Выбрать главу

— С СВР и каналом передачи секретной информации ЦРУ?

— У меня много друзей, — сказал Ахнецов. — Деньги, похоже, любят все.

Скорпион сделал глоток. Кого бы ни подкупил Ахнецов, это не мог быть Рабинович. И если Дейв дал Ахнецову список портов, это значило, что встречи Скорпиона с Ахнецовым желало ЦРУ.

— Ну что ж, ваше богатство меня впечатлило, — сказал Скорпион, обводя рукой салон. — Чего же вы хотите?

— Я хочу, чтобы вы предотвратили некое несчастье.

— Несчастье для кого?

— Для меня, — Ахнецов постучал по груди. — Для моего бизнеса, для моей страны, Украины. Но и для Америки.

— Почему вы думаете, что я американец? И, может, мне плевать на вас и на вашу страну?

— Убежден, что вы американец. Мои источники сообщили мне, что вы убили «Палестинца», террориста, которого никто не мог найти, а вы нашли его всего за две недели. Мне сказали, что вы — лучший.

— Что еще вы знаете обо мне? — спросил Скорпион спокойно. Вопрос о том, как много знал о нем Ахнецов, оставался открытым и очень опасным.

— Послушайте, друже. Возможно, это слово станет вашим первым украинским словом. Оно означает «друг». Я — миллиардер из непростой части мира. Я достиг своего положения, потому что не был глупым. Я владею компанией «Укэнгаз». Мы построили около восьмидесяти процентов газопровода из России в Европу. У меня есть также химические и сталелитейные заводы, телекомпания и недвижимость. Футбольная команда «Арсенал», футболку с чьей эмблемой я ношу, тоже принадлежит мне. Я — хозяин. А начинал я с нуля. Моя маты мыла туалеты в метро, чтобы я мог учиться в Киевском университете имени Шевченко. Однажды я взял деньги из ночного клуба, где подрабатывал мойщиком посуды. Чтобы вернуть эти деньги, шеф, то есть хозяин, послал крутых парней. Они избили меня железным прутом так, что я попал в больницу. Но где находятся деньги, я им не сказал. Я сохранил их. Позднее я использовал их для своей первой сделки по газу. Я и вы, Скорпион, друже, — мы оба волки. Мы либо должны понять друг друга, либо нам придется убить друг друга, верно?

Они смотрели друг на друга. Ахнецов наклонился вперед, держа руки на бедрах. Скорпион сидел с небрежным видом, но был готов к действиям. Кличка «Скорпион» легла между ними, как тикающая бомба.

— Что вы знаете о Скорпионе?

— Меньше, чем хотелось бы. Я знаю, что вы работали в ЦРУ, потом ушли. Вы независимы. Все говорит, что арабский вы знаете с детства, — говорил Ахнецов, глядя в планшетник. — Ваше настоящее имя неизвестно. Вас подобрал бедуин в Аравийской пустыне, — Ахнецов взглянул на Скорпиона. — Что делал американский ребенок в Аравии?

— Мой отец был нефтяником. Его убили. Бедуин спас меня.

— Правда? Вы необычный парень. И крепкий парень. Откуда же вы? Из «Морских котиков»? Из «Дельты»? Из морской пехоты?

— Из девочек-скаутов. Я продавал печенье.

— Не хотите говорить. Ладно. Как я уже сказал, крепкий парень. Важно только одно…

— Что именно?

— Мне известно, что враги уважают вас. Судить о человеке по тому, как его боятся или уважают враги, — не самый худший способ. Я думаю, это относится к нам обоим.

— Так это собеседование для приема на работу? — спросил Скорпион, сделав глоток.

— В некотором роде. Я должен знать одно, — сказал Ахнецов, постучав сигаретой о золотой футляр и прикуривая, — почему вы ушли из ЦРУ? Из-за денег?

Скорпион улыбнулся:

— По правде говоря, мне это никогда не приходило в голову. В тот момент я не думал о подобном способе зарабатывать на жизнь. Я просто ушел.

— Что случилось?

— Я не хочу говорить об этом.

— Послушайте, друже, — Ахнецов смотрел на Скорпиона, глаза его были холодны, и Скорпион чувствовал, что видит настоящего мужчину. — Для того, о чем я хочу говорить с вами, это важно. Я не просто так спрашиваю.

— Я не буду говорить о заданиях.

— Задания меня не интересуют. Мне важно знать, почему вы ушли из ЦРУ, понятно?

Оба замолчали. Слышны были только работа судовых машин и плеск волн о корпус яхты.

— Это стало выше моих сил. Все должно было произойти на улице у жилища объекта. Предполагалось, что при нем будут только охранники, но с ним оказался маленький сын. От меня требовали действовать в любом случае.

— А вы?

Скорпион покачал головой.

— Я не смог. В тот момент я понял, что я свободен. Ваше здоровье! — сказал он по-русски и выпил.

Ахнецов встал, налил себе из бутылки на стойке украинской водки «Nemiroff» и поставил ее на стол между ними.