То есть, ежели я буду достаточно сильно отличаться, то есть шанс «слететь с крючка». Главное — не спалиться внешне…
Окклюменция начинает извращать и насиловать мой разум, пытаясь придать Реддлу отношение не «третьего лица», а самого, что ни на есть, продолжения меня же самого. Плюсом к этому, пытаюсь интерпретировать слова «тайные сведения», как крайне размытое понятие, под которое точно не попадает то, что я сообщал Тому.
— Нет, — коротко отвечаю на её вопрос, ощущая, с каким же трудом далось мне это слово. Слюна во рту наполнилась кровью, а в голове застучали молоточки. И кажется, если бы не напитка тела Жизнью, я бы уже упал на стол, истекая кровью и забившись в судорогах.
— Почему твой боггарт такой странной формы? — Ианта сложила ногу на ногу, невольно заставив меня осмотреть эти изящные ножки. Они были идеальны! Боже, как же они шикарны. Да и вся женщина…
«Вентилятор» в голове начинает усиленно выдувать мощнейший поток магии Шарма вейлы, едва не заставивший меня залипнуть на неё, словно зачарованный. Хотя почему «словно»? Зачарованный и есть! И ведь так легко, будто мимоходом, пробила мою естественную защиту сознания! Ха! Вот это мощь! Куда там Фриде с её попытками?
Ладно, моё тело уже открывает рот, чтобы дать ответ на этот вопрос. Пора как следует подумать, ничего ли я в нём не забыл? Точно ли всё, что я хочу сообщить, соответствует моей легенде? Не приведёт ли к каким-то проблемам?
— Я опасаюсь того, что жизнь, которую я живу, ненастоящая. Что я могу оказаться обычным маглом, которому лишь снится, что он волшебник, — выдал я вполне реалистичный ответ, где даже не пришлось слишком сильно играть со своими ощущениями и подсознанием.
— Неожиданно, — хмыкнула Ианта. — Так вот к чему была та притча о мудреце? Это не вопрос, — тут же поправила она себя, — не отвечай на него.
Рот послушно закрылся. Ого, даже не знал о такой «функции» сыворотки. Впрочем, я вообще не особо-то много о ней ведал, так… почитал кое-что в учебниках, за «Чтецов».
— Какие отношения у тебя были с Фридой Альтенбург? — немного подалась Апостолитиз вперёд, вновь наполняя меня собственным Шармом. Её лицо будто бы заострилось, приобретая максимально хищнические черты.
— Она была моей девушкой, — не скрываю правду и даже не играю с сознанием. Ему и так нужен перерыв. Ощущение, что начал проводить ремонт после едва предотвращённого пожара. Полнейший хаос и паника, где лишь окклюменция с трудом сдерживает собственную личность.
«Я тоже тебе помогаю! — раздался возмущённый голос Хоукинс. — Но мою помощь ты, как обычно, не заметил!»
Спасибо тебе, Лин, — мысленно похвалил её, заставив девчонку фыркнуть и исчезнуть.
— Нас это устраивало, — продолжил я. — Мы хорошо проводили время.
Хоть до самого важного и не дошли. Печаль-беда. Теперь даже её трупа нет, чтобы всё-таки исправить подобное упущение.
— Это ты убил её? — очередной вопрос заставил поморщиться, но только в собственной голове. Вот какое ей до этого дело? Даже если «да», то что? Кем была Альтенбург? Она вообще француженка! Даже не немка. Но сейчас эта женщина, такое ощущение, готова собственноручно мне горло перерезать, если скажу «да».
Может и вправду так сказать? Ха-ха! Ведь в каком-то роде я могу так выразиться, ибо это я пригласил Фриду на парад. Не позвал бы — была бы цела.
Но нет, я же не кретин, самого себя зарывать? На такое, скорее всего, способен был лишь канонный Сириус Блэк.
— Нет, она погибла в результате взрыва, — чётко произношу я.
— Что произошло на площади, в момент выступления Гриндевальда? — отклонилась Апостолитиз, перестав выражать столько заинтересованности.
Хм… про Фриду явно был не случайный вопрос. Это какая-то негласная взаимоподдержка? Типа «объединиться перед лицом магов, которые принижают вейл» или как-то так?
— Взрыв трибуны, — здесь тоже не видел смысла что-либо скрывать. — Бомба на основе магии Света и Огня. Особо хорошо сработавшая против Министра, со склонностью к Тьме. Его спас лишь Новый Бог, — интересно, сколько из этого является засекреченной информацией? Стоит ли мне отправить письмо Гриндевальду, что о нём наводят справки через меня? Хех, как быстро тогда эта надменная дрянь потеряет голову? В этот же день или следующий? — Потом мятежники попытались добить его, но вынуждены были вступить в схватку с оставшимися верными частями.