Выбрать главу

Я пою о своей любви, о своих друзьях, о тех, кого встретил и кого потерял. И меня наполняет радость.

ПОЗНАЙ СЕБЯ

54

Если ты хочешь познать мир – познай себя! Будь собой! Делай то, что хочется. Желание – вот твой закон!

Ты говоришь, что познал науку? На это я отвечу, что ты не познал ничего. Ты познал женщину? Это уже кое-что. Тогда спрошу я: “Знаешь ли ты себя?”

55

Понимать себя, значит быть свободным от того, другого, что довлеет над тобой. Свободным от идеала, под тяжестью которого ты сгибаешься до самой земли. Понимать себя – значит быть свободным от толпы, от ее моральных ценностей и правил приличия. Понимать себя – значит быть свободным от внешнего закона, придуманного толпой. Желание – вот твой закон!

Если твоя воля непреклонна, а чувства искренни – делай так, как считаешь нужным и не жалей о сделанном. Жалей о том, чего не смог сделать. Ибо, если не смог, значит испугался.

56

Через три препятствия проходит дух человека на пути к солнцу.

Первое – это страх. Лес кошмаров и ужасов, ночных привидений и смерти.

Второе препятствие – это идеал. Безводная пустыня, где человек с жадностью припадает к каждому источнику.

Третье – это ты сам. Ибо, еще нужно перешагнуть через себя самого, чтобы увидеть солнце. Но не к богу и не к сверхчеловеку зову я тебя. Сделай шаг навстречу радости.

57

Не пытайся доказывать что-либо другим. Иные воздвигали замки из доказательств, да так и остались за их стенами. Еще хуже – доказывать самому себе. Что ты не трус, что можешь достичь власти и богатства, покорить самую красивую женщину. Тогда попробуй ответить на вопрос: ”Зачем?”.

Только тот вышел на прямую дорогу познания, кто ничего и никому не пытается доказать. Все искренние чувства будут ему наградой: любовь и дружба, свобода и радость. Он увидит, как они играют на солнце, услышит, как журчит вода и сыплется песок, и почувствует крылья.

Живи и радуйся!

ПРОБУЖДЕНИЕ

58

Дует ветер и падают листья. Их сгребают в кучи и жгут. Ветер разносит пепел. От былого величия нет и следа. А завтра деревья снова оденут зеленый наряд, и все повторится сначала.

Свежи и веселы краски молодости. Но даже осенью есть место для радости.

59

Я умер. Перед глазами мир как разбитое стекло. Люди сменяются людьми. Они смеются и плачут. Но ничего уже не трогает меня. Я чувствую, как во мне шевелятся черви. Они гложут мое сердце и сосут мой мозг. Мне уже не больно. Боль притупилась. Я – живой труп.

Но я знаю – день наступит. Даже если имя ночи – смерь. И разве жил тот, кто не умирал ни разу?

60

Сначала было одиночество. Оно пришло внезапно. Еще вчера твоя рука была надежно зажата в моей. Но вдруг она выскользнула. Сперва я даже ничего не заметил. А потом пришло отчаяние.

Почему люди встречаются только для того, чтобы разойтись? Мы говорим себе, что это ненадолго, что нужно уладить кое-какие дела, а потом мы снова будем вместе. Говорим, а сами не верим. Мы не свободны. Разорвать оковы у нас не хватает сил. Обстоятельства превыше нас.

Плевать на обстоятельства. Я существую только потому, что знаю – завтра все изменится. Я сам изменю его.

61

Меня преследует одиночество и фатальное невезение. Что бы я ни делал, ничего не получается. На мне заканчивается в кассе мелочь, прекращает работу транспорт. Все ломается, лишь только я прикоснусь к нему. Я вношу в мир хаос. Вещи понимают мою опасность и всеми силами отторгают меня. Выходя на улицу, я знаю, что снова столкнусь с враждебностью вещей. это сводит с ума.

Убежать невозможно. В мире людей я также не нужен. Люди наводят на меня тоску. Их глаза пусты и бесплодны. Их руки движутся, рты жуют, желудки переваривают. Они переваривают даже ночью. Это и называется жизнью. Звук работы миллионов желудков оглушает меня. Я затыкаю уши, пытаюсь уйти в себя, но там натыкаюсь на воспоминания. Прошлое обманчиво. оно раскрывает свои объятия, но при этом выпускает когти. Оно словно хищный зверь подстерегает меня. И сладко и больно. Нет ничего, кроме воспоминаний и сладкой боли.

Но вот какой-нибудь посторонний шум отвлекает меня. Очнувшись, я снова вижу кашу из людей и предметов. Я ищу среди них эти глаза – глаза из прошлого, но натыкаюсь лишь на пустоту. Я почти физически ненавижу этих людей: их лица и головы, руки и ноги, одежду и все, что спрятано под ней. Их прикосновения противны как кожа мокрицы. Влажные, потные и холодные. Люди-мокрицы обступили меня со всех сторон. Они наступают на ноги и толкают меня. Я словно заперт в банке с гигантскими мокрицами.