И пусть их слишком много, чтобы вспомнить всех, у меня есть время. Много времени. И больше нет ничего, что могло бы отвлечь меня…
Я не в абсолютной пустоте. У меня есть память. Память — глаза мои, мой слух, мои нервы, мои чувства…
Я помню — значит, я существую.
Алексей Семяшкин: большую часть жизни прожил на Севере (Архангельская область, Республика Коми). С началом «сетевой эпохи» переместился в киберпространство, где и работаю в различных сферах. Создавать фантастические рассказы начал с 2009 года. Есть несколько публикаций в журналах («РБЖ Азимут», «Мир фантастики», «Искатель»).
Евгения ХАЛЬ, Илья ХАЛЬ
ВСЕХ ГОСПИТАЛИЗИРОВАТЬ!
— Доктор, инопланетяне давно уже среди нас! — шептал он, прижимая к груди своё гениальное изобретение: очки.
Вот не похож он на нашего пациента! Да, горячечный бред, скороговорка, страх, затаившийся в глазах. Все признаки психического расстройства налицо. А всё равно не похож! Десять лет стажа в качестве психиатра и профессиональное чутьё шептали мне, что грань между гением и шизофреником настолько тонка, что если бы в стародавние времена всех изобретателей пачками госпитализировали, то человечество до сих пор раскачивалось бы на деревьях.
Теоретические изыскания требуют эмпирического подтверждения. Поэтому для чистоты эксперимента и правильности диагноза я осторожно потянул у него из рук очки. Он их называл — ни много, ни мало — вторым мозгом. Я надел очки и подошёл к окну. Во дворе мерцала огнями летающая тарелка.
Нет, не так! Во дворе психиатрической клиники, в центре мегаполиса, в двадцать первом веке и средь бела дня — чёрт меня подери! — стояла настоящая летающая тарелка.
Я поспешно сдёрнул очки и снова посмотрел в окно: ничего! Слава всем невидимым богам!
— Видите? Доктор, вы же знаете, что наш мозг так устроен, что он воспринимает только ту информацию, которая ему знакома. Чужеродную картинку он просто не видит! Знаете, почему во времена Колумба туземцы не обратили внимания на его корабли? Потому что они их просто не замечали! Туземному мозгу не с чем было сравнить никогда не виданную флотилию! Так и мы не замечаем пришельцев среди нас!
И в этом он прав! Когда я везу свою жену в обувной магазин, то из окна машины она видит только туфельки всех проходящих по улицам женщин. Зато я могу спокойно любоваться остальными женскими прелестями, без страха быть пойманным с поличным.
— Мои очки оснащены камерами, которые передают картинку в преобразователи визуальной информации, спрятанные в дужках. Там картинка расшифровывается и выводится на экраны, напылённые на стёкла. И вы видите всё то, чего не замечаете в обыденной реальности.
Да, будь у туземцев такие очки, современный мир мог бы выглядеть совершенно по-другому.
Я вызвал санитаров. Пусть дадут ему поесть и впрыснут успокоительные.
— Доктор, не оставляйте меня одного! Они уже здесь! Они идут за мной! — пациент рыдал и бился в крепких руках санитаров.
Конечно, жаль его. И человечество тоже. Некрасиво это с нашей стороны: специально тормозить технический прогресс. Но с другой стороны, официальные контакты, соглашения, пакты о ненападении, декларации о мирных намерениях и прочая дипломатическая белиберда — это всё такая головная боль! А главное, нам придётся платить за использование их ресурсов. Так что лучше и дешевле этих Колумбов с Энштейнами своевременно госпитализировать. Всех!
Я с сожалением посмотрел на чудо-очки, бросил их на пол и раздавил.
Евгения Халь родилась в Киеве в 1973 году. В 1993-м выехала в Израиль. В данный момент занимается медициной и учится в университете на факультете социологии, политологии и международных отношений. Илья Халь родился в Израиле в 1964 году, служил в спецвойсках, в бригаде «Голани». В настоящее время работает в системе безопасности. Авторы опубликовали в периодике более сорока рассказов. Живут в Израиле, в городе Рош ха Айн.
Станислав БЕСКАРАВАЙНЫЙ
МЕСТО, ГДЕ РОЖДАЕТСЯ БУДУЩЕЕ
В прогностической фантастике существует проблема соотношения уровня техники, который мы желаем видеть в произведении, и культурной среды, общества, которое будет создавать эту технику.
Некоторых авторов совершенно не заботит, где происходят их галактические сражения или на каких планетах герои грабят банки. И в этом есть свой резон, ведь будущее сделает человека настолько другим, а современные нам реалии так основательно забудут, что можно всё писать с чистого листа.
Но как бы ни был радикален автор в своём стремлении писать «чистую космооперу», без узнаваемых для читателя культурных отсылок ему не обойтись, так как даже самые яркие образы читатель не воспримет, если в них не будет знакомых и привычных для него черт. Джим Дигриз, герой «Крысы из нержавеющей стали» — это же смесь Арсена Люпена с Джеймсом Бондом. Ну а «Завтра война. Время московское» А. Зорича настолько сильно заполнена отсылками к современности, что её и прогностикой нельзя назвать.