мать пошла собираться на работу. А я, морально вымотавшись, устроилась поудобней и попыталась заснуть. Но непонятные чувства гложили изнутри и решение пропустить сегодня занятия уже не казалось таким правильным и удачным.
Поворочавшись и так и не устроившись хорошо на кровати, я дождалась, пока не уйдет мама, и перебралась в зал к телевизору. Как назло, по ТВ ничего интересного не шло. Более трёхсот каналов – а толку ноль!
Обозлившись на всё и вся, с трудом отмучилась два часа, а потом, помывшись и одевшись в домашнюю одежду, решила провести ревизию и разобраться в своем столе. Удивительная и неисправимая привычка Плюшкина – тащить весь хлам к себе в закрома – никак не желал уходить от меня. Времени на то, чтобы разобраться везде, где я только храню своё добро, мне вечно не хватает. А сегодня так удачно подвернулось и я, без зазрения совести, набрала целый мешок всякого мусора, пластикового хлама и макулатуры, освободив кучу места для других вещей. Под конец, немного успокоившись и почувствовав, как целый груз упал с плеч, убралась в доме и с чистой совестью завалилась на диван. Не провалявшись долго, я зацепилась взглядом за книги на полке и, не медля, взяла себе первую попавшуюся. Это был очередной роман в историческом антураже. Недовольно покривившись, решила не привередничать и почитать, что есть. Вопреки закону жанра, я не искала чувства в книгах, не любила читать о выдуманной любви. Раньше, когда жизнь была иная, я ими упивалась. Сейчас же и вовсе не притрагиваюсь, если конечно не выпадает такой случай, как сегодня. Куча фальши, наигранности, нереальности постоянно давили на меня, насмехались надо мной, вводили в тоску и уныние. А ещё заставляли задуматься на тему «А чтоб было бы, если…». И это удручало больше всего. Эта условность, эта маленькая частица «бы», которая буквально указывает мне место. Нет, всё правильно, всё верно. Ничего из того, что так назойливо крутится в голове, в моей жизни нет. Не было, нет и не будет.
«Хотя с последним можно и поспорить», - мысленно хмыкнула.
Перевернув очередную страницу, скучающе пробежалась по строчкам и вновь перевернула лист.
- Никакой интриги, никаких действий, никакого сюжета. Ваниль, ваниль и ещё ваниль. Дико много ванили, - захлопнула я книгу и выкинула её на пол. Такую ересь только в топке жечь, а не на полках хранить. Раздраженно передернувшись, подумала мельком, что я и сама бы могла сочинить такую же историю. Даже получше. Поинтереснее. Почувственнее.
Навязчивая идея, так неожиданно появившаяся в голове, напомнила мне о ночном кошмаре. Поэтому вместо того, чтобы вдохновиться, я только ужаснулась и попыталась отгородиться от столь соблазнительной идеи.
Но как жаль, что ключевым словом здесь было «попыталась»…
Новый день не принес мне никакой радости. В части от того, что пришлось собираться в школу. Встать, почистить зубы, умыться, откопать в змеином клубке ещё не рваные капроновые колготки и натянуть их на себя, изловчившись и не порвав по ходу дела, а после накинуть форму, затянуть волосы в любимый конский хвост и улыбнуться отражению в зеркале – мое обыденное утро. Как и у той девушке с унылым лицом и тусклым взглядом напротив. Да-да, я знаю, что хочет сказать она. Только вот не позволяю ей этого. Не за чем.