Выбрать главу

Тут мне невольно вспомнились слова Стефана о том, как хотел он, очень хотел участвовать в эксперименте, но вот забраковали его, отсеяли начисто. Не подошёл по каким-то там параметрам.

А вот Снежана подошла…

Ещё Стефан бухтел что-то о спаривании на жёлтом песочке, но чего только не выскажешь по пьяной лавочке.

Или не по пьяной? И я тоже часть этого их эксперимента?

— Так что же, выходит, у вас все добровольцы? — Я хотел проговорить это весело, или, по крайней мере, равнодушно, но получилось резко, почти зло. — И все с научными степенями? Доктора, магистры и всё такое прочее…

— Только я! — Снежана вновь рассмеялась. — А девяносто девять процентов участников эксперимента — это заключённые. Усёк раскладку?

— Усёк! — растерянно пробормотал я. — Вернее, не усёк ни черта! Ведь они потом всё расскажут! Ну, когда на волю выходить будут…

— А кто сказал, что они потом на волю выходить будут? — Снежана немного отодвинулась и внимательно на меня посмотрела. — Там такое творится, ты себе не представляешь даже!

— А ты представляешь? — спросил я.

— Я не представляю, я знаю! — мрачно и даже как-то обречённо проговорила Снежана. — А тебе лучше не знать!

— Почему? — в тон ей отозвался я. — Скажи, вместе знать будем!

Снежана ничего не ответила. Посмотрела на меня пристально, потом поднялась.

— Пошли! — бросила она мне, баюкая при этом в руке компас. — Нечего рассиживаться!

И мы пошли. Увязая, как и прежде, в жёлтом этом песочке почти по щиколотку, а иногда и глубже.

Ну, я-то ладно, ботинки высокие, шнуровка плотная, а вот каково Снежане в кроссовках своих по песочку этому вышагивать? А впрочем, большая уже девочка, сама разберётся!

На этот раз мы преодолели не более десяти километров, после чего вновь обессилено плюхнулись на песок.

— Пить! — прошептала Снежана, с трудом шевеля запёкшимися губами. — Скорее!

Мы допили воду (тёплую, почти горячую), пустую бутылку я вновь засунул в мешок. Теперь там находилось уже две порожние бутылки.

И четыре полных.

— Тут вечер, вообще-то, бывает? — не проговорил даже, просипел я, в который уже раз утирая рукавом пот со лба. — Вечер, ночь, утро… Или тут всё время день один только?..

— А с чего ты взял, что сейчас день? — Снежана пожала плечами. — Может это ночь такая, а днём тут, вообще, жарища неимоверная! Впрочем, я тоже надеюсь, что сейчас день, но вот сколько он может продлиться — это большущий вопрос! Так что, мой дорогой…

Осекшись на полуслове, Снежана внезапно вскочила с места и уставилась на что-то за моей спиной. И глаза у неё были, не просто широко раскрыты, они были почти круглыми в этот момент…

— Что это, Тэд?! — прошептала она сдавленно. — Что это такое?!

Я тотчас же обернулся и едва не вскрикнул от удивления.

Золотистые песчаные барханы за нашими спинами внезапно пришли в движение. Нет, они не вздымались вверх смерчами, не неслись вдаль дружными песчаными вихрями. Наоборот даже, барханы эти быстро съёживались, сглаживая поверхность… и вот уже она стала не бугристой, как прежде, а напротив, ровной, как стол.

А потом ровная поверхность эта вся посинела… и я даже не уловил того момента, когда золотистый песок позади нас превратился весь в прозрачную воду.

То есть, это при ближайшем рассмотрении вода казалась прозрачной и совершенно бесцветной, в общей же своей массе она имела густонасыщенный аквамариновый цвет.

И вновь ни волн на поверхности, ни даже малейшей ряби.

Итак, море настигло нас, хоть мы столько времени прочь от него уйти пытались. Не менее тридцати километров по барханам этим протопали.

— Ладно! — сказал я, вставая. — Хоть воду теперь экономить не надо, и то плюс! Второй плюс, что из моря она куда прохладнее будет…

Вытащив из мешка одну из пустых бутылок (ту, которая поменьше, литровую), я подошёл к воде и, опустив в неё бутылку, стал дожидаться постепенного её наполнения. Дождался, поднёс бутылку ко рту и с наслаждением сделал первый глоток.

Первый и последний, ибо вода в море оказалась на этот раз, не просто солёной, но и горько солёной.

— Тьфу ты, чёрт! — с трудом проговорил я, отплёвываясь. — Оно что, обиделось на нас, что от него уйти пытались?

— О чём это ты? — спросила Снежана, подходя ко мне. — С водой что-то не так?

— А ты сама попробуй!

Я протянул Снежане бутылку.

— Ладно, попробую!

Она взяла бутылку, некоторое время опасливо на неё смотрела, потом, словно, решившись, сделала первый глоток.