Модный отель-курорт, в котором остановился лорд Эрменвир, отыскать было легко. Этот огромный комплекс мраморных дворцов и особняков занимал сразу несколько кварталов. Просторный вестибюль центрального здания освещался фонарями величиной с добрый бочонок; они были такими яркими, что их впору было устанавливать на маяках — указывать путь заблудившимся в тумане кораблям и шхунам. Повсюду мягко мерцала позолота и стояла драгоценная резная мебель, на которую даже страшно было садиться — настолько изящно и дорого она выглядела.
Увидев залатанную куртку и потертые бриджи пришельца, дежурный клерк вытаращил глаза. Он так растерялся при виде дерзкого оборванца, что не сразу вызвал стражу и даже дал Смиту возможность изложить свое дело. Изумление клерка возросло еще больше, когда выяснилось, что Смита ждали. Впрочем, клерк был отлично вышколен и, взяв себя в руки, повел Смита через оранжерею и благоухающий зимний сад в лучшие апартаменты отеля.
Апартаменты больше всего походили на сказочный дворец.
— А вот и наш друг, караван-мастер! Ура-а! — в восторге завопил лорд Эрменвир, распахивая широкие двойные двери. Клерк побледнел и поспешно ретировался. Лорд Эрменвир был совершенно гол, если не считать расстегнутого парчового халата и розовых женских панталон, которые он нацепил на голову. В оскаленных зубах лорда дымилась трубка, а зрачки были крошечными, как булавочные головки. Из-за его спины робко выглядывала какая-то девица. Явно расстроенная утратой столь важной детали своего гардероба, она тем не менее была не прочь незаметно улизнуть, пока расшалившийся лорд не нанес ей более серьезного ущерба.
— Добро пожаловать, дорогой караван-мастер! — снова воскликнул лорд Эрменвир и обнял Смита. — Боги мои, от тебя пахнет гораздо приятнее! Входи же, у нас как раз вечеринка в разгаре. Я решил, что раз уж я добрался до Сэлеша живым, то обязан отпраздновать это событие. Что тебе?.. — резко бросил он, поворачиваясь к девушке, опасливо потянувшей его за локоть. — Ах, это? — Лорд Эрменвир сдернул с головы панталоны и протянул владелице. — Никакой фантазии и полное отсутствие чувства прекрасного! Куда мы катимся?.. — горестно вздохнул он, качая головой.
Потом лорд Эрменвир взял Смита под руку и повел за собой в глубь особняка.
— Только погляди на это, — сказал он, указывая на высокие, сводчатые потолки, расписанные сонмом крылатых херувимчиков. — Не правда ли, прекрасный вид, в особенности — после стольких ночей, проведенных под открытым небом в холодной и опасной степи?! Разумеется, какой-нибудь ханжа-йендри сказал бы, что звездная бесконечность ночного неба куда прекраснее, но я с этим не согласен! — Лорд Эрменвир отправил в рот сочную винную ягоду, которую извлек из кармана халата. — Нет, не согласен! Я люблю роскошь и нездоровые излишества! Взгляни сам, добрый Смит, разве она не чудесна?!
Выпустив его руку, лорд Эрменвир подбежал к огромной кровати с балдахином и, бросившись на самую середину перины, принялся подскакивать на ней все выше и выше. К счастью, балдахин находился на высоте добрых пятнадцати футов, и юный лорд при всем желании не мог задеть его головой.
— Я!.. Обожаю!.. Города!.. Я!.. Ненавижу!.. Природу!.. — скандировал лорд Эрменвир. — У-ух ты!..
— Вы расплатились с этой бедной девушкой, господин? — спросила Балншик, вплывая в комнату через боковую дверь. На ней был белоснежный пеньюар, целомудренно застегнутый на все пуговицы, но зато почти прозрачный. — Кроме того, вы не закрыли входную дверь… Добрый вечер, караван-мастер. — Повернувшись к Смиту, Балншик взяла его лицо в ладони и наградила таким поцелуем, от которого у него едва не подогнулись колени. — Не обращай на него внимания, дорогой Смит, просто милорд немного перевозбудился. Эй, маленькое чудовище, готова спорить — ты даже не предложил караван-мастеру выпить!
— Ба! О чем я только думаю?! — Лорд Эрменвир скатился с кровати и выбежал в соседнюю комнату. Несколько мгновений спустя он вернулся с бутылкой и бокалом в руке. — Иди сюда, Смит! — позвал он. — Это вино должно тебе понравиться — оно стоит целую кучу денег!
