Выбрать главу

Споры о праве собственности изобилуют в начале истории ордена Храма, но они ему не присущи, и к тому же на основании их количества нельзя вынести какого-то определенного мнения об ордене — ни благоприятного, ни отрицательного.

На Западе XII в. дарение и отчуждение не совершались по желанию одного человека. Необходимо было согласие рода, линьяжа, который выступал гарантом против разбазаривания патримония. Несмотря на практику вознаграждения за пожертвование, благотворитель не был защищен от недовольства других членов семьи, что приводило к судебным разбирательствам: в Дузане Ведиана и его сын объявили об отказе в пользу ордена от земли, «которую мы несправедливо требовали и которая находится на территории Дузана».[254] Ранее 1220 г. рыцарь Андре де Россон отдал тамплиерам из Бонлье свои земли Россон и Оллефоль (в Обе); сам он вступил в орден и умер. Незадолго до смерти, а именно в 1220 г., он, а вместе с ним и его сын, подтвердил свой дар. Но дочь рыцаря, Агнесса, которая не давала законного согласия на пожертвование, потребовала свою долю наследства после кончины отца. Последовала долгая тяжба, прервавшаяся на время в 1224 г., когда Агнесса отказалась от своих прав. Однако в 1240 г. спор разгорелся с новой силой, когда Анри, сын Агнессы, переменил решение и завладел вышеупомянутыми землями. В1241 г. все завершилось общим примирением.[255]

Светские власти пытались ограничить приобретения монашеских орденов, особенно, в XIII в. Граф Шампани Тибо IV оспорил права ордена Храма на некоторые участки: в 1228 г. он приказал отобрать все имущество, которое орден приобрел за сорок лет. В 1229 г. третейский суд вынес решение в пользу Храма, но граф отказался уступить. Окончательно спор разрешился только в 1255 г.: тамплиеры сохранили свои приобретения, но утратили право принимать новые пожертвования и совершать покупки без согласия графа. К тому же 8 сентября 1221 г. Филипп Август подтвердил приобретения, сделанные храмовниками до этого дня, но ввел некоторые ограничения на будущее.[256] Такое отношение говорит не столько о подозрительности королевской власти или князей, сколько об их желании контролировать происходящее в своих владениях. Точно таким же образом действовала в конце XIII в. и кипрские короли.

Являясь собственником, земельным и банальным сеньором, орден Храма получал с людей подати и вершил суд. Он взимал дорожную пошлину и побор на перевозимые товары с проезжих торговцев и принимал оммаж от своих вассалов. Все это вызывало разногласия с местными сеньорами, которые оспаривали право ордена то на отправление правосудия, то на сбор дорожной пошлины или плату за право пользования. В 1237 г. орден Храма получил земли и права в богатом животноводческом районе Бельвезе в Велэ. В 1270 г. у ордена возник конфликт с соседями, госпитальерами. Что же послужило поводом для тяжбы? Право пользования пастбищами в Треспе. Имели место оскорбления, драки, ранения, и даже захват заложников. Оказавшись в трудном положении, тамплиеры и люди Храма добились приговора об отлучении госпитальеров от Церкви. Декан капитула кафедрального собора в Пюи, выступивший в качестве арбитра, признал за тамплиерами право получать плату за пользование пастбищами «внутри границ, обозначенных межевыми столбами». И в том же Велэ, в 1287 г., третейский суд положил конец долгой и яростной распре между тамплиерами Пюи и Гигом Пайяном, сеньором Ар-жанталя и Файе, по поводу осуществления правосудия в Марле, где храмовники владели домом. Сеньор Гиг требовал, чтобы за ним осталось право высшего суда, а орден Храма протестовал. Соглашение было достигнуто на следующих условиях: право выносить приговоры о наказании «смертью, отсечением членов и изгнанием» было разделено. Гиг получал право высшего суда над людьми Храма, а прецептор тамплиеров, выступавший на судебном заседании от имени всего ордена, — над дарителями и братьями Храма. Все прочие дела в Марле, относившиеся уже к компетенции высшего суда, предавались в ведение ордена Храма.[257]

