– В том-то все и дело, – подтвердил Нахтимин. – В напитке подмешена какая-то гадость. Нам повезло, что кувшины трясло по горной дороге, отчего весь яд осел на дно. Воины, кому достались остатки с нашей попойки, сейчас страдают от рвоты и страшной головной боли.
– У меня у самого голова трещит, – пожаловался Хармхаб, но вдруг до него дошло. – Ты думаешь, что нас хотели отравить? Но кто?
– Может не отравить, а одурманить. Представь, как легко напасть на пьяный лагерь и всех перерезать. Амун охранял нас, и не допустил резни.
– Я обязательно принесу ему в жертву чёрного быка после похода, – согласился Хармхаб. – Но откуда вино?
– Прибыло вместе с продовольствием из Бухена от наместника Куши, Хеви.
– Бред какой-то! Никогда не поверю в то, что Хеви вздумал меня травить. Я знаю его с детства. Да и зачем ему? – совсем растерялся Хармхаб.
– Сам не понимаю, – пожал плечами Нахтимин. – Но вино явно – отравленное.
– А вот ещё. Погляди, что я нашёл. – Хармхаб кинул на стол изогнутый серпом меч. – Нехсиу сражаются таким оружием против нас.
– Не может быть! – Нахтимин взглядом знатока оценил клинок. – Да он недавно из кузни. Оружие Себхота я прекрасно знаю. У него лучшая оружейная мастерская в Хекупта. Вот его клеймо, – указал он на выбитый рисунок крокодила. – Но торговцам запрещается продавать оружие дикарям.
– Но кто-то его завёз. Не сам же меч прилетел к нехсиу, как утка, а они его сбили бумерангом.
В шатёр заглянул один из младших командиров:
– Только что прибыл в лагерь Амени, сын Хеви, наместника Куши.
– Сюда его! Немедленно! – закричал Хармхаб. – Сейчас разберёмся.
Полог отлетел в сторону. В шатре вошёл высокий крепкий мужчина лет двадцати пяти. Синий дорожный плащ совсем запылился. На скуластом мужественном лице, обожжённом южным солнцем, горели живые темно-карие глаза. Взгляд слегка утомлённый, но приветливый. Высокий лоб без единой морщинки опоясывала токая лента и поддерживала сзади густые черные волосы. На крутых бугристых плечах лежало широкое ожерелье из медных пластинок. Сильные руки протянулись вперед с раскрытыми ладонями.
– Здоровья и силы! – поздоровался он.
– Живи вечно, – ответил Хармхаб, приветливо улыбаясь. – Рад видеть тебя. Как чувствует себя мой друг Хеви?
– Передаёт тебе пожелания скорейшей победы.
– Что Меритре? Дочь Солнца23 здорова? Когда я видел ее в последний раз, она напоминала спелую грушу.
– Благодаря нашим молитвам, моя жена разродилась легко.
Снова мальчик. Третий сын в нашем семействе, – радостно ответил Амени.
Хармхаб, несмотря на больную ногу, вскочил со стульчика и обнял Амени.
– Я рад за тебя и Меритре. С удовольствием бы выпил за ваше счастье, но вино у меня все какое-то паршивое. – Он скривился. – После него голова раскалывается.
– Мы ещё обязательно отметим рождение моего третьего сына, – пообещал Амени. – Я посвящу его Богу Хору. Пусть носит имя, созвучное с именем самого великого полководца. Как только ты вернёшься с победой, так сразу отпразднуем. Как же без тебя? Меритре сказала, что церемонию обрезания доверит только Хармхабу24.
– Польщён! И за это бы выпил.
– Что с ногой? Ты ранен? – испугался Амени.
– Пустяки! – махнул рукой Хармхаб и вновь опустился на стульчик. – Под утро повеселились. Не заметил что ли? Весь лагерь перевернут.
– Я подумал, что вы в поход собираетесь, – развёл руками Амени. – Неужели нехсиу дерзнули напасть? Тут же на два полёта стрелы вся местность просматривается.
– Кстати, что за вино прислал нам Хеви? – как бы, между прочим, спросил полководец.
– Какое вино? – не понял Амени. – Отец не присылал вина. – Когда собирали продовольствие для армии, я хотел отрядить с десяток кувшинов, я же помню: ты любишь красное из виноградников Свена25, но отец решил, что лучше отправить несколько лишних мешки полбы вместо вина. Дорога трудная, а армия большая. Каждый лишний мешок зерна дорог. Вот и сегодня я привёз чеснок, лук, чечевицу, хлеб, но вина не взял.
– Кто тогда его прислал? – насторожился Хармхаб и приказал слуге: – Позови старшего писца.
Смотритель над снедью подсчитывал остатки продовольствия, что удалось уберечь от нехсиу, когда ему доложили: Хармхаб в гневе и желает его видеть. Смотритель над снедью влетел в шатёр, испуганно озираясь по сторонам.
– Кто привёз продовольствие, – грозно спросил Хармхаб
– Имя его я не запомнил, – растерялся писец. – Бородатый такой. То ли ассириец, то ли шердан26. Да и охрана из бородачей была.
26