С этими словами он наполнил бокал и с поклоном протянул его Смиту.
— Спасибо, милорд, — поблагодарил Смит. За спиной он услышал лязг тяжелых засовов — Балншик запирала двери, и Смиту стало ясно, что в случае необходимости спастись бегством ему не удастся. «Но чего мне бояться?» — подумал он и пригубил вино. Вино играло, шипело и пенилось, а вкус у него оказался просто божественным.
Лорд Эрменвир сделал большой глоток прямо из горлышка.
— Неплохо, правда? — проговорил он. — А теперь, друг мой, давай перейдем в обеденный зал и как следует закусим!
И лорд Эрменвир повел Смита в соседнюю комнату.
— Благодарю вас, ваша светлость, вы очень любезны… — бормотал Смит, невольно ускоряя шаг. Вот уже несколько часов у него маковой росинки во рту не было, и он сразу вспомнил об этом при виде ломившегося от яств стола. Два огромных окорока, индейка, судки с устрицами, запеченная рыба в винном соусе, блюдо с зеленью, караваи свежевыпеченного хлеба, супницы и салатницы, сливочное масло различных цветов, батареи бутылок и вазы с фруктами занимали все пространство белоснежной скатерти. В центре стола красовался торт, насквозь пропитанный наливкой и украшенный засахаренными маргаритками, а из плетеных корзинок выглядывали разнообразные кексы, меренги и пирожные.
— Ресторанное обслуживание, — мечтательно пояснил лорд Эрменвир, приподнимая крышку самой большой супницы. — А это мое любимое… Называется — «Плавучие острова». Да не стой ты столбом, садись-ка лучше к столу, и давай без церемоний!..
С этими словами лорд Эрменвир опустил в супницу лицо и принялся шумно хлебать, но уже в следующую минуту подоспевшая Балншик схватила его за шиворот и оттащила в сторону.
— Ну-ка, сядьте, милорд, — приказала она. — Хотела бы я знать, где вы набрались таких манер! А куда подевалась ваша салфетка? Поглядите на себя — у вас в бороде клецки! Дорогой Смит, прошу тебя: не обращай внимания на его светлость. Я сама все тебе подам!
И действительно, вооружившись ножом и вилкой, Балншик принялась накладывать на большую тарелку самое нежное мясо, самые поджаристые кусочки рыбы и самые спелые фрукты. На своего господина, который пил из соусника жидкий заварной крем, она демонстративно не смотрела.
Приготовив еще одну тарелку для себя, Балншик снова наполнила бокал Смита вином и уселась напротив, словно за столом их было только двое.
— Я вижу, ты последовал совету врача и довел курс лечения до конца, — сказала она, расправляя на коленях салфетку. — Это правильное решение, Смит. Яд, которым были отравлены дротики, столь же опасен, как и его изобретатели. Коварные зеленые бестии! От их отравы даже противоядия путного нет. Яд йендри способен сохраняться в организме сколь угодно долго без вреда для человека, а потом — р-раз! — и он попадает в кровь именно тогда, когда этого меньше всего ожидаешь.
— Так ты… — спросил Смит с набитым ртом. — Ты и вправду сиделка? Ну, что-то вроде тех женщин, которые ухаживают за тяжело больными… Прости, что я спрашиваю, но меня это очень интересует.
— О чем о чем, а о смерти мне кое-что известно, — призналась Балншик. — И надо сказать, что эти знания порой оказываются весьма и весьма полезными.
— Эй, почему вы не обращаете на меня внимания? — запоздало возмутился лорд Эрменвир. — Ведь Смит — мой гость, а значит, он должен разговаривать со мной!
— Ты все перепутал, невоспитанное чудовище, — возразила Балншик. — Это ты должен разговаривать с ним.
— Ага, ладно. Как тебе угощение, караван-мастер?
— Выше всяких похвал, — серьезно ответил Смит.
— Ах, если бы ты знал, что я припас на десерт! — хихикнул лорд Эрменвир. — Лучшая сэлешская розовая травка гарантирует розовые грезы! Устроим оргию, а?! — И он снова уткнулся носом в соусник с кремом.
— Я чувствую, что должна еще раз извиниться перед тобой за его поведение, — сказала Балншик. — У милорда наступила реакция. Путешествие оказалось слишком напряженным и богатым событиями…
— Нам очень повезло, что мы остались в живых, — согласился Смит. — Скажи, эти… заговорщики… Они пытались разделаться с его светлостью раньше?