Доходило до того, что интересы ордена Храма сталкивались с интересами короля: в 1225 г. Людовик VIII удовлетворил жалобу тамплиеров Ла-Рошели по поводу мельницы, которую он приказал построить поблизости от их замка и которая наносила ущерб мукомольному делу ордена. Король отказался от постройки новых мельниц и ограничил использование уже имевшейся потребностями гарнизона.[258]

Причиной самых серьезных и продолжительных конфликтов, которые во многом подпитывали неприязнь к военным орденам со стороны белого духовенства, являлись привилегии, предоставленные им правителями и Церковью. Светские власти чаще всего освобождали военные ордены от дорожных пошлин и налогов, собираемых в пользу короны, а также податей и военной службы. В Арагоне в XII и начале XIII в. этих привилегий становилось все больше и больше. Но с 1250 г. королевская власть вознамерилась их сокра-тить, если не упразднить полностью. Например, король возымел желание заставить орден Храма платить налог на чеканку монет. Орден отказался, ссылаясь на свои привилегии. Монарх добился своего только в 1292 г., но только наполовину, так как тамплиеры уплатили… всего лишь половину налога. Однако корона потерпела неудачу, когда, например, попыталась вывести «людей Храма» еврейского происхождения из-под привилегий, которыми пользовался орден, или когда предприняла шаги, чтобы установить подать размером в пятую часть военной добычи храмовников. Самый острый конфликт разгорелся в конце века по поводу воинской повинности, которую король Хайме II попробовал навязать тамплиерам «в интересах обороны страны». Однако этот вопрос выходит за рамки Арагона и будет рассмотрен в следующей главе, которая будет посвящена деятельности ордена Храма на службе государствам. В Арагоне орден Храма всегда энергично реагировал на подобные притязания королевской власти. Он нашел союзников в кортесах страны и сумел сохранить главное ценой нескольких уступок.[259] Самым жестоким ударом была отмена дарованной в 1143 г. привилегии, которая давала тамплиерам право на пятую часть добычи во всех районах и областях, отвоеванных у мавров с их помощью. Правда, в XIII в. они меньше участвовали в военных действиях Реконкисты.

В Англии тамплиерам также приходилось проявить активность, чтобы сохранить привилегии, которые великодушно предоставили им Генрих II и Ричард Львиное Сердце в XII в., а позже Генрих III в середине XIII в. а именно: освобождение от королевских поземельных налогов, таможенных пошлин на экспорт шерсти, реквизиций пищевых продуктов в военное время. Они протестовали перед лицом короля и жаловались папе, когда в 1256 г. правительство потребовало от тамплиеров Ирландии «помощи» (аidе) для нужд крестового похода. Часто им приходилось слишком дорого платить за сохранение своих преимуществ, особенно при Эдуарде I (1270–1307), который с ними не особенно церемонился.[260]

Все конфликты в свое время заканчивались уступками и соглашением. Для достижения компромисса в ход шли самые разные методы.

Самый простой, применявшийся чаще всего, состоял в заключении полюбовного соглашения, благодаря вмешательству родителей ни друзей. Таким способом разрешалась большая часть споров по доводу пожертвований.

вернуться

254

Cart, de Douzens, A 76; см. также A 50 u A11.

вернуться

255

Abbe Petel. Les Templiers et les Hospitaliers dans le diocese de Troyes. Le Temple de Bonlieu. 1912.

вернуться

256

L. Delisle. Catalogue des actes de Philippe Auguste. Paris, 1856, n. 2089. V. Carriere. Histoire et cartulaire des templiers de Provins… P. LVIII.

вернуться

257

P. Vial. Les templiers en Velay aux XII' et XIII' siecles… P. 70–75.

вернуться

258

C. Petit-Dutaillis. Etude sur la vie et le regne de Louis VIII. Paris, 1894. P. 476.

вернуться

259

Forey. Ch. IV.

вернуться

260

T. Parker. The Knights Templars in England… P. 26–